На следующее утро я проснулась с тяжёлой головой и ощущением, будто меня переехал каретный экипаж, нагруженный книгами по магической теории. Каждая мышца ныла, а в памяти стоял его насмешливый голос: «Расслабьтесь, ваша светлость». Чёрт бы побрал это расслабление!

Спускаясь к завтраку, я надеялась, что он проспит или, в идеале, сбежит после первого неудачного занятия. Но нет. Он уже восседал в столовой, свежий и сияющий, будто провёл ночь в медитации, а не изводил благородных дев неуместными прикосновениями. Он что, никогда не устаёт?

— Выглядите превосходно, — встретил он меня, с наслаждением отхлёбывая чай. — На лице играет такой живой, насыщенный румянец. Прямо пламя.

Я промолчала, сгребая в тарелку омлет с такой яростью, что бедное яйцо, наверное, пожалело о своём рождении. Родители переглянулись, и на лице матери промелькнуло что-то подозрительно похожее на умиление. Предатели.

После завтрака он, не дожидаясь приглашения, направился в библиотеку. Я, словно заворожённая (или наказанная), поплелась следом.

Пентариус устроился в папином кресле у камина, развалившись с такой небрежностью, будто был полноправным хозяином поместья. В руке он держал фолиант по теории элементальной магии, но его внимание, похоже, целиком принадлежало мне.

— Ну что, графиня, — начал он, откладывая книгу. — Давайте поговорим о фундаментальных принципах. О концентрации энергии. Например, в самых сокровенных, глубинных точках вашего естества.

Я ощутила, как по спине побежали мурашки. Он вновь начинал свою игру. — Или о высвобождении накопленного напряжения, — продолжил он, его взгляд скользнул по моей фигуре, заставив меня выпрямиться. — Это ведь так важно — вовремя дать выход… силе. Иначе возможен взрыв. Как вчера с теми ледяными иглами. Очень показательно.

— Вы читаете трактаты по магии или руководства по совращению невинных девиц? — огрызнулась я, чувствуя, как краснею. — Потому что я не могу отличить одно от другого.

Он рассмеялся, и этот звук снова странным образом согрел меня изнутри. — Магия и страсть, миледи, имеют много общего. И та, и другая требуют искренности и полной самоотдачи. Но вы, кажется, не готовы ни к тому, ни к другому.

От его слов стало душно. Чтобы сменить тему, я, отчаянно нуждаясь в хоть какой-то отвлечённости, спросила: — Вы… вы бываете при дворе? Вы знакомы с принцем?

Его брови поползли вверх, а в уголках губ заплясали чёртики. — Принцем Ричардом? Можно сказать, что наши пути пересекались. Почему спрашиваете?

Я обхватила чашку с чаем, словно ища в ней спасения. — Меня… мне прочат ему в невесты, — выдохнула я. — А я не хочу. Не хочу покидать дом ради какого-то чопорного, надменного незнакомца, который, наверное, только и делает, что смотрит на всех свысока и поправляет свою корону. Я не хочу выходить замуж за того, кого даже не знаю.

Он слушал с необычной для него серьёзностью. — А каким бы вы хотели его видеть? — Ну… — я задумалась. — Чтобы у него было чувство юмора. Чтобы он не был скучным. Чтобы видел во мне человека, а не… придаток к своему титулу и магии.

— Судя по слухам, — он обдумывал свои слова, боясь опорочить имя своего правителя, — принц… человек решительный. Целеустремлённый. Говорят, он весьма предан своим интересам и не привык отступать, если что-то задумал. — Звучит ужасно, — поморщилась я. — Как будто он собирается завоевать королевство, а не найти жену.

— Возможно, он же дракон — он улыбнулся. — Но также ходят слухи, что он ценит ум и силу духа. И что его трудно обмануть лестью или притворной скромностью. Он, кажется, предпочитает… искренность. Даже если она граничит с дерзостью.

В его глазах читалось что-то такое, что заставило моё сердце ёкнуть. На мгновение мне показалось, что он говорит не о каком-то абстрактном принце, а о чём-то гораздо более близком.

— А ещё, — он понизил голос, становясь похожим на заговорщика, — говорят, что он есть неучёных магией девиц на завтрак. Но это просто слухи. Я невольно рассмеялась. Представление было забавным. — Похоже, он настоящий монстр!

— О, да, — он кивнул, и его взгляд снова стал игривым. — Но его главная черта, как мне кажется, — это невероятная, почти драконья уверенность в себе. Он твёрдо знает, чего хочет, и, как правило, этого добивается.

Я вздохнула, глядя на него. На этого наглого, неуместного, невыносимо привлекательного мага, который мог быть таким разным — насмешливым тираном на уроке и интересным собеседником в библиотеке. Внутри что-то болезненно сжалось.

«Вот бы, — подумала я с горькой иронией, — этот принц, которого мне навязывают, был хоть наполовину так интересен, как этот волшебник. Вот бы я могла выйти замуж за кого-то вроде него…»

Мысль была настолько крамольной и неожиданной, что я чуть не пролила чай. Нет, это просто отчаяние и усталость. Ничего более.

В этот момент дверь в библиотеку с грохотом распахнулась, и на пороге, запыхавшись, появилась наша старшая горничная, Марта. Её лицо было бледным, глаза выпученными от изумления.

— Графиня! — выдохнула она, кланяясь. — Прошу прощения, что врываюсь, но… но прибыл волшебник! Оскар, ваш учитель! Он в ярости, что его не встретили, как положено!

Воздух вырвался из моих лёгких со свистом. Я застыла, не в силах пошевелиться, уставившись на человека в кресле. Словно в замедленной съёмке, я видела, как его улыбка не исчезла, а лишь преобразилась. Из заинтересованной и тёплой она стала широкой, наглой и полной торжествующего злорадства. В его глазах вспыхнули знакомые уже мне искорки — он получал от этой ситуации невероятное удовольствие.

Он медленно поднялся, отряхнул несуществующую пылинку с рукава и посмотрел на меня с вызовом. — Ой, — произнёс он, и в этом коротком слове звучала вся суть его натуры — дерзкая, самоуверенная и довольная собой. — Кажется, кое-кто опоздал на спектакль. Или, возможно, как раз вовремя для второго акта. — Кто вы? — с ходу спросила я, твёрдо смотря в глаза мужчине, которого, словно, видела впервые. — Ричард, наследный принц, младший из рода драконов и… Вроде как, ваш жених. Мой мир рухнул. Меня обманули. И родители, которые явно знали, кто это. И, названный, жених. Я склонилась перед ним, не скрывая отвращения на своём лице. — В этом я очень сомневаюсь, ваше высочество…