Когда я проснулась, думала, что почувствую рядом с собой Диму, но нет. Постель была холодной и слишком ровной, как будто он и вовсе не приходил ночью. Но все мои мысли прервало ужасное похмелье. Стакан воды и таблетку на тумбочке я заметила не сразу. Осушив его до дна, я встала с кровати и вышла на кухню. Дима готовил завтрак, и я по своей излюбленной привычке подошла к нему с обняла со спины. Обычно Дима всегда реагировал спокойно, но сегодня я почувствовала, как он дернулся, уронив стакан с горячим кофе в раковину.

— Дим, ты чего? — я выглянула из-за спины. — Ты мне что-то совсем не нравишься.

— Что прямо совсем? — он улыбнулся. — Неужели так быстро от меня устала?

— Ну ты чего?! Я же не про это. Ты какой-то не такой. И не говори мне, что это не так. Я чувствую. Что с тобой происходит, м?

— Ничего, Насть. Просто эти дни получились сильно насыщенными. Как у тебя голова?

— Ну, если честно, то немного болит. Кстати, спасибо за таблетку. А ты что, не приходил спать?

— Если честно, уснул в кабинете за столом. Проснулся часов в пять, а ты утром всегда спишь очень чутко, не хотел тебя будить.

— Лучше бы разбудил. — Я обняла его так крепко, до хруста костей. — Я соскучилась.

Встав на носочки, я потянулась к его губам и поцеловала Диму нежно-нежно. Он сразу ответил и, устроив руки на моей талии, легко подхватил и усадил на столешницу. Я обняла его ногами за спину и буквально растворилась в его поцелуе и в нем самом. Я и не думала, что за эти несколько дней соскучилась по нему так сильно. Сегодня Дима целовался по-другому. Сильно, ярко, даже как-то отчаянно. Как будто я была его кислородом, а он в нем нуждался как никогда.

— Дим, Дим… — у меня немного закружилась голова. — Подожди, пожалуйста. — Я дотронулась рукой до лба и постаралась перевести дыхание.

— Прости, я не сдержался. Ты как? Голова сильно болит?

— Нет, просто кружится немного. Видимо, от вчерашнего еще не отошла. Все в порядке. Я спрыгнула со столешницы и выпила еще воды. — Кстати, несмотря на мое ужасное похмелье, я сегодня приду в университет. У нас же пара, не хочу пропускать.

— И что же тебя так тянет ко мне на пары? Ты же постоянно где-то летаешь.

— Да потому что ты у меня очень красивый, и я просто не могу оторвать от тебя глаз. Особенно когда ты в белой рубашке с серебряными запонками, в темно-синем пиджаке и твоих прямоугольных очках. Мне каждый раз хочется с тебя это все снять.

— Настюш, у тебя, кажется, голова кружилась. Поэтому, если не хочешь, чтобы она закружилась с тройной силой, иди и переодень мою рубашку. А то есть большой риск вообще остаться без нее. — Дима приблизился ко моему уху. — И без всего остального тоже.

— Поняла, поняла, ухожу, — я подняла руки в спасательном жесте.

— Насть, ты не хочешь сегодня сходить в один хороший ресторан. Там очень вкусно готовят. Что думаешь?

— Я только ЗА, любимый. Тогда давай часов в восемь встретимся? Заедешь за мной?

— Конечно.

— И я сразу скажу родителям, что сегодня тоже останусь у себя. — Я подошла и поцеловала Диму в щеку. Настроение от его предложения поднялось максимально. Я бы пошла вприпрыжку, если бы у меня не продолжала кружиться голова. Поэтому пришлось идти спокойно.