Я сидела на паре и слушала убаюкивающий голос моего преподавателя. Может, он только на меня так действует? А для всех остальных он ничуть не лучше, чем занудный и совершенно обыкновенный? Полезная информация никак не хотела залетать мне в голову. Там все было занято вечерним свиданием, новым нарядом и Дмитрием Александровичем. Кстати, он, кажется, совершенно о нем не думал, сидя за своим столом и рассказывая материал.

— А теперь небольшая проверочная. Сейчас раздам работы, это минут на двадцать, не переживайте.

— Ну вот, лучше бы дальше рассказывал, — пробубнила я, убирая все со стола, кроме телефона, который спрятала под партой и зашла в нужный мне чат.

Спустя несколько минут все принялись читать вопросы в тесте, а мне хотелось совсем не этого. Я зашла в переписку с Димой.

«Дмитрий Александрович, вы всегда такой строгий на парах?»

Дима взглянул на телефон, когда на него дошло мое послание, и взял его в руки. Прочитав сообщение, он даже бровью не повел. Никаких эмоций. Я уж думала, что он вообще не отреагирует, но ответ прилетел почти сразу.

«Настя, ты занята не тем. Скоро будет звонок».

«А на свидании вы тоже будете таким же строгим?)» — сообщение со скобочкой. Мое любимое после смайликов с поцелуйчиками.

«Буду еще хуже, если ты сейчас же не уберешь телефон и не начнешь писать!»

Восклицательный знак. Это уже не очень хорошо.

«Не злитесь, вам не идет. Просто вы, Дмитрий Александрович, такой красивый в своем костюме, что я не могу думать ни о ком, кроме вас. Тем более о тесте».

Не отвечает. Молчит. Я взглянула на него, а он просто сидит и печатает что-то на ноутбуке. Серьезно? Решил игнорировать? Ну ладно, ладно. Оторвусь на тебе, когда в кино пойдем. Посмотрим, куда там ты будешь от меня прятаться.

Через некоторое время прозвенел звонок, и я встала с места, чтобы отнести к кафедре наполовину выполненный тест. Я оставила на столе листок, который Дима сразу же взял в руки, проигнорировав все остальные, и поняла, что нужно как можно быстрее ретироваться из кабинета.

— Анастасия, задержитесь, — негромко сказал преподаватель, когда в кабинете почти никого не осталось, кроме меня и Дэна, который, как назло, слишком долго собирал сумку и спустился почти последним.

— Ну вот… Иди, Дэн, не жди меня.

— Я подожду у входа, чтобы тебя домой отвезти.

— Хоро…

— Денис, езжайте домой и за Анастасию не беспокойтесь. У вас же моя последняя пара, если я не ошибаюсь?

— Последняя, — подтвердил Дэн.

— Вот и замечательно. До свидания. Анастасия, а вы сядьте, пожалуйста, на первую парту.

Дэн посмотрел на меня и ушел только после того, как я одобрительно кивнула.

— Дима, что происходит? — спросила я, усаживаясь на указанное место.

— Настя, мне не нравится, что ты сидишь на парах в телефоне. — Он сложил руки на груди и уперся в стол.

— Это только на твоей.

— Тем более. Ты понимаешь, что твое нахождение в институте неимоверно шаткое. И когда на пару неожиданным образом зайдет, например, декан, чтобы проверить своих студентов, скажи мне, к кому будет больше всего вопросов? Правильно, к тому, кого он хочет отчислить. А ты первая в этом списке.

— Но я…

— Никаких но. У тебя успеваемость хромает, — сказал он, снова беря в руки мою работу. — За нее я могу поставить тебе только три. И то с натяжкой.

— И что делать?

Он вздохнул, но его взгляд смягчился. Как будто передо мной был не Дмитрий Александрович, а просто Дима. Заботливый и спокойный.

— Будешь переписывать. — Он дал мне чистый лист и сел рядом. — Начинай. Если совсем непонятно, спрашивай.

— Серьезно? Сейчас? Но я же не успею подготовиться к свиданию, Дим. Мне на паре получаса не хватило.

— Значит, задержись на час, Насть. Давай, быстрей начнешь — быстрей закончишь.

Мне уже хотелось заплакать, оттого что все идет не совсем так, как я задумала, но Дима оставил свой телефон на парте и внимательно на меня посмотрел.

— Твои слезы на меня не действуют, Олененок. Пиши. И телефон положи на стол. — Он указал на мобильный, который я по инерции сжала в руке.

— Ну и ладно. — Я отдала ему свою последнюю надежду на правильные ответы и уткнулась в лист бумаги, всем своим видом показывая, что мне нет до него никакого дела.

— Мы успеем в кино, потому что пойдем на ночной сеанс. Так меньше шансов встретить знакомых.

— А вы уверены, Дмитрий Александрович, что меня отпустят так поздно из дома?

— Ну, в клуб ты же как-то умудрялась ходить, верно? — таким же тоном произнес он и ухмыльнулся, но развивать тему не стал.

