– Привет. Давай возьму. – Олег протянул руки к спящему Ромке, но я отстранилась.

– Не нужно, я справляюсь. Ты зачем приехал? – Спросила я, открывая дверь одной рукой, а второй с трудом удерживая Ромку.

– Поговорить.

– Олег, мы ведь уже говорили. И мне кажется, что ты всё решил, когда стал жить с другой женщиной.

– Ксюш, это ошибка была, правда. Мы разошлись с Леной, как только я вернулся в город.

– А ребенок?

– Да нет у нее никакого ребенка, выдумала она. Думала что так я точно никуда не денусь. Стоп… А ты откуда знаешь?

– Неважно.

– Неважно что? То откуда ты знаешь, или то, что нет никакого ребенка?

Я прошла в дом, уложила Ромку на кровать, сняла с него одежду и укрыла одеялом.

Все это время, Олег шаг в шаг ходил за мной.

– Это тебе. – Муж протянул мне цветы, и я их приняла.

– Спасибо. Но Олег… Всё это ничего не меняет. Ты знаешь, я готова признать, что моя вина в случившемся тоже есть. Я несу за нее ответственность вот уже три года, и буду нести ее дальше. Но какая теперь разница? Мы стали чужими людьми, наши пути разошлись. Поэтому пожалуйста, дай мне развод. Это нужно хотя бы для того, чтобы я могла пособия на Ромку оформлять.

– А сын? Ты так и не ответила прямо, это мой ребенок? Хотя, это конечно глупый вопрос, у меня нет сомнений в том, что он мой, да и по срокам все сходится. Я имею право присутствовать в его жизни.

– А ты уверен, что ты будешь в ней присутствовать? Что будет, если я вас познакомлю, скажу Роме правду, а потом ты исчезнешь? Олег, нам и так непросто, я не хочу причинять боль кому-то еще, и уже тем более собственному сыну.

Олег подошел ко мне и взял мою ладонь.

Я замерла, и по моему телу пробежала волна невероятного тепла и любви, которые я не испытывала уже очень давно.

– Ксюша, прости меня. Я должен был найти тебя, узнать, что случилось, всё объяснить. Да что уж там – я должен был сразу рассказать тебе правду о Рите и …

Олег замолчал, не решаясь продолжить.

Я знаю, что именно он хотел сказать, но я не стала выдавать Сергея, и продолжать фразу, которую не договорил муж.

– Там все было так сложно. Если ты дашь мне шанс, я обязательно тебе все расскажу, но позже. Пойми, это не только моя тайна, это касается других людей.

– Я дам тебе возможность познакомиться с сыном. Но не сегодня. А пока… Пожалуйста, уходи.

Я мягко вытянула ладонь из рук Олега, несмотря на то, что мне совсем не хотелось этого делать.

Желание обнять его, стало настолько сильным, что я испугалась сама себя.

Нет, наша жизнь не станет прежней, даже если мы попытаемся начать все сначала.

Олег ушел, но я пообещала ему, что немного позже он сможет познакомиться с Ромкой.

В прихожей на полке остался лежать букет пионов, а рядом – большая коробка с детским грузовиком и сотней мелких машинок.

От увиденного мое сердце раскололось на сотни осколков.

Я вспомнила, как Олег мечтал о сыне.

Однажды он увидел в магазине радиоуправляемый вертолет, от которого у моего взрослого мужа загорелись глаза. Тогда-то он и сказал мне, что как только у него появится сын, он скупит все игрушки в мире, чтобы его мальчик был самым счастливым.

Этой ночью мой сон был тяжелым – я несколько раз просыпалась от кошмаров, в которых я снова и снова шла по ночной дороге за поворот, где меня ждет такси.

Нормально уснуть я смогла только под утро, но уже в шесть меня разбудил плач Ромки.

Я подскочила, зашла в детскую и сразу поняла, что что-то не так – Ромкино лицо показалось мне каким-то бледным, и губы стали практически одного цвета с кожей.

– Да ты горяченный! – Воскликнула я, дотронувшись до Ромкиного лба.

Я рванула на кухню, достала аптечку и стала рыться в ней, в поисках градусника.

Через пять минут столбик показал тридцать девять и семь. Дрожащими руками я стала набирать номер скорой, но как обычно, в нашем поселке это оказалось тем еще квестом.

Место, в котором я живу – прекрасно. Но медицина его слабое место.

