Я даже фыркаю: так нелепо это звучит. Но дракон серьезен, и я все же хохочу в голос.

— Спасибо, — говорю сквозь смех, — рассмешил. Мне как раз этого не хватало.

А в следующее мгновение происходят две вещи сразу: Руввана преодолевает то мизерное расстояние, что нас разделяло — черт его знает зачем! — и в тот же миг в него летит мощный заряд магии. Это саллар, решив, что на меня нападают, поспешил мне на помощь. Будь у меня больше времени, я бы посмеялась из-за того, как поменялась ситуация. Но у меня только и есть секунда, чтобы нелепо хлопнуть ресницами и смотреть, как моментально дракон выставляет воздушный щит. Сила заряда саллара настолько велика, что щит трескается — а дракона оттаскивает от меня магией на несколько метров.

И именно трещина на щите вызывает во мне ярость. Такую, что я готова схватить обоих мужчин и выкинуть прямо в пруд.

— Вы… — выдыхаю я в напряженной тишине, — вы — два идиота! Вы хоть понимаете, что творите?! Ты, — я поворачиваюсь к саллару. Заряд огня в его руке уже готов к запуску, глаза светят ярко, и я знаю, что ему ничего не стоит запустить второй снаряд. — Ты забыл, почему ты здесь?

Арсах переводит взгляд на меня. О да, я использую грязный прием — но он работает. Огонь в его ладони дрожит, и я добиваю:

— Если не умеешь контролировать себя — проваливай из Академии немедленно!

Чувствую недоумение за своей спиной, там, где стоит Руввана. Дракон не может понять, почему я бросаюсь такими резкими словами. И почему Атрин, поколебавшись, гасит огонь и отвечает:

— Я научусь держать себя в руках.

— Тогда начинай прямо сейчас! — бросаю я ему в сердцах. Затем поворачиваюсь уже к дракону. — А ты… У тебя есть два варианта. Раз ты сам теперь липнешь ко мне, хорошо. Можешь быть в нашей компании и помогать. Но при условии, что ты тоже будешь держать себя в руках и не начнешь переступать границы. Но если же ты не хозяин собственной спеси, то вон. Даже не приближайся ко мне.

Это ультиматум. И достаточно жесткий. Знаю, не мне его ставить — но как иначе? Я уже дважды до сегодняшнего дня пыталась усмирить их просто словами, и это не сработало. Значит, остается только шантаж. Если они оба хотят быть рядом со мной — значит, им обоим надо научиться себя сдерживать. Арсах дал слово. Но что насчет Рувваны?

Дракон кривит губы в ухмылке:

— Думаешь, ты этого стоишь? Чтобы я проглатывал оскорбления и нападения других просто для того, чтобы ты позволила мне быть рядом с тобой?

— Атрин уже сказал, что больше не будет нападать, хотя ты сам дал повод, — но решать тебе. Хочешь быть моим другом, — я намеренно выделяю последнее слово, — тогда тебе придется уважать других моих друзей.

Руввана склоняет голову, смотрит на меня с усмешкой:

— Не знаю, что ты сделала с ним, что он превратился в твоего цепного пса, но я… Я не собираюсь выполнять твои условия, Эрра.

— В таком случае прощай, Шиэрр Руввана.

Я разворачиваюсь и, подхватив под локоть Арсаха и отсвечивающую на заднем фоне бледную Диару, веду их прочь от пруда.

— С этого момента, — говорю я, когда мы оказываемся у общежития, — мы с вами работает вместе над одним проектом. Это раз. И второй пункт только для тебя, Атрин: я сама могу себя защитить. Не надо бросаться мне на помощь, игнорируй Руввану, — я понимаю, какую глупость я сморозила, предложив саллару игнорировать дракона, поэтому добавляю уже мягче, — знаю, что это сложно, просто… помни, что стоит на кону.

И тут саллар удивляет меня еще раз.

— Мы не испытываем ненависти к драконам, — говорит он, — ни я, ни кто-нибудь другой из моего… окружения. Мы знаем, что они оказались такими же заложниками ситуации, как и мы — поэтому можешь не бояться, что я буду его ненавидеть.

Удивленно вскидываю брови. Арияр, ты хорошо воспитал сын. Или это была Аэра? Да, скорее всего. В миролюбии Арсаха чувствуется женская рука. Отец воспитал из него воина, мать научила различать черное и белое… Ох, Арсах, ты настоящее чудо. И из тебя выйдет замечательный правитель. Ты получишь свои поливайки, уведешь салларов на юг и вы начнете новую жизнь.

И будь я проклята, если не помогу тебе с этим!

Я улыбаюсь, а затем мягко, даже покровительственно, треплю Арсаха по волосам:

— А я и не боюсь.

— Кхм, — нашу идиллию прерывает деликатное покашливание Диары, — не хочу вам мешать, но на вас все смотрят.

Осматриваюсь. И в самом деле. Мы снова в центре внимания. Надо же…

— Увидимся завтра после занятий, — говорю я саллару, — и помни: держи себя в руках.

Арсах кивает.

С этого момента мы становимся неразлучны. Как только заканчиваются занятия, саллар находит нас с Диарой и больше не отходит от меня ни на шаг. По Академии снова начинают ползать слухи и шепотки, но мне плевать. Не раз и не два, подняв голову, я понимаю, что за мной на расстоянии наблюдает Руввана. От дракона ощутимо исходит тяжелая аура, отчего студенты спешно разбегаются в стороны и стараются не вставать на его пути, я же… Безразлично отворачиваюсь и с головой погружаюсь в работу. Мы с Диарой все так же движемся в разных направлениях, и если у нее есть сподвижки, то я застреваю намертво. Арсах пытается мне помочь. Втайне от подруги я задаю Арсаху вопрос о том, как он сменил стихии, и тут…

— Я их не менял.

Я склоняю голову набок:

— Что значит не менял? Ты блокировал свою родную стихию земли и пробудил стихию огня, верно?

— Нет. Я ничего не блокировал. Обе стихии во мне.