Первые десять заданий были более-менее, а вот со второй десяткой были явные проблемы. Грамматика, в отличие от разговорного немецкого, давалась мне труднее. На ней я и застряла.

— Не получается? — Дима заглянул в работу, замечая, что за последние пять минут я не сдвинулась с места.

— Не совсем. Вот здесь не поняла.

— На самом деле, все просто. — Дмитрий Александрович стал рассказывать мне теорию, и в голове стала складываться картинка. Оказывается, больше, чем его глаза, мне нравился его голос. Низкий, спокойный, ровный. Он рассказывал о правилах немецкого языка, а мне казалось, будто читает сказку, постепенно погружая в сон. Кроме нас в аудитории никого не было, и можно было говорить тише обычного, чтобы было слышно лишь нам двоим. Когда Дима говорил, он менялся на глазах. Полностью погруженный в свой предмет, который, несомненно, любил, он отмечал каждую деталь и закавыку, где можно ошибиться. Кажется, он совсем не заметил, как я подвинулась ближе. В голове тут же возникли воспоминания о недавнем поцелуе. Для немецкого там уже не было места.

— Насть, все нормально? У тебя щеки покраснели.

Я схватилась ладонями за лицо, отсаживаясь дальше. Наоборот, мой план должен был сработать. Не мне нужно влюбиться в него, а ему в меня.

— Ты поняла, что я только что объяснил?

— Да, да. Сейчас напишу, спасибо. — Я старалась не смотреть на него. Перспектива сидеть красной как рак меня не устраивала.

Я дописала все, что смогла соединить в голове, и Дима, пробежавшись по тесту, кивнул и вывел красной ручкой красивую четверку.

— Молодец, уже неплохо. Теперь поехали.

— Куда?

— Домой, Олененок, куда же еще. — Он улыбнулся, накидывая на плечи черное пальто и убирая работы в дипломат. — Сеанс начинается в десять. Еще успеешь собраться, или что ты там хотела.

— Не что-то там хотела, а накраситься, сделать легкую прическу и надеть очень красивый наряд, от которого ты, между прочим, потеряешь голову.

— Если честно, звучит как угроза, — он улыбнулся, и внутри снова разлилось тепло, которое я еще ни с кем и никогда не чувствовала.

Мы вышли из кабинета и направились к его машине. На улице уже стемнело, и я засмотрелась на ночное небо, которое потихоньку стало затягиваться облаками.

— Насть, под ноги смотри, — стоило Диме это сказать, как я чуть не полетела носом вперед, не заметив небольшой бордюр, который отделял парковку. Мое лицо осталось целым только благодаря крепким рукам моего преподавателя, которые с легкостью меня удержали.

— Скажи, пожалуйста, у тебя вся информация мимо ушей пролетает? — строго спросил Дима, кажется, забыв отпустить мои плечи.

— Неа. Только иногда, кода засматриваюсь на что-то красивое.

— И что же красивого ты увидела сейчас?

— Небо.

— Эх, Настя, Настя, какой ты еще ребенок. — Он наконец разжал руки и, сняв машину с сигнализации, открыл мне дверь.

— Мне интересно, ты со всеми такой галантный?

— Только с тем, кого спасаю от падения на асфальт.

— И многих ты спасаешь? — фыркнула я, садясь в машину.

— Только красивых студенток, которые пытаются затащить меня на свидание.

— Совсем обалдел, — я стукнула его по руке, на что он просто рассмеялся. — Ничего я не пытаюсь затащить на свидание.

— Уверена?

— Даже если так, я не привыкла стесняться своих чувств. — Я скинула волосы с плеч, чуть задрав голову. Дурацкая привычка, которая осталась с детства.

— Только с другими людьми так открыто не выражай свои чувства. Могут сильно ранить. — Дима сказал это так серьезно, что по спине побежали мурашки. Видимо, в эти слова было заложено что-то очень личное.

«Почему так долго в универе? Все хорошо?» — сообщение от Егора высветилось на экране телефона.

— Блин, — прошипела я под нос, совершенно забыв предупредить брата о том, что задержусь.

— Все нормально?

— Да просто Егор написал, все ли хорошо. Я не сказала, что задержусь почти на час из-за твоей самостоятельной.

— Было бы лучше, если бы я поставил тебе три?

— Было бы лучше, если бы ты закрыл глаза на некоторые недочеты.

— И такими темпами тебя бы отчислили из университета.

— Ой, не преувеличивайте, Дмитрий Александрович.

— Скажи это декану, который мечтает посадить на твое место своего племянника. Один прокол с твой стороны, и…

— И вы меня спасете как принцессу, да? — я мечтательно на него уставилась.

— И я отхвачу от твоего брата, потому что пообещал, что ты окончишь университет без проблем.

— Ты вообще не романтик, Дим. Ну ладно, давай не будем о грустном, а будем о приятном. Где мы встретимся? Не думаю, что тебе нужно заезжать за мной.

