Я сама не заметила, как уснула рядом с розовой дракошкой, напоминающей гламурного плюшевого мумми-тролля из отдела детских игрушек. А когда проснулась, ее уже рядом не было. Судя по тусклому серому освещению, пробивающемуся из полуразрушенного потолка, продрыхла я аж до самого вечера — наверное, измученный организм забастовал. Меня быстро вывел из дремоты отголосок разговора.

Нанайя расспрашивала местную жительницу, Луковку.

И то, что та рассказывала, меня саму взволновало так, что я вся превратилась в слух. Лежала неподвижно, не открывая глаз. Решила пока не подавать виду, что проснулась, чтоб не помешать сплошному потоку информации, который лился из моей служанки.

— …вот после того, как последняя сваха нас бросила, тут все и стало разваливаться на глазах.

— Да ты что! Ну надо же.

— Конечно, зря она так с Его величеством поступила.

— Ещё бы! Вот гадюка!

— Я его понимаю, что он после этого храм десятой стороной обходить стал.

— Ну да. Ну да, — в очередной раз поддакнула Нанайя.

Так. Кажется, я всё же пропустила самое интересное. Что такое случилось у Сильвии с Даниелем? Луковка меж тем продолжала:

— Да и с остальными драконами не легче, сказать по совести. Совсем от рук отбились. Жениться никто не хочет. Кто женился, то и дело разводятся. Говорят, на десять браков — половина разводов.

— Это как? — ужаснулась дракошка.

Как, как. Это она ещё обычную нашу, земную статистику по разводам не видела! Я горько усмехнулась и вспомнила свой печальный адвокатский опыт. Когда перед глазами проходит столько ругающихся пар, которые еще вчера друг другу клялись быть вместе «и в горе, и в радости», а теперь делят последний ёршик от унитаза, поневоле разуверишься в романтике.

— Ага, — вздохнула Луковка. — Без хорошего приданого невесту и не возьмут. Только на это нынче и смотрят.

Тут уж моё сердце не выдержало.

— Это уже не брак, а сделка купли-продажи получается! — возмутилась я.

Говорившие замолчали.

А потом разом влетели в круглый зал.

— Проснулась! Счастье-то какое! Я уж думала, на тебе порча. Или сваха попалась бракованная, болезная, — запричитала Нанайя. Она порхала вокруг меня на своих полупрозрачных феячьих крылышках, отчего у меня уже голова кружиться начала.

— Угомонись! — пропросила я розовую мелочь, и та послушно уселась на край постели.

— Пора приниматься за работу! — заглянула мне в глаза Нанайя и скорчила мордочку кота из «Шрека». — Без нас тут полный кавардак наступил! Надо срочно навести порядок. Иначе беда.

— Да знаю я, — отмахнулась я. — Уже начали. Вымыли пол, протерли твои дурацкие постаменты…

— Во-первых, не дурацкие, и об этом мы ещё отдельно поговорим! — подняла назидательно лапку Нанайя. — Во-вторых, я не об этом. Пыль и грязь — ещё полбеды. С этим мы быстро справимся.

Она хлопнула своими крохотными кошачьими лапками, как в ладоши, с них сорвались розовые искры… и метла начала мести сама собой. А груда булыжников, которые я сгребла в угол и пока еще не вынесла, медленно стала подниматься к потолку, втягиваясь на место. Прямо на глазах пролом в потолке заделывался сам собой. Я проморгалась, не веря тому, что вижу.

— Намного страшнее беспорядок в головах и сердцах! — грустно покачала головой дракошка.

— Драконы жениться не хотят? Ты об этом? — фыркнула я. — Эка невидаль! У нас вон мужики тоже. Сплошь и рядом — или пикапер, или мошенник, или поклонник каких-нибудь псевдомужицких недоблогеров, или алиментщик в реестре злостных неплательщиков… а нам остаётся только в актеров турецких сериалов влюбляться. Или героев из книг.

