Исангер

Роган сменил ипостась сразу, как только когти белого дракона вонзились в его шкуру. Но это ему не помогло. В человеческой форме он был ещё слабее.

Скрутив его и опутав заклинаниями, Исангер выпрямился и проводил взглядом Алвара, улетающего в сторону Даларны. Белый дракон бессильно зарычал. Как он ни старался, столкновения было не избежать.

Роган застонал и перевернулся на спину.

— А ведь если бы не Блодверки, твоей истинной уже не было бы в живых.

— Твоей заслуги тут нет, — мрачно бросил Исангер.

— Моя заслуга в том, что ты её встретил. Если бы я не попытался прибрать себе этот кусочек земли, тебя бы сюда не прислали.

Свар медленно втянул воздух. Алвар вдали описал круг, подавая знак королевской армии, и уже возвращался обратно.

— Будешь молчать, и я выступлю в Совете драконов против твоей казни. Скажешь хоть слово о ней Одарслейву или кому-то другому — лично сверну тебе шею.

Роган помрачнел. Видимо, мысль о возможной казни не приходила ему в голову.

— Я скажу тебе ещё кое-что, а взамен попрошу отправить весточку моей бабке.

— Не представляю, чем ты можешь меня удивить.

Но Блодверку это удалось. Когда глава клана спустился к ним, Исангер был задумчиво немногословен.

— Ублюдок! — Одарслейв пнул связанного Рогана и тот скорчился от боли. — Я порешу тебя прямо здесь и скажу, что ты погиб в бою. Хотя нет, много чести для тебя в такой славной гибели.

— Оставь его, — деланно безразлично отозвался Исангер. — Что войска?

— Выступают. Часовых я обезвредил, ловушки проверил — путь свободен.

Внизу в ущелье раздался взрыв. Камни полетели со склонов, образуя завал, за которым могли бы укрыться обороняющиеся. Туда уже деловито подтаскивали самодельные баллисты и связки динамита.

Алвар помрачнел.

— Виттану стоит передумать насчёт драконов, если он не хочет положить здесь половину армии. Мы могли бы сделать всё незаметно. Мы же шпионы, бездна его дери!

Исангер пожал плечами.

— Миинатцы не дураки, а вот король… Ему придётся пойти на уступки, если он хочет, чтобы восстания прекратились, и угледобыча шла бесперебойно.

— Что с тобой, Айсберг? — Алвар покосился на него. — Слишком долго дышал угольной пылью?

Исангер помолчал.

— Проблема Миината не в драконах, а в том, что им не хватает ресурсов. Дай людям сытую и безбедную жизнь — и разговоры об автономии останутся только разговорами.

Одарслейв неопределённо рыкнул. Наверное, не хотел соглашаться, но не нашёл возражений.

Подоспевшие Магнор и Ливгрет унесли извивающегося Рогана в сторону Даларны. В лагерь повстанцев прибывали люди. Весёлые разговоры прекратились. Повстанцы мрачно готовились к бою. На лицах каждого были ожесточение и готовность бороться до конца.

Напряжённую картину разбавил гражданский экипаж, подкативший к лагерю. Из него выскочил ландмистр. Следом за ним наружу выбралась девичья фигурка, и Исангера будто ударило магическим разрядом. Эйвин!

— О, твоя девчонка уже тут, — проворчал Алвар. — Из неё вышел бы отличный двойной агент. Кого-то она мне напоминает…

Вместо ответа Исангер выпустил крылья и, скрытый заклинанием, спикировал вниз.

Эйвин

Мерзкую удавку было никак не снять. Раздражённая ощущением, будто мне отрезали пару конечностей и органов чувств, я не сразу уловила, что во дворе началась какая-то суета. Наша охрана спешно покидала пост.

На выходе я столкнулась с взволнованным отцом.

— Королевская армия начала наступление, — он вытер платком пот со лба. — Все готовятся к бою. Я должен ехать туда, ещё не поздно начать переговоры.

Мы с мамой смотрели на него с восхищением и сожалением. Кажется, время переговоров давно ушло.

— Но ведь там опасно! — всплеснула руками мама.

— Я с тобой! — быстро сказала я. — Не спорьте! Я дракон! Я могу постоять за себя и прикрыть папу.

Только сначала найду Исангера и разузнаю, как снять удавку.

Родители, похоже, уже смирились, что их дочь совершенно вырвалась из-под их опеки. Отец лишь расстроенно махнул рукой в сторону экипажа.

Мы быстро ехали по пустым улицам, лишь за городом местами приходилось просить разойтись людей, спешащих на помощь повстанцам. На месте отец попросил меня оставаться в экипаже, но я не послушалась. Как тогда Исангер найдёт меня?

Я не ошиблась. Долгую минуту я растерянно осматривала последние приготовления к сражению. Люди с оружием спешили в ущелье, туда же катили телеги с грузами, рядом торопливо разбивали многоместную палатку медиков. Но уже скоро я почувствовала присутствие дракона. Моего дракона.

Исангер не успел сказать мне ни слова. Рядом с ним тут же появился старший Одарслейв. Люди вокруг не сразу обратили на них внимания, а вот папа мгновенно заметил.

— Надо остановить это! — он бросился к главе клана. — Нам нужны переговоры! Вы сможете передать письмо той стороне?

Белоголовый хмыкнул.

— Кажется, по эту сторону переговоров хотите только вы.

Отец в отчаянии оглянулся.

— Вы видели расположение войск сверху. Что скажете? Кто победит?

Одарслейв устало вздохнул.

— Смерть. Она точно будет сегодня в выигрыше. В ущелье будет бойня.

— Вот! — папа сунул ему конверт с письмом. — Приведите делегатов. Я уговорю наших.

Скептически поджав губы, старший дракон всё-таки взял письмо. Я обнаружила, что нас окружают люди, жадно ловящие каждое слово разговора.

Когда Одарслейв растворился в воздухе, нас взяли в кольцо. Исангер явно был недоволен тем, что я здесь. Он молча сжал мою руку, оберегая от нечаянных толчков в толпе.

— В штаб, — пояснили папе на вопрос, куда нас ведут.

Те, кто руководил восстанием, были на той самой линии обороны, где ожидалось столкновение. По ущелью уже разносился глухой шум — армия Даларны была близка.

— Хватит, Линнфро, — бросил отцу рабочий, знакомый мне по собранию "Чёрного братства". — В Даларне не хотят нас слушать.

— Они послушают, — уверенно заявил отец. — Виттан Четвёртый решил не использовать драконов в битве. Это уже уступка! А где одна, там и другая.

Вдали поднялись клубы пыли, шум, усиливавшийся в последние минуты, стих. Когда пыль осела, стали видны бесчисленные ряды солдат в синей форме.