— Шеф? — За спиной Уитерса появился человек в штатском, на вид лет пятидесяти. Заметив меня, он остановился: — Извините, не знал, что вы заняты. Вас к телефону.

— Мы с мисс Паркер как раз закончили, — сказал старший инспектор Уитерс. — Проводи ее, пожалуйста.

Вошедший удивленно вскинул брови:

— Паркер? Неужто дочка Эдди Паркера?

Уитерс резко обернулся ко мне:

— Ваш отец — главный инспектор Паркер? Я много о нем слышал с тех пор, как приехал в Пенстоун. С его блестящей репутацией трудно тягаться.

Уитерс посмотрел на меня, и, возможно, мне показалось, но я была уверена, он подумал: «Слишком трудно быть в его тени — вот она и ушла».

— Шеф, — снова нетерпеливо позвал офицер.

Уитерс кивнул:

— Иду. Мисс Паркер, запомните, что я сказал. Это больше не ваша работа.

Вслед за офицером в штатском я вернулась приемную. Он обернулся.

— Сержант Адамс сказал, что ты вернулась, — произнес он с улыбкой. — Я хорошо помню твоего отца. Когда я только начинал, у меня был трудный период, и он не дал мне уволиться. Я всегда буду ему за это благодарен.

— Спасибо, — ответила я, но в голове все крутилось: «…трудно тягаться». Именно поэтому, если вкратце, я и пошла работать в лондонскую полицию, а не в Девон и Корнуолл. Нелегко быть дочерью человека, которого так уважают.

— Подождите!

Я обернулась. Уитерс стоял в дверях, ведущих во внутренние помещения участка.

— Постойте, у меня тут есть для вас… кое-что.

В приемную вышел, шаркая, сгорающий от стыда Тони. Он был совершенно вымотан. Я бросила в сторону Уитерса удивленный взгляд.

— Блум из отеля отозвал все претензии. Видимо, мистер Пенхалигон, у вас находчивые друзья — ловко устраняют последствия. — Он посмотрел на меня: — Полагаю, без вас не обошлось?

Я хотела сделать вид, что я тут не при чем, но, кажется, вышло весьма чванливо:

— Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть…

— Отвезите его домой, — сказал он. — Мы скоро с вами увидимся, Тони.

***

По дороге я пыталась хоть что-то выяснить, но Тони был так измучен, что не мог сообщить ничего вразумительного. Я припарковалась у коттеджа из серого камня и повернулась к нему.

— Спасибо, Джоди, — бормотал он, суетливо отстегивая ремень безопасности — так спешил выскочить из похаб-мобиля.

Я придержала его за руку:

— Погоди-ка! По-моему, я заслуживаю объяснения. Что это вообще было утром, а?!

Он тяжело вздохнул:

— Прошу тебя… Я просто хочу лечь.

— Не выйдет. Выкладывай.

Он взглянул на меня. В глазах у него стояли слезы, и он сердито смахнул их ладонью:

— Ладно… Заходи.

***

Внутри царил хаос. Все, что можно, было разбито, разломано, разгромлено. Состояние дома живо напоминало свадебный торт. Тони заметил мой вопросительный взгляд и отвел глаза.

— Я заварю чай, — пробормотал он.

Я остановила его:

— Нет, я заварю. А ты иди, приведи себя в порядок, умойся хоть. А потом поговорим.

Я включила чайник и принялась за поиски в кухонных шкафах кружек и чая. Сверху донесся грохот — Тони хлопал дверцами. Вода как раз закипала, когда он спустился, в чистой футболке и с чуть более осмысленным видом.

Я выудила пакетики из кружек и выбросила в раковину. Тони протянул мне молоко и слегка улыбнулся.

— Прости, — сказал он.

— За что? За то, что у тебя нет обезжиренного молока, или за весь утренний цирк? Каллум очень волновался. Мы все переживали.

— Знаю, — сказал он, взял кружку и пошел в гостиную. Я направилась следом. — Мне, правда, очень жаль.

— Так что же случилось? — Я села напротив, не сводя с него глаз.

Он молча дул на горячий чай.

— С утра я вернулся от родителей. Хотел переодеться, прежде чем поехать в отель. — Он уставился в чашку. — У порога лежало письмо. На имя Шерил. Большой конверт с надписью «Не сгибать». Мне сразу стало интересно, что там.

— Ты его открыл?

— Конечно. Я подумал: «Вдруг это как-то связано с тем, о чем мы говорили вчера? С ее деньгами на побег или что там у нее было». Я надеялся, что это поможет ее найти.

Он наклонился, чтобы поставить полную кружку на журнальный столик. Рука заметно дрожала.

— И как? Помогло? Что там было?

Он уставился на меня с таким видом, будто его сейчас стошнит.

— Джоди… Я совсем ее не знал…

— Что ты имеешь в виду? Ради всего святого, скажи уже, что там было?!

Громкий стук в дверь заставил нас вздрогнуть.

Тони вскочил, посмотрел в окно и выругался:

— Только не это! Ну когда же они оставят меня в покое?!

— Мистер Пенхалигон! — Это был Уитерс. За его спиной у дома стояли две полицейские машины. — Сэр, откройте дверь, пожалуйста.

— Что он опять задумал? — сердито спросила я. Они ведь только-только его отпустили — и вот все снова. Хотят его окончательно запугать?