Когда я ждала Ромку, и у меня уже отошли воды, скорая приехать не смогла – дороги замело снегом и они боялись рисковать.

Тогда меня снова спасла Ирина – она прислала машину, и меня отвезли в роддом, который находится в тридцати километрах от поселка.

Потом, когда Ромке был год, его укусила пчела, и по лицу пошел сильный отек. Оператору пришлось по телефону инструктировать меня, потому что все машины скорой помощи были сломаны, а искать и нанимать машину было слишком рискованно – каждая минута была на счету.

Вот и сейчас, после длинных гудков, оператор грустно ответила что машин нет.

Точнее, машины то есть, а вот водители поувольнялись и приехать к нам никто не сможет.

Я обреченно положила трубку, и посмотрела на сына. На часах шесть утра – искать машину сейчас бесполезно, поэтому придется как-то сбивать температуру самой.

Но делать это нужно аккуратно – Ромка аллергик, поэтому ему нельзя давать первое попавшееся жаропонижающее, и нужно следить за реакцией.

Через час после принятия лекарства, Ромке не полегчало. Наоборот, руки и ноги стали холодными, и он сильно ослаб.

Понимая, что тянуть дальше нельзя, я взяла телефон:

– Да. – Голос Дениса был совсем заспанным, но в этот момент я напрочь забыла о правилах приличия.

– Мне нужна твоя помощь. Ромке плохо, нужно отвезти его в больницу.

– Может какую-то таблетку ему дать? – Произнес Денис хриплым голосом, и меня этот ответ сильно удивил. Неужели он не понимает, что я не стала бы обращаться к нему, если бы все было так просто?

– Давала уже, лучше не становится.

– Ладно, в течение часа приеду. – Мне показалось. что Денис сказал это очень недовольным тоном. Но честно говоря, сейчас мне на это плевать. Главное, чтобы он отвез нас в больницу.

Денис приехал ровно через час. К этому моменту мне пришлось обтереть Ромку холодной водой, потому что столбик термометра перескочил отметку в сорок градусов.

Я обернула сына в одеяло и прошла к машине.

Всю дорогу мы ехали молча, лишь пару раз Денис прерывал молчание какими-то дежурными вопросами о болезни Ромки. Наконец машина остановилась у въезда в приемный покой, и я понесла сына внутрь.

– Ну я поехал? Вас же ждать не нужно? – Спросил Денис, который признался мне минут пять назад, что он мечтает поскорее вернуться домой и забраться под одеяло.

– Да, конечно. Спасибо! Ты нас очень выручил.

Денис уехал, а мы остались ждать врача. Немного помявшись, я достала телефон и отправила сообщение Олегу: “Мы в больнице, Рома заболел”.

Звук на телефоне пришлось выключить, так как в смотровую вошел детский врач. Он осмотрел Ромку, измерил температуру и взял анализы, чтобы понять что вызвало такой сильный жар.

Как только малышу сделали укол, температура начала падать. Ромка повеселел, на щечках появился легкий румянец.

– Ну что, в анализах я не вижу ничего страшного – просто какой-то вирус. Повода для госпитализации не вижу, да и если честно, у нас там в отделении сейчас лежат пациенты с разными букетами. Не уверен, что стоит малыша туда отправлять. Но решать конечно вам.

Выслушав доктора и получив рекомендации по лечению, я тоже решила, что оставаться в стационаре мы не станем, по крайней мере сейчас.

Но теперь передо мной встал новый вопрос – как нам вернуться домой? На Ромке только тонкая пижамка и одеяло, а я в спортивном костюме и кедах.

Я достала телефон и увидела на экране восемнадцать пропущенных звонков от Олега.

Не успела я набрать его номер, чтобы перезвонить, как раздался очередной звонок:

– Да. – Шепотом ответила я, прижимая к себе сына.

– Где вы? Я мчу к вам, где мне вас искать?

– Мы в приемном покое, но нас уже отпускают домой. Ты сможешь нас отвезти?

– Скоро буду.

Олег приехал через минут пятнадцать. Запыхавшийся, он забежал в смотровую, где нам позволили дождаться, пока нас заберут.

Я рассказала ему все о разговоре с врачом и о состоянии Ромы, но Олег отказался нас везти обратно в поселок:

– Это слишком рискованно. Но и оставаться в отделении нельзя. Я сниму вам квартиру рядом с больницей, поживете тут, до полного выздоровления.

Олег не стал дожидаться моего ответа, и уж тем более не стал слушать мои возражения.