Я натянула вчерашнее платье, другого у меня все равно не было, и кое-как привела себя в порядок перед треснувшим зеркалом в прихожей. Синяки под глазами замаскировать нечем, губы все еще чуть припухшие после вчерашнего, и эта дурацкая улыбка, которая никак не желала сходить с лица.— Прекрати лыбиться, — приказала я своему отражению. — Ты агент на задании, а не влюбленная дурочка. Ты лучшая!

Отражение послушно сделало серьезное лицо. На целых три секунды. А потом снова расплылось в улыбке.— Черт.Стук повторился — настойчивее, громче.

— Иду я, иду!Я распахнула дверь и чуть не столкнулась с Джоном нос к носу. Он стоял на пороге, свежий, выбритый, в идеально отглаженном мундире, с неизменной чашкой кофе в руке. И смотрел на меня так, будто вчера ничего не произошло.

— Доброе утро, — сказал он ровно. — Выглядишь... сносно.— А ты выглядишь так, будто спал всю ночь как младенец, — я отступила, впуская его. — Мне бы твою совесть.

— Совесть у меня чиста, — он прошел в комнату и поставил вторую чашку кофе на журнальный столик. — Пей. В участок сегодня не поедем, нам нужно готовится.— А куда?— В магазин.

Я подозрительно прищурилась.— В какой магазин?— В плательный, — усмехнулся он, отвернувшись к окну, делая вид, что рассматривает двор. — Тебе нужно платье.

— Платье? — я схватила чашку и сделала глоток. Кофе был обжигающим, крепким, идеальным. — То есть ты хочешь сказать, что мне, как настоящему агенту, полагается шоппинг за казенный счет?

— Полагается рабочая экипировка, — поправил он, не оборачиваясь. — Не обольщайся.— Я никогда не обольщаюсь, — я допила кофе в два глотка и поставила чашку. — Я просто радуюсь маленьким прелестям жизни. Например, возможности потратить твои деньги.

— Государственные деньги, — поправил он.— Твои, государственные... какая разница, — я схватила свою старенькую накидку и направилась к двери. — Главное, что они не мои. Веди, дракон.

Магазин оказался в центре города, на улице, где я раньше бывала только в качестве зрителя, разглядывающего витрины снаружи. «Мадам Изабель. Высокая мода для высокородных дам» — гласила золотая вывеска над входом. За стеклом красовались манекены в таких платьях, что у меня перехватило дыхание.

— Ты серьезно? — я уставилась на Джона. — Сюда? Я?— А что не так?— А то, что здесь платья стоят как мой годовой доход. Бывший годовой доход, — поправилась я.

— Поэтому мы здесь, — он открыл дверь и жестом пригласил войти. — Тебе нужно выглядеть убедительно. Граф де Вейл не клюнет на девушку в дешевом тряпье. Нужно готовится к маскараду.

Внутри пахло духами, дорогой и тканью. Мне сразу стало неловко. Не должен никто, на меня, такую… столько денег. Пол был выложен мрамором, люстры сияли хрусталем, а по залу плавно скользили продавщицы в строгих черных платьях, похожие на породистых кобылок.

К нам тут же подплыла одна из них, высокая, худая, с идеальной укладкой и взглядом, который мгновенно оценил мой наряд, мои туфли и мое положение в этом мире. Оценка была не в мою пользу.

— Господин... — начала она, обращаясь к Джону, явно принимая его за покупателя, а меня за... непонятно кого.— Моей спутнице нужно платье, — перебил он тоном, не терпящим возражений. — Для бала. Лучшее, что у вас есть.

Продавщица моргнула, перевела взгляд на меня, и ее профессиональная улыбка дрогнула. Всего на секунду. Но я заметила.— Разумеется, — она щелкнула пальцами, и откуда-то из-за штор выпорхнули две девушки помоложе. — Прошу вас, мадам, присаживайтесь. Мы принесем модели.

Я плюхнулась в кресло, обтянутое розовым бархатом, и с наслаждением откинулась на спинку.— Знаешь, — сказала я Джону, который сел напротив и взял какую-то газету, — в этой жизни у меня было много всего. Деньги, драгоценности, мужчины. Но чтобы мне покупали платье в таком месте... Это впервые.

