Начинающийся буран подхватывает мой хохот и уносит его прочь. Кажется, меня теперь ничем не удивить. Я везде встреваю по полной. Если новая жизнь, то на задворках мира. Если магия, то с причудами. Если мужчина, то с таким скелетом в шкафу, что просто смешно.

Пёрч смотрит на меня с сочувствием.

— Прости, — мне становится стыдно за свою истерику. — Просто… это было неожиданно.

— Он бы рассказал тебе это сам со временем, — говорит Пёрч, — в подходящий момент. Просто этот момент…

— Так и не наступил, — я киваю, — и что будет дальше?

— Зная Дастана и его прямолинейность — а теперь благодаря тебе и тему его расспросов — я готов биться об заклад, что он направился прямиком к отцу и потребовал от того объяснений. Если император подтвердил, что это правда, то Дастан будет настаивать, чтобы она стала достоянием общественности и чтобы салларов — с учётов их двух нападений на Саморрию, конечно же — признали пострадавшими. А зная императора, — Пёрч хмурится, — готов биться об заклад, что он не позволит очернить имя своих предков и запятнать репутацию императорской семьи. А поскольку Дастан своими расспросами нарушил установленное Его Величеством правило, — не создавать семье проблем, — то император потребует, чтобы Дастан вернулся домой и принял свои обязанности и титул, как положено.

Прикусываю губу. В голове — звенящая пустота.

— Я хочу с ним встретиться, — произношу я, наконец, — с Дастаном. И понять, что происходит.

— Это будет нелегко, — качает головой Пёрч, — теперь Дастан — не просто стражник в захолустье, он — принц королевских кровей. Увидеться с ним будет не так просто, но…

— Но? — я поднимаю голову.

— Но, к счастью, — Пёрч ухмыляется, — ты имеешь дело с его заместителем, который все равно что пропуск в императорский дворец!

— Тогда отправимся туда сейчас же! — я вскакиваю.

— Э, какая прыткая, — присвистывает Пёрч, — такие дела с налёту не совершаются. Дай мне несколько дней, чтобы всё подготовить — и уже, скажем, в четверг, ты увидишься со своим… кхм… Дастаном.

— Но до четверга ещё целых четыре дня! — ужасаюсь я.

— Это как посмотреть, — говорит Пёрч, вставая, — для меня это «до четверга уже четыре дня!»

— Пёрч, — угрожающе рычу я.

Пёрч смеётся.

— Как бы ты не пугалась меня напугать, — широко улыбается он, — я уже весь пуганый-перепуганый. А сейчас мне пора. С тех пор, как Дастан уехал, я остался у солдат за главного. Пойдём.

Гневно сверкаю глазами, но понимаю, что смысла спорить нет. Покорно позволяю ему проводить меня сквозь буран до общежития, но на прощание даю выход своему негодованию:

— Увидимся в четверг, вакса ты сапожная!

— И тебе не хворать, громик ты на ножках!

Обменявшись любезностями, мы расстаёмся. Я поднимаюсь наверх, он — к выходу из академического городка, чтобы поймать кучера.

— Что с тобой? — спрашивает Диара удивлённо. — На тебе лица нет.

— Один мой друг попал в беду, — говорю я, присаживаясь на кровать, — я очень за него волнуюсь.

— Случаем, этого друга зовут не Дастан?

— Откуда ты знаешь?

Диара улыбается:

— Просто предположила. Ты выглядишь так, будто привидение увидела. Такая реакция у тебя может быть только, если речь идёт о ком-то очень близком. А всякий раз, когда ты скользь упоминаешь этого Дастана, у тебя глаза светятся и дыхание перехватывает.

— Значит, всё так очевидно?

— Для меня — да.

Я киваю.

— Он попал в беду из-за меня, — говорю я.

Диара склоняет голову на бок:

— Но ты уже придумала, как его спасти?

Ох, она уже знает меня как облупленную…

— Да. Мы пойдём туда, где его держат, на этой неделе, и постараемся… постараемся что-нибудь для него сделать.

— Если тебе понадобится моя помощь, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

— Спасибо, — признательно говорю я.

Время тянется безумно долго. Мыслями я вся в четверге, и оттого становлюсь рассеянной. Пару раз Диара отбирает у меня бумажные тарелки в кафетерии, которые я, задумавшись, пытаюсь съесть. Даже в непрошибаемой ауре Арсаха начинает появляться недоумение, поэтому я стараюсь взять себя в руки и вести себя как ни в чём не бывало. Кажется, мне это удаётся, но до четверга я доживаю едва-едва.

Едва заканчиваются сдвоенные занятия с терринами, как я вприпрыжку несусь к полю, где меня уже поджидает Пёрч. Он с ходу даёт мне какой-то кулёк и требует:

— Переоденься.

Недоумённо засовываю нос внутрь.

— Это моя старая одежда! — восклицаю я удивлённо.

— И это то, что нам нужно для легенды, — говорит Пёрч, — быстрее, заноза ты одного места, у нас все расписано по минутам.

Подхватив кулёк, я забегаю в ближайшее здание — учебный корпус воздушников — и наспех переодеваюсь в уборной. Из зеркала на меня теперь смотрит самая настоящая деревенщина: в старенькой залатанной накидке поверх старенького же выцветшего на солнце платья. Пёрч даже об обуви позаботился. Весьма предусмотрительно с его стороны.

Когда я показываюсь ему на глаза, он одобрительно кивает и мы идём к стоянке, откуда можно нанять кучера.

Уже сидя напротив меня в карете, он даёт мне наставления:

— Теперь слушай меня внимательно. Я иду встретиться с Дастаном для того, чтобы принять у него дела. Ты строишь из себя ту, которую изображаешь перед своей бородавчатой грымзой: миленькая, наивная, простоватая девчушка, хлопающая глазками налево и направо. Из роли не выходить. По крайней мере до того, как не встретим Дастана. А там уже, — Пёрч позволяет себе ухмылку, — можете творить, что душе угодно.