— Не поняла половину того, что ты говоришь, но это не важно. Важно другое! Если мы с тобой прямо сейчас не исправим ситуацию, последствия буду ужасны!

Я вздохнула.

Прямо сейчас я нахожу черт-те где, без малейшего понятия, как вернуться домой, у меня ипотечные платежи горят и через два месяца я лишусь единственного жилья… ах да, ещё меня активно домогается местный правитель и угрожают смертной казнью как ведьме, если я не докажу, что во мне нет никакой злой магии и я на самом деле сваха местной дурацкой богини. Я ничего не забыла? Нашла, кого пугать.

— Ты о чём? — на всякий случай уточнила я. Ну, чтоб уж точно владеть всей ситуацией. Хотя не думаю, что хоть что-то способно подвинуть с первого места в моём личном рейтинге неприятностей невыплаченный вовремя ипотечный платеж.

— Ну вот смотри! — розовая подлетела к каменному кругу из пустых постаментов. Потыкала лапкой в ближайший. — Смотри, видишь?

— Ничего я не вижу! — рассерженно пробурчала я. — Может, хватит говорить загадками?

— В том-то и дело, что ничего не видишь! — торжествующим тоном провозгласила Нанайя. — А должна видеть! Девочка, поясни ей!

Луковка, которая всё это время деликатно стояла при входе, чтоб не мешать господам, вклинилась в беседу:

— На этих подставочках должны быть драгоценности Богини!

— Какие ещё драгоценности? — простонала я. — Я ничего не брала, если ты об этом! Может, Сильвия спёрла! Ищите предыдущую сваху и ей предъявляйте претензии. Заодно поинтересуйтесь у неё, как мне попасть обратно домой.

— Ты не понимаешь, — Нанайя упёрла руки в боки, подлетела ко мне и зависла над моей головой в позе обиженного Карлсона. — Это не просто какие-то там драгоценности!

— Очень красивые были штуки, — мечтательно вздохнула Луковка. — Особенно диадема. Ожерелье тоже… Камни драгоценные, как звёзды! Во-от такенного размера!

— Не важно, как они выглядели, это всего лишь иллюзия для глупых людей, — отмахнулась Нанайя. — Суть не в этом. А в их истинной силе. Которая питала силу Богини. Теперь понимаешь?

— Теперь я окончательно перестала что бы то ни было понимать, — призналась честно я.

Нанайя посмотрела на меня с видом, с каким учитель математики смотрит на ученика, который в пятом классе не может перемножить в уме шестью семь.

— Я думаю, Инанна не просто так исчезла из этого мира. И не отзывается на мои попытки к ней воззвать, между прочим! И храм разрушился не зря. Когда исчезает душа, тело всегда распадается на части. Пропажа реликвий означает только одно… — она сделала драматическую паузу.

— Ну! — поторопила её я.

— Драконы перестали верить в Любовь! — страшным шёпотом проговорила она, округляя глазки.

— Подумаешь! Всего-то. Если хочешь знать, я тоже…

Договорить мне не дали. На мой рот приземлились две теплые пушистые лапки, закрыли его и не дали продолжить.

— Только не говори, что драконья сваха у нас тоже с ума сошла! Это была бы полная трагедия! — затараторила она. — Нет-нет, в такое я верить отказываюсь, даже не пытайся говорить всякий глупости. Видела я вас с Избранным, у тебя на этот счёт полный порядок, можешь поверить моему опыту. Но драконы!!! Ты просто не понимаешь всех масштабов проблемы!

Я отодрала кое-как лапы от своего рта, принялась отплёвывать розовую шерсть, а Нанайя снова стала нарезать беспокойные круги над моей головой.

— Вот смотри, что будет, если мы срочно не исправим ситуацию! Драконы больше не верят в любовь. Перестают жениться по любви, только по расчету. Перестают беречь свою любовь, а уж брачные союзы, созданные без любви, и вовсе — как дом, построенный без прочного фундамента. Всё рушится. Быстрее и быстрее. Реликвии богини теряют силу, Инанна уходит из этого мира, её храм разрушается. Знаешь, что будет дальше?