— Наслаждайся моментом, — буркнул он, не отрываясь от газеты.— А ты не будешь меня сопровождать? — я подмигнула. — Помогать с выбором? Застегивать крючки?

Он дернул плечом, словно отмахиваясь от моих слов, и промолчал.Принесли платья. Много платьев. Они висели на вешалках, переливались шелком, шуршали атласом, мерцали кружевами. У меня глаза разбежались.

— Оно, — выдохнула я, ткнув пальцем в первое попавшееся — золотистое, с глубоким декольте и пышной юбкой.— Это вам нужно примерить, мадам, — продавщица, которую звали мадемуазель Клер, смотрела на меня с плохо скрываемым превосходством. — Не все платья одинаково хорошо сидят на... разных фигурах.

Я уловила намек. Она смотрела на мои бедра, которые явно не вписывались в стандарты моделей, и сомневалась, что хоть что-то здесь налезет на такую, как я.— Несите, — отрезала я. — Разберемся.

Первое платье не налезло. Второе налезло, но трещало по швам. Третье было велико в груди. Четвертое мало в бедрах. Я уже начала злиться, а продавщица улыбалась все шире, предвкушая мой позор.— Знаете что, — сказала я, вылезая из очередного шедевра портновского искусства, — может, у вас есть что-то... другое?

Мадемуазель Клер поджала губы.— Мадам, наш магазин ориентирован на…— На кого? — раздался голос Джона из кресла. Он даже не поднял головы от газеты. — На кого ориентирован ваш магазин, мадемуазель?

Продавщица побледнела.— На взыскательных клиентов, господин.— Вот и обслуживайте взыскательно, — он перевернул страницу. — Моей спутнице нужно платье. Лучшее. И если я увижу, что вы продолжаете смотреть на нее с таким выражением лица, я куплю этот магазин и уволю вас лично. У меня хорошая память на лица.

Я замерла. Продавщица замерла тоже. В зале повисла тишина.— Прошу прощения, господин, — выдавила она наконец. — Я сейчас принесу другие модели.Когда она упорхнула, я подошла к Джону и наклонилась к самому его уху.

— Ты только что купил мне платье, пригрозил уволить продавщицу и вообще ведешь себя как... — я запнулась, подбирая слово.— Как кто? — он поднял голову, и наши глаза встретились.— Как мой мужчина, — выдохнула я.

— Я просто всегда на защите правды, это моя работа. И что это за бутик? Если нет платья на нормальный размер, сшейте на заказ. Кто-то должен морить себя голодом, чтобы влезть в платье, которое стоит, как небольшой домик у моря?

— Звучит почти интимно.— Мерил…— Молчу, молчу.

Принесли новые платья. И вот тут началось волшебство.Я перемерила, наверное, штук десять. Каждое было прекраснее предыдущего. Синее, как ночное небо, красное, как закат, розовое, как утренняя заря, черное, с серебряной вышивкой, от которого у меня перехватило дыхание.

— А как делают такую вышивку? — спросила я у мадемуазель Клер, которая после угроз Джона стала само радушие. — Это же ручная работа, да?— Да, мадам. Мастерицы вышивают золотой нитью по шелку. Это занимает около трех месяцев.

— Три месяца, — я провела пальцем по узору. — Невероятно. А это что за ткань? — указывая на другое платье.— Шантильи, мадам. Лучшее кружево из столицы.

— А цвет? Как они получили этот изумрудный оттенок?Продавщица оживилась, почуяв в моих вопросах неподдельный интерес, а не каприз богатой клиентки.— Особая технология, мадам. Сначала красят в желтый, потом в синий, и только потом, в зеленый. Получается глубина, видите?

— Вижу, — я приложила ткань к щеке. — Боги, это же настоящее искусство.— Вы разбираетесь в тканях, мадам?— Нет, — я усмехнулась. — Просто когда-то мечтала стать портнихой. Шить платья для таких вот магазинов. Чтобы женщины приходили и чувствовали себя красивыми.

Я сказала это и вдруг поняла, что сказала лишнее. Джон смотрел на меня поверх газеты, и в его взгляде было что-то новое. Настоящий, теплый интерес.— Мечты иногда сбываются, — сказал он тихо. — Примерь вот это.

Он указал на платье, которое висело отдельно от остальных, изумрудно-зеленое, с глубоким вырезом на спине и простым, но элегантным лифом. Оно словно светилось изнутри.— Давай, — кивнул он. — Ты должна его примерить.

