Прошло два дня, и за них я поняла, что поцелуй ничего не решает. Решает то, что происходит после.

А после было вот что.

Артем не отступил обратно за свою стену. Я ждала этого утром следующего дня. Ждала, что он придет к машине с каменным лицом и серьезным разговором о границах между нашими мирами, его работой на моего отца. Но он пришел с двумя стаканами кофе, один сунул мне в руки и сказал:

— Латте без сахара. Поехали, опоздаешь.

И все. Как будто ничего не случилось. Только теперь он задерживался на мне взглядом куда более откровенно и непринужденно.

В офисе все шло по-прежнему. Я разбирала папки, отвечала на звонки, ходила к Андрею Валерьевичу и тонула в цифрах. Работа давалась все легче. Но иногда между страницами я позволяла себе выскользнуть в коридор и заглянуть в вечно открытую дверь приемной. И каждый раз Артем уже смотрел на дверь. Как бы тихо я не старалась подкрасться, он уже знал, что я здесь, и это превратилось в маленькое соревнование, в котором я тоже очень хотела победить.

— Ты меня с мысли сбиваешь, — заявила я ему на обеде в офисной столовой, куда мы впервые осмелились наведаться, нарочно толкнув его коленом под столом.

— Я сижу молча.

— Именно. Ты сидишь молча и смотришь.

— Это моя работа — смотреть.

Я не смогла закончить. Он в самом деле смотрел на меня через стол, и в его глазах было то самое, от чего у меня сбивалось дыхание. Я замолчала.

— Ешь, — усмехнулся он. — А то остынет.

В машине по дороге из офиса я впервые нарушила свою привычку и забралась на переднее сиденье. Раньше оно всегда доставалось папе или его телохранителю, а мне говорили, что позади комфортнее и безопаснее. Но теперь мне вдруг надоело смотреть на затылок Артем. От скуки я то и дело поглаживала пальчиком его руку на коробке передач. До дома мы молчали.

Дом привычно пустовал без папы. Марина уходила в девять. К десяти часам все осталось в нашем распоряжении.

Я приняла душ, натянула свободную футболку и шорты и босиком выскользнула в коридор к двери Артема.

Постучала в нее костяшками.

— Открыто, — бросил он, и я мысленно фыркнула. Знал ведь, что это я, больше некому, а обращается так, будто к нему горничная в отеле…

Я вошла. Его обычная гостевая комната была меньше моей, и в ней все было предельно простым. Кровать, шкаф, стол у окна и одно кресло. На полу лежали гантели. Отчего-то я ожидала увидеть больше личных вещей. Может, фотографии или нечто подобное? Не знаю, что приносят в новый дом в наше время. Меня кольнула неприятная мысль, что Артем будто не располагался здесь надолго и был готов уехать в любой момент.

Он сидел на кровати с ноутбуком на коленях. На нем была футболка и серые спортивные штаны, ноги босые, а мокрые после душа волосы торчали ежиком.

— Я к тебе в гости, — зачем-то доложила я, прикрывая за собой дверь.

Он поднял бровь:

— Ты ко мне в гости в моей комнате в доме твоего отца? — уточнил он с такой интонацией, что я тут же засомневалась в себе.

— Именно. Революция в доме Ермоловых.

— М… Садись. Я смотрел... — глянул он на экран, — какой-то фильм про ограбление банка. Половину уже посмотрел.

— Перемотай к началу.

— Зачем?

— Потому что я хочу смотреть с начала.

— Помнится мне, что тебе такое не нравилось.

— Перемотай.

— К тому же…

— К тому же что?

— К тому же, последний раз, когда я смотрел с тобой боевик, ты опоила меня и сбежала.

— Издеваешься? — жалобно уточнила я.

Артем выдохнул, закатил глаза и перемотал фильм. Я подошла к кровати и остановилась в полуметре.

— Ну? — спросил он, не отрываясь от экрана. — Алиса Ермолова напрашивается в мужскую кровать.

— Почему у тебя все звучит так… так?! Я просто пытаюсь быть вежливее тебя! В мою ты просто плюхнулся!

— Ты была не против.

— Да ладно?!

— Залезай уже.

Он подвинулся, освобождая место рядом, и хлопнул ладонью по покрывалу. Я забралась, подобрала ноги под себя и устроилась плечом к его плечу. Ноутбук опустился на наши колени.

— Удобно? — спросил Артем.

— Почти. — Я положила голову ему на плечо. — Теперь удобно.

Его рука поднялась и легла мне на плечи, обняла и прижала ближе.

Фильм начался. Какие-то мужики готовили ограбление и что-то объясняли друг другу. Я смотрела вполглаза. Мне было важнее другое. Его дыхание над моей головой и тепло под моей щекой, пальцы, которые машинально перебирали прядь моих волос у виска.

Я чувствовала, как постепенно проваливаюсь. Еще не совсем в сон, но во что-то похожее на него, только лучше. В состояние, когда тебе так хорошо и спокойно, что тело становится тяжелым, а мысли легкими.

— Алиса, — шепотом позвал он.

— М?

— Ты засыпаешь.

— Не засыпаю. Я думаю.

— О чем?

— О том, что у тебя такая мягкая постель.

Он не ответил сразу. Его рука на моем плече сжалась чуть крепче, и я закрыла глаза.

Не знаю, в какой момент я уснула. Помню только, что Артем закрыл ноутбук, помню, его движения стали медленнее и тише, а его ладонь накрыла мою руку. Потом была теплая и безопасная чернота, пахнущая его одеколоном и чистым бельем.

Проснулась я в темноте, и не сразу поняла, где нахожусь. Потом услышала его ровное дыхание рядом. Рука Артема лежала поперек моей талии. Он спал.

Я теснее прижалась к нему и закрыла глаза.