Острый драконий клык. Я касаюсь его языком и улетаю. Дракон довольно урчит и углубляет поцелуй. Рвёт несчастную ленту на лифе. С сухим треском осыпаются нитки.

Наглая драконья лапа проникает под юбки, сжимает колено.

И в то же время появляется стойкое ощущение, что в комнате мы больше не одни.

— Кошмарики мои, кошмарики! Во что храм-то превратили! — восклицает писклявый девичий голос.

Абсолютно незнакомый голос.

Я с силой отталкиваю ладонями Даниеля. Дракон, бурча недовольно, позволяет мне отстраниться и выкрутиться кое-как из-под поцелуя, который чуть было не перешёл в нечто большее прямо тут, на камне. Но из рук добычу не выпустил, его тяжёлая ладонь продолжила удерживать меня за талию и не отпускать слишком далеко.

Я оглянулась и опешила.

Вокруг нас летала нежно-розовая дракошка и махала полупрозрачными фейскими крылышками. Размером она была с упитанного такого поросёночка. И то и дело восклицала в ужасе:

— А хламу-то натащили! А бардак-то, бардак!

Я прям обиделась. Столько времени убила на уборку, и вот тебе благодарность.

— А сквозняки гуляют, крыша прохудилась совсем! Что за безобразие!

— Я тебе говорила, — зыркнула я на Даниеля. У него в глазах не было ни тени угрызений совести. Вместо этого читалось страстное желание продолжить на том самом месте, на котором прервались. Появление дракошки как будто вообще не вызвало в нём удивления.

— Ох батюшки, а реликвии Инанны куда пропали?! — всплеснула маленькими лапками, которые у неё скорее напоминали мягкие лапы кошки, розовая.

— Да она и сама уже тут много лет не появляется, — буркнул недовольный дракон. Которому не досталось сладкого. Я усиленно поправляла одежду и завязывала кое-как растерзанные драконом ленточки на лифе.

Дракошка летала кругами под потолком. Пискнула огорчённо, подлетела к разломанному барельефу. Потёрла лапку об лапку, с них сорвался сонм розовых искр. И камушки стали медленно вырастать, обретать форму… с пола взмыла кучка мелкой каменной крошки, встала на место и барельеф обрёл законченные черты. С него снова взирал торжественный и надменный лик богини.

Я как раз успела натянуть юбки на голые коленки. И когда успел?!

— Одно хорошо, в храме снова царит Любовь! — довольно пропела дракошка. — Вы такие милые! Продолжайте, продолжайте! Не обращайте на меня внимания.

Я вспыхнула и пробормотала:

— Он как раз уходит.

— Это ещё почему? — насупился дракон.

— Потому что я так сказала! — рявкнула я и снова толкнулась ладонями, то каменная туша двигаться с места не желала, и я разозлилась окончательно. — Я твоей подстилкой на одну ночь быть не соглашалась.

Дракон вскипел не меньше моего.

— Что-то пропустил, когда ты мне это сказала. До или после того, как засунула язык мне в рот?

От возмущения я чуть дар речи не потеряла.

— Знаешь, что? Иди-ка ты, королевское величество, на… свой трон!

Сдула упавший на лицо локон и скрестила руки на груди в жесте возмущённого Наполеона, который с высоты холма обзирает руины горящей Москвы. Вот примерно с таким внутренним чувством я тоскливо смотрела на перспективы несостоявшейся горячей ночи с горячим драконам. Что поделаешь! Гордость — она такая. У неё есть своя цена. Свою я по жизни регулярно плачу.

Дракон же смотрел на меня так, словно решал — голову мне открутить на месте, или сначала тюкнуть по башке, утащить к себе в берлогу и употребить по назначению.

Розовая малышка подлетела ко мне и выпалила возмущённо:

— Ты что? Как можно так невежливо разговаривать со своим Истинным?

===

От автора:

Мои дорогие, с наступившим вас Новым годом! Пусть он принесёт добро, любовь и волшебство!

От меня вам под ёлочку мешок подарков, с 1 по 11 января, все праздники, — 25 % на ВСЕ мои книги!

Приходите ВОТ СЮДА (тык!) https:// /shrt/gc0B

и забирайте яркие и волшебные истории для длинных и уютных выходных с книжкой под пледом)