— Давай там, где я тебя обычно оставляю. Выходи в половине десятого, я буду тебя ждать.

— Это так привычно звучит, как будто ты мне так всю жизнь говорил. — Я сначала сказала, а потом подумала.

— Насть, не придумывай себе ничего лишнего. Я иду с тобой в кино только потому, что хочу извиниться за тот случай на паре.

— Как с вами все-таки сложно, Дмитрий Александрович. — Я открыла дверь и вышла из машины.

До моего подъезда идти нужно было минуты три. Я всегда любила возвращаться домой, когда на улице уже стемнеет. Эту атмосферу ни с чем не сравнить. Ночные высокие фонари, которые отгоняют от тебя кромешную тьму. Окна многоэтажек с желтым или белым светом. Проходишь мимо квартирных домов и думаешь, сколько же разных историй в этих окнах. И каждая по-своему уникальна. Кто-то туда только переехал и еще не до конца обставил новое жилище, кто-то решил сдавать свою квартиру, и для этих людей она лишь перевалочная база на определенное время. Для кого-то это начало новой жизни, потому что необходимо забыть старую. Люди живут в одном месте, но каждый проживает свою историю. И это прекрасно.

Я в раздумьях и не заметила, как подошла к своему подъезду.

— И где ты была так долго? — Егор встречал меня в прихожей.

— Братик, извини, не успела предупредить. Нужно было остаться, чтобы исправить одну работу. Пара была у декана, поэтому не могла уйти.

— Ладно, давай раздевайся, сейчас кушать будем.

— А я не могу. Мы со Светой и Дэном решили в кино сходить, сегодня премьера одного фильма. Так что я пойду в комнату и начну собираться. — Проходя мимо, я чмокнула брата в щеку, чтобы он больше не ворчал, и скрылась за своей дверью.

Подойдя к шкафу, я вытащила из него новое платье и аккуратно положила его на кровать. Время на сборы еще оставалось, поэтому я села за столик и достала с верхней полки блокнот, где была заполнена только первая страница.

План «Сохранить нельзя, разбить!»

1. Рассказать о своей симпатии.

2. Сходить на свидание.

3. Поцеловать?

4. Быть рядом и постепенно привязывать его к себе.

5. Сходить на другие свидания.

6. Вызвать ревность.

7. Когда будет понятно, что Д. в меня влюбился, разбить ему сердце.

Как это сделать?

Сказать, что не люблю его, потому что мне нравится другой? Рассказать, что это все было планом с самого начала? Вспомнить случай с Егором и сказать, что это было моей местью? Нужно подумать.

Я расставила плюсики напротив выполненных пунктов и еще раз перечитала, что написала в первый день, когда Дима вернулся.

— Я не люблю его. — Мой шепот был посвящен только мне, и он пытался меня в этом убедить. Но это правда так? Я встречаюсь с ним только для того, чтобы сделать ему так же больно, как он когда-то сделал больно моему брату. Скоро это все закончится. Осталось не так много пунктов. Я как-то тяжело вздохнула и еще раз взглянула на одежду, которая меня уже ждала.

— Я все правильно делаю.

Фото с моего выпускного в девятом классе, где мы стояли втроем, делало только хуже. Я вытащила его из рамки и положила в блокнот. Убрала его обратно в шкафчик и начала собираться. Высокий хвост, который струился локонами, небольшие аккуратные стрелки, помада нежного нюдового оттенка и несколько золотых колец на длинные пальцы. Я очень любила экспериментировать со стилем и количеством. Два тонких, будто ниточки на указательном и безымянном на одной руке. И одно потолще на безымянном на другой руке. А розовое золото идеально сочеталось с новым френчем. Мне понадобилось около часа, чтобы полностью подготовиться к выходу.

— Дочь, а ты надолго? — спросила мама, когда я вышла из комнаты.

— У нас сеанс только в десять. Не переживай, мам, я же не одна буду. — Я ее обняла и вышла из квартиры.

Дима ждал меня на нашем месте, но не в машине, а рядом с ней. Он увидел меня и улыбнулся. Подошел к пассажирскому месту и открыл дверь.

— Спасибо. — Я села в машину и поняла, что в последнее время слишком часто езжу в ней.

— Ты очень красивая, — сказал Дима, когда садился за руль.

— Я знаю. — Мне захотелось махнуть волосами, и я так и сделала. Потому что знала, что как бы странно я себя ни вела, он никогда не станет надо мной смеяться.

Дима сделал музыку погромче и выехал со двора на главную дорогу. Разве можно влюбиться в то, как кто-то ведет машину? Кажется, да.

— О чем задумалась?

— Да так, ни о чем. Просто думаю, куда мы пойдем на второе свидание.

— Насть, второго свидания не будет. Это лишь мое извинение.

— Ну, это мы еще посмотрим. — Я не стала обижаться, потому что знала, что все равно будет по-моему.