— Что? — буркнула я. Как-то если честно, не очень меня трогают проблемы местных. Мне бы со своими разобраться.

— Я тут выбралась, полетала по округе, пока ты спала. И ты можешь себе представить? Почти не слышала детского смеха! Даже у людей рождается совсем мало малышей, а уж в драконьих дворцах я их почти не видела ни одного.

— Это точно. Наследников мало у этих знатных в последние годы появляется. Носятся с каждым, как с пупом земли. Избалованные и мерзкие создания получаются. Король у нас тоже бездетный… — задумчиво протянула Луковка.

— Ты знаешь, что происходит, когда Любовь уходит из мира? Ведь только любовь толкает продолжать род. Иначе, без этого сильного чувства, которое сильнее даже инстинкта самосохранения, что еще может подвигнуть женщину подвергать свою жизнь опасности в родах, много лет не принадлежать самой себе, не спать ночами, отдавать всю себя маленькому беспомощному существу?..

Я удивлённо посмотрела на Нанайю. Как мы вдруг пришли от оживления метлы к таким вот философским разговорам? У меня мурашки пошли по коже, и отчего-то сжалось сердце. Я ведь тоже когда-то мечтала о детях. О любви. О семье. И у меня тоже не сложилось. Но мечта — где-то там, внутри, глубоко, она, оказывается, осталась. И теперь саднила, и болела. Как заноза, которую не вытащили вовремя, и теперь она загноилась. Я думала, что в свои почти сорок уже смирилась, что не судьба. Живут же как-то люди? Но вот, такие разговоры снова бередят рану.

Дракошка уселась на каменную подставку, на которой столько времени провела статуей. Печально повисли её фейские крылышки, а розовый цвет побледнел и стал почти серым.

— А ещё Любовь — то, что заставляет мужчину-дракона заботиться о своей драконице и детях. Мешает ходить «налево». На даёт бросить несчастную, едва оплодотворённую драконицу одну с малышом в поисках новой красотки. А ведь если нету у женщины той заботы и спокойствия, нету уверенности в будущем, веры, что не предадут и не бросят, тоже — как плодиться? Даже звери в тревоге перестают размножаться. Что уж говорить о драконах. Пойми, что Любовь — это не просто красивое слово, затёртое, обычное, которое кажется глупым невеждам и циникам. Любовь — это то, без чего каждому намного проще, выгоднее и спокойней… жить одиночкой.

Я вздрогнула.

Нанайя продолжила едва слышно. Её большие глаза наполнились слезами.

— И если она исчезает в мире… если ничто больше не толкает заботиться о других, жертвовать, оберегать, не спать ночами, лечить, обнимать, радоваться и грустить вместе, то…

— Мы все становимся одиноки, — прошептала я едва слышно.

— Вот именно! А что станет с народом, в котором все превратились в одиночек, разучившихся любить?

— Он того, этого… закончится! — Стоявшая с разинутым ртом Луковка выдала очевидную вещь, пока я со своим рациональным мозгом пыталась найти аргументы против, и не находила.

— Теперь вы понимаете? Мы должны срочно найти способ вернуть Любовь в этот мир! Восстановить силу реликвий Богини. Сделать так, чтобы она снова обратила свой взор на Храм. Иначе… иначе рано или поздно все драконы погибнут. Их просто не останется. Ни одного. Драконий род вымрет. И только рисунки на стенах храма, да полузабытые сказки останутся от древнего рода этих величественных созданий. Это была бы большая потеря для мира! Так что, дорогая моя драконья сваха, поднимайся — и за работу! Нас ждёт очень, очень много дел.

===

От автора:

Дорогие читатели! От всей души поздравляю с наступившим Новым годом! Пусть он принесёт много добра, душевного тепла и волшебства) А я и Муз постараемся в этом помочь;)

Скоро продолжим)

Обнимаю крепко-крепко!

Анюта

=^_^=