Я взяла платье и скрылась за ширмой.Когда я вышла, в зале стало тихо.Платье сидело идеально. Будто его шили по мне. Изумрудный шелк обтекал формы, подчеркивая талию, мягко ложась на бедра, ниспадая к полу легкой волной. Глубокий вырез на спине открывал лопатки, а лиф... лиф делал с моей грудью такое, что даже я сама засмотрелась.

— Ну? — я повернулась к Джону, стараясь не выдать волнения. — Как тебе?Он смотрел. Просто смотрел, забыв про газету, про продавщиц, про все на свете. В глазах горело то самое пламя, что и вчера, только теперь он даже не пытался его скрыть.

— Ты... — начал он и запнулся. Сглотнул. Начал снова: — Сносно, Мерил.— Ого, — я приложила руку к груди. — Комплимент от самого генерала? Я падаю в обморок.

— Не падай, — он поднялся, подошел ближе. Остановился в шаге, разглядывая платье. — Оно твое.— Ты серьезно?— Абсолютно. И вот это, — он указал на черное с серебром, — и вот это, синее. И вон то, бордовое.

— Джон, — я рассмеялась. — Ты собираешься открыть мой магазин?— Я собираюсь обеспечить тебя всем необходимым для работы, — отрезал он, но в его голосе слышалась улыбка. — А для работы тебе нужно несколько платьев. Разные выходы, разные образы. Нельзя на светские вечера ходить в одном и том-же.

— Несколько, — повторила я. — То есть я теперь официально твоя содержанка?— Ты мой работник, — он вздохнул. — Сколько раз повторять?

— Буду повторять, пока ты сам в это не поверишь, — я подмигнула и упорхнула переодеваться.К тому моменту, как мы вышли из магазина, я была обладательницей четырех роскошных платьев, двух пар туфель, перчаток, вееров и какой-то невероятно красивой шали, которую продавщица подсунула со словами «к такому платью обязательно нужна эта шаль, мадам».

Джон нес все пакеты. Он выглядел нелепо, генерал-полицеймейстер, дракон, грозный следователь, нагруженный ворохом коробок, как носильщик. Но я молчала. Не потому что боялась, а потому что наслаждалась зрелищем.— Куда теперь? — спросила я, когда мы вышли на улицу.

— Обедать, — он кивнул в сторону маленького ресторанчика через дорогу. — И поговорить о деле.— Опять говорить, — вздохнула я. — А когда действовать?— Скоро, — пообещал он. — Не капризничай.

Ресторан оказался тихим, уютным, с отдельными кабинетами, скрытыми тяжелыми портьерами. Мы сели в дальнем углу, заказали еду, и Джон наконец поставил пакеты на пол.— Устал? — ехидно поинтересовалась я.

— Привык таскать тяжести, — он потер плечо. — Но обычно я таскаю оружие, а не дамские тряпки.— Привыкай, — передразнила я его вчерашнюю интонацию. — Теперь ты мой личный носильщик.

— Прекращай, — в который раз повторил он. — Давай к делу.Принесли еду. Я набросилась на мясо с таким аппетитом, будто не ела вечность. Джон ел аккуратно, отпивал вино и смотрел на меня.

— Граф де Вейл, — начал он, когда я прикончила половину тарелки. — Что ты о нем знаешь?— Ничего, — я отпила вина. — Кроме того, что он богат, знатен и любит вечеринки.

— Любит, — согласился Джон. — Очень любит. Особенно закрытые вечеринки, на которые приглашают только избранных. И на которых происходит то, что не должно становиться достоянием общественности.— То есть моя стихия, — усмехнулась я. — Компромат.

— Именно, — он кивнул. — Твоя задача, попасть на такую вечеринку. Познакомиться с графом. Заинтересовать его. Стать его... близкой подругой.— Любовницей, — поправила я. — Давай называть вещи своими именами.

— Временной любовницей, — уточнил он, и в его голосе послышались стальные нотки. — Только для дела. Только чтобы войти в доверие и получить доступ к его бумагам.

— А тебя это не смущает? — я наклонила голову, разглядывая его. — Что я буду с ним... близкой подругой?— Это работа, — отрезал он.