Тони нервно оглянулся, и я сразу догадалась, что у него на уме. Я преградила ему путь.

— Даже не думай! — сказала я жестко. — Если пустишься в бега, это сочтут признанием вины. А ты же не виноват, правда, Тони?

— Конечно нет! — воскликнул, умоляюще глядя мне в глаза. — Ты же знаешь! Я же пальцем никого не трону!

Я кивнула. Я ему верила. Это был все тот же Тони, я знала его всю жизнь. Я доверяла ему, как родному брату.

— Тогда сядь, а я их впущу.

Он сел, и я поняла, что Тони на меня положился. Оставалось надеяться, что он не ошибся.

— Мисс Паркер, — устало сказал Уитерс. — Вы все еще тут, так и думал.

Я кивнула в сторону похаб-мобиля, припаркованного у ворот. Сложно было его не заметить.

— Блестящая работа, детектив, — сказала я с сарказмом. — Если вы хотите войти, надеюсь, у вас есть ордер. Иначе это уже смахивает на безосновательное преследование моего клиента.

Он удивился:

— Клиента? Я думал, вы только повар. Неужели вы теперь оказываете еще и юридические услуги?

— Нет, — сказала я. Честно говоря, я сама не знала, что произнесу, пока сами собой не вылетели слова. — Я веду собственное расследование убийства Мелиссы Пенхалигон и исчезновения Шерил Лейти. Я хочу узнать правду, даже если вы этого не хотите.

Уитерс пару секунд смотрел на меня в полном изумлении, а потом расхохотался. Можно подумать, он в жизни ничего смешнее не слышал. Я уставилась на него в ярости, хотя больше злилась на себя за эти слова. Потому что теперь мне, черт подери, придется доказывать, что Тони не виновен, и если в Тони я не сомневалась, то в себе — еще как.

Я еще немного посверлила его взглядом.

— Ладно, не настолько уж это смешно, — пробурчала я. А он только головой покачал, все еще улыбаясь.

— Ну признай, это же правда смешно, — сказал он. — Играешь в частного детектива. Кем ты себя вообразила, мисс Марпл? Хотя нет… Магнум! Детектив в гавайской рубашке! Только усов не хватает. — Он вгляделся в мое лицо. — Постой-ка…

Я опустила глаза. Да, я уже в том возрасте, когда воск чаще применяешь к верхней губе, чем к зоне бикини… Я потянула дверь на себя, собираясь захлопнуть ее у него перед носом, но Уитерс, внезапно замолчав, подставил ногу.

В руках у него оказался документ.

— У нас ордер на обыск. Так что, если не хочешь, чтобы я обвинил тебя в препятствовании органам правопорядка, отойди от двери. — Он наклонился ближе: — Второй раз за один день приходится тебя этим пугать. Не доводи до третьего.

Я отступила и распахнула дверь. За ним вошли еще трое — в том числе тот, с кем я разговаривала в участке. Он казался смущенным.

— Снова здравствуйте, — сказал он, но тут же умолк под взглядом Уитерса.

— Что происходит? — растерянно спросил Тони.

Я села рядом и взяла его за руку.

— Все нормально. Они хотят только осмотреть дом, — сказала я.

Он встревожился:

— Но… я знаю, они уверены, что я что-то сделал с Мел. Они все сфабрикуют…

— Этого не произойдет, — сказала я. Что бы там я ни думала об Уитерсе, он производил впечатление честного полицейского.

***

Мы молча наблюдали, как полицейские методично прочесывали дом. Тони был так напряжен, что и мне стало не по себе. Один из офицеров стоял в углу комнаты, остальные осматривали помещения буквально с лупой. Я не понимала, что именно они надеялись найти, — подозреваю, что и они сами не знали.

— То, о чем мы говорили до этого… — Я обращалась к Тони вполголоса, не хотелось, чтобы полицейский услышал, но, к счастью, интерес к нам у него пропал, и он рассеянно смотрел в окно. — Что было в конверте?

Тони с трудом сглотнул:

— Фотографии. Шерил. Она мне изменяла. Изменяла и… кто-то прислал мне доказательства.

— Вы про эти фотографии, Тони?

Уитерс стоял в дверях кухни, держа на весу прозрачный пакет для сбора улик. Внутри был снимок формата A4. Фото было разорвано, но Уитерс его сложил — и даже с такого расстояния легко узнавалось лицо Шерил. Увы, лицом дело в кадре не ограничивалось.

— Красивая женщина, твоя Шерил, правда ведь? — беззаботно сказал Уитерс, разглядывая снимок. — Очень даже. Очень… фотогеничная.

Я почувствовала, как Тони напрягся рядом, и слегка сжала рукой его колено: спокойно, не поддавайся. Уитерс достал из-за спины еще один пакетик:

— А вот это мне особенно понравилось. Свет падает почти художественно. Идеальная резкость. Все видно, кроме того, с кем она.

Не успела я что-либо сделать, как Тони подскочил к Уитерсу. Я повисла у Тони на руках, чтобы друг не натворил глупостей.

Уитерс и глазом не моргнул.

— Вот как, по-моему, все было: Мел узнала, что Шерил тебе изменяет, и попыталась сорвать свадьбу.

— Я же тебе говорила, что сказала Мел, — перебила я. — Она воображала, что Шерил охотится за его деньгами.

Уитерс посмотрел на меня, подождал, пока я замолчу, и продолжил:

— Думаