Что главное в военных вопросах? И в работе «военного совета», понятное дело? Никогда и ни при каких обстоятельствах не отступать! Думать исключительно о победе! И вот потому, «военный совет», в единичном лице Кассандры Дубровиной, и работал не покладая рук, то есть, для начала, мозгов. В единичном исполнении, но с двумя полушариями.

– А что если… – сказала однажды ученица 6-го «Б». – Что если с этим вашим-нашим Королём попросту поговорить?

– О чём же, интересно? – поинтересовался четверорук Гова. Он как раз был очень занят. Высунув язык от усердия, он всеми четырьмя руками пытался изображать на стене некоторые буквы русского алфавита. Учителем, понятное дело, выступала Кассандра Дубровина. Буквы, в данном случае как раз несуществующую большую букву «Ы» он выводил чернилами, созданными на основе металлического порошка. Уж чего-чего, а всяческих металлов было на Сфере Мира не счесть.

– Как о чём?! – возмутилась Кассандра. – О его нехороших, аморальных проступках! Как можно вот так, из тысячелетия в тысячелетие, взрывать населённые звёздные системы? Совесть-то должна быть в конце концов?

– Какая там совесть? – возразил Гова. Большую букву «Ы» он делал сразу в четырёх экземплярах, но лучше всего получалась всё же та из букв, которую вырисовывала верхняя правая. – Может, эту совесть у Чёрного Короля удалили хирургическим путём ещё в раннем младенчестве. Я же как-то докладывал, что владыка Сферы обыкновенный маньяк, просто вооружённый огромными техническими возможностями.

– Всё же, я бы хотела пойти и поговорить с ним начистоту, – поджав губы сообщила Кассандра. – Вдруг получится его убедить?

– Знаешь, Кася, – вздохнул четверорук Гова. – Когда-то давным-давно жил-был у нас в племени старейшина Буцц. Инвалид, между прочим. Рассказывают, что в своей бурной молодости, больше всего на свете он любил нырять в экваториальных озёрах. И вот однажды отправился он в новые места. Куда-то далеко отсюда, может на миллион километров по Сфере. И вот, взял этот Буцц и нырнул в одно из вновь открытых озёр, куда до того не ступала нога ни одного четырёхрука. И что ты думаешь, девочка-планетянка Кася?

– Ну? – спросила Кассандра

– Нырнул-то старейшина – то есть, тогда ещё не старейшина – Буцц с четырьмя руками, а вынырнул только с тремя.

– Как же это? – удивилась ученица 6-го «Б».

– Сие так и осталось тайной, – пожал верхними и нижними плечами четверорук. – Никто ведь больше в то безымянное озеро нырять не пробовал. Видимо, несчастный Буцц встретил в глубине что-то нехорошее. То, что его руку откусило, или отпилило, словом отчекрыжило или оторвало, или отвинтило, а может и отчленило…

Похоже, Гова решил потренироваться в подборе синонимов русского языка и потому Кассандре пришлось некоторое время дожидаться окончания вразумительного ответа.

– И всё это по живому, – закончил наконец четверорук.

Кассандра невольно поёжилась:

– А откуда на вашем искусственном небесном теле завелись эти морские чудовища? Думаешь, товарищ Гова, их тоже скульптор сотворил? Ну, в порядке эксперимента?

– Не, мне думается, они самозародились, – мотнул головой Гова. – Сама подумай, Кася! Прошло десять, или сколько там ещё тысяч лет. У нас тут целая эволюция случилась. Никто ж не знает, что там под водой, в озере, правильно? Вдруг, какие-то ремонтные машины случайно утонули, но выжили и со временем – приспосабливаясь к среде из поколения в поколение – превратились в эти режущие что попадётся чудища. Правильно?

– Жуткое дело, – снова поёжилась ученица 6-го «Б». – А я ещё хотела когда-нибудь попросить вас проехать покупаться на этот самый экватор Сферы Мира. Теперь уж дудки!

– Кстати, я ж не закончил про этого старейшину, – опомнился четверорук. – Ты слушай, это ж по твоему вопросу как раз! Так вот четверорук… то есть, ныне уже трёхрук… Буцц тоже жил себе поживал, и вполне даже приспособился быть таким калекой. (Воистину удивляюсь, как вы – люди – спокойно живете, не мучаетесь, будучи от природы двурукими инвалидами?) Выбрали его однажды даже в старейшины четверорукого племени, и прославился он там длинными и складными речами. Правда, нырять с того времени он более никогда на озёра не ходил. А уже в весьма преклонном возрасте, загорелся он идеей равноправных переговоров с Чёрным королём.

– Пойду, говорит, и «погутарю» с ним по нормальному, по четырёхруковски, по-мужски. У него – у короля, мол – всего две руки и с четырёхрукими он говорить не будет, из стеснения за свой изъян. А с трёхруким ему будет куда приятнее. Почти как со своим братом. Объясню ему, что нехорошо племена ему неизвестные, вполне так себе разумные, вот так без повода и предупреждения испепелять ни за что. Можно ведь вполне здорово устроить с ними разумный контакт, взаимовыгодную торговлю, создать какую-нибудь всемирную все-галактическую торговую организацию. Даже учредить, говорит, какой-нибудь все-космический банк взаимопомощи. Устроить обмен какими-нибудь студентами, или студентками. Ну, и жить себе поживать в мире и согласии.

Уж как его – беднягу трёхрукого – отговаривали. Не ходи, мол, к королю Чёрному, недобрым это всё кончится. Но не внял он просьбам и уговорам – всё-таки пошёл. Некоторые рационалисты даже предлагали… – ведь всё едино ему погибать, правильно? – прихватить с собой какую-нибудь бомбочку килотонную, обвесится самовзрывающимся пояском с осколочной разрывной частью. Так нет, говорил убеждённо, что по мирному, мол, пойдёт. Исключительно по-соседски. Ну и пошёл.

– И что же? – обомлела Кассандра Дубровина.

– Ну и всё, – снова пожал удвоенными плечами и покрутил упятерёнными ушами четверорук. – Не стал с ним Чёрный владыка даже разговаривать. Подманил к себе, а потом пальцами щёлкнул, так что искры посыпались и тут же явились не-запылись слуги верные, роботизированные, с клеточкой из чистейшего железа, в самых глубинах Сферы добытого. Ну и затолкали трёхрукого Буцца в ту клеточку, где он даже распрямиться в рост неспособен, и замок повесили нелинейно кодированный, с аварийным самоликвидатором всей конструкции. С тех пор никто более старейшину Буцца в глаза не видел. Уж сколько мы при налётах покои королевские осматривали, а и следов нет нисколечко.

– И как же терпеть такое коварство?! – возмутилась разгорячённая земная девочка.

– А вот так и терпим, добрая к нам двурукая, – пояснил четверорук. – Конечно, место старейшины в совете за несчастным Буццем сохраняется. Ведь он значится не утраченным навсегда, а пропавшим без вести. Вдруг найдётся, так богатым человеком станет. Знаешь, сколько у него поощрительных грамот и подарочных пакетов за эти годы прошедшие накопилось? Уйма просто! Не сосчитать!

– Ладно, не пойду я пока беседовать с королём, – вздохнула Кассандра. – Я ведь ещё даже не старейшина племени.