— Работа, — повторила я. — А если он захочет большего? Если полезет под юбку прямо на первой встрече?— Ты справишься, — Джон сжал вилку так, что та чуть не погнулась. — Ты профессионал.

— Профессионал, — я откинулась на спинку стула. — Интересно, а что ты будешь делать, пока я буду развлекать графа? Сидеть в кустах и ждать сигнала?— Я буду рядом, — пообещал он. — Всегда рядом. Если что-то пойдет не так, я войду и вытащу тебя.

— Как романтично, — вздохнула я. — Прямо рыцарь на белом коне. Только ты дракон и коня у тебя нет.— Мерил, — он отложил вилку. — Это серьезно. Граф де Вейл опасен. Он связан с людьми, которые не остановятся ни перед чем. Если он поймет, что ты шпионишь...

— Я знаю, — перебила я. — Я не первый год в этом бизнесе, Джон. Я умею выкручиваться.— Умеешь, — согласился он. — Поэтому ты здесь.

Мы помолчали. Я доела мясо, допила вино и почувствовала, как приятное тепло разливается по телу.— И когда начинать? — спросила я.— Через три дня, — он полез во внутренний карман мундира и достал что-то маленькое, блестящее. — Но сначала...

Он взял мою руку. Я замерла. Его пальцы были горячими, чуть шершавыми, и от их прикосновения у меня мурашки побежали по коже.— Что ты делаешь? — спросила я, когда он надел мне на палец кольцо.

Тонкое, серебряное, с маленьким темным камнем. Простое, но изящное. Очень красивое.— Джон, — я поднесла руку к свету, любуясь кольцом. — Это, конечно, неожиданно, но я пока не готова выходить замуж. Мы слишком мало знакомы. Хотя ты, конечно, видный мужчина, и у тебя есть деньги...

— Мерил, — он закатил глаза с таким выражением, будто у него сейчас голова взорвется. — Это не обручальное кольцо.— А что? Помолвочное? — я захлопала ресницами. — Тогда тем более. Я должна подумать. Взвесить все за и против. Ты же дракон, у вас там свои традиции.

— Это артефакт слежения! — рявкнул он так, что соседние столики затихли.Я замерла. Потом расхохоталась.— Артефакт слежения? — сквозь смех выдавила я. — Серьезно? Ты надел мне на палец жучок?

— Не жучок, — он уже взял себя в руки, но щеки его слегка порозовели. — Магический артефакт. Я всегда буду знать, где ты. Если сбежишь, найду. Если попадешь в беду… подожду, потом тоже найду.— То есть это такой драконий способ сказать «я всегда буду рядом»? — я вертела кольцо на пальце. — Мило. Немного жутко, но мило.

— Это необходимость, — отрезал он. — Я должен тебя контролировать.— Контролировать, — я вздохнула. — А я-то думала, что ты просто решил сделать мне приятно. Купил платья, накормил обедом, кольцо подарил... Прямо ухаживания какие-то. Ну настоящий мужчина!

— Мерил…— Молчу, молчу, — я подняла руки в примирительном жесте. — Артефакт так артефакт. Буду носить с гордостью. Как каторжница, ошейник.— Это не ошейник, — он поморщился. — Это защита.

— Защита, — согласилась я. — Ладно. Спасибо. Правда спасибо.Я посмотрела на кольцо. Камень темнел в серебряной оправе, переливаясь глубоким синим. Красивая вещь.

— Оно сработает, если меня будут топить в реке? — спросила я деловито.— Оно покажет, где тебя топят.

— А если закопают в лесу?— Покажешь.— А если...

— Мерил, — он вздохнул. — Оно показывает твое местоположение. Всегда. Неважно, где ты и что с тобой. — Придешь, — я посмотрела ему в глаза. — Обещаешь?— Обещаю.

Настала моя очередь отводить взгляд. Потому что в его голосе было столько уверенности, столько силы, столько... чего-то еще, что у меня внутри все перевернулось.— Ладно, — я допила вино. — Рассказывай про графа. Что я должна буду там делать?

— Для начала, просто быть, — он откинулся на спинку стула. — Появиться на балу. Привлечь внимание. Заинтриговать. Он любит новых людей, особенно красивых женщин. Ты подойдешь, заговоришь, он клюнет.— А если не клюнет?

— Клюнет, — уверенно сказал Джон. — Я видел его типаж. Ты, то, что ему нужно.— То есть я типаж? — притворно обиделась я. — Просто типаж?— Ты, Мерил, — поправил он. — Этого достаточно.

Я улыбнулась. Спорить не стала.Мы пообедали, расплатились и вышли на улицу. Солнце стояло высоко, воздух прогрелся, и город жил своей обычной жизнью. Я шла рядом с Джоном, чувствуя его тепло, и думала о том, как странно все складывается.

Еще вчера утром я сидела в вонючей камере и ненавидела его. А сегодня иду с ним под руку, в новых туфлях, с кольцом на пальце и чувствую себя... почти счастливой.

— О чем думаешь? — спросил он, когда мы свернули на нашу улицу.— О том, что жизнь — странная штука, — честно ответила я. — Еще неделю назад я была королевой шантажа, а теперь, тайный агент при драконе. Соседствую с ним. Ношу его кольцо.

— Это артефакт слежения, — напомнил он.— Ага, — я улыбнулась. — Конечно.Он остановился у моей двери. Посмотрел на меня долгим взглядом.

— Завтра в восемь. Начнем подготовку. Легенда, манеры, детали.— Я буду как штык, — я взяла у него пакеты. — Спасибо за платья. И за обед. И за кольцо. Даже если это просто жучок.

— Мерил…— Пойду отдыхать — я чмокнула его в щеку быстрее, чем он успел отстраниться, и скрылась за дверью.

Я улыбнулась и пошла разбирать покупки. Изумрудное платье я повесила на видное место. Пусть висит. Напоминает.О том, что я прекрасна. О том, как он смотрел. О том, что в его глазах горело пламя, которое он так отчаянно пытается погасить.

Я разобрала пакеты, развесила платья, еще раз полюбовалась изумрудным, приняла душ и наконец рухнула в кровать. Тело гудело от усталости, голова кружилась от событий последних суток, но на душе было... тепло.

Кольцо на пальце слабо мерцало в сумерках. Я крутила его, глядя, как камень ловит отблески уличных фонарей, и глупо улыбалась.— Артефакт слежения, — прошептала я. — Ну конечно.

За стеной было тихо. Интересно, он уже спит? Или сидит там, в своей квартире, и думает о том же, о чем и я? О поцелуе. О том, как он прижимал меня к стене вчера?

— Прекрати, Мерил, — приказала я себе. Я закрыла глаза и постаралась уснуть. Мысли путались, уносили куда-то в темноту, где смешивались запах его духов, вкус кофе на его губах и жар рук на моей талии. Я проваливалась в сон медленно, как в теплую воду, уже не понимая, где реальность, а где грезы.

И вдруг… Щелчок.Я не сразу поняла, что это. Просто звук. Тихий, но резкий. Щелчок дверного замка.

Я замерла. Сердце пропустило удар, потом заколотилось где-то в горле. Кто-то вошел в мою квартиру…Я не успела даже вдохнуть, как в проеме спальни возник силуэт. Темный, широкоплечий, огромный на фоне тусклого света из окна. Он двигался бесшумно, как хищник, и от этого было еще страшнее.

Я хотела закричать. Хотела вскочить, схватить что-то тяжелое, защищаться. Но тело не слушалось, парализованное ужасом.

Силуэт приблизился к кровати. Остановился. Наклонился.И тут луна вышла из-за облака, и слабый свет упал на его лицо. Джон.

Я выдохнула, судорожно, со всхлипом.— Джон? — мой голос прозвучал хрипло, испуганно. — Ты что здесь делаешь?

Он молчал. Глаз не было видно. Может спит? Лунатик? — Джон? — повторила я, начиная дрожать. — Ты меня пугаешь. Ответь...

Он не ответил. Он шагнул к кровати, наклонился и поцеловал меня.

Это не было похоже ни на тот, первый поцелуй в номере, ни даже на тот, у стены. Нежный, долгий.Я вскрикнула в его губы от неожиданности, но он не остановился. Руки вцепились в мои волосы, его тело навалилось сверху, прижимая к матрасу, и я чувствовала, как он дрожит.— Джон, — выдохнула я, когда он на секунду оторвался, чтобы перевести дыхание. — Что случилось? Ты…Но он снова накрыл мой рот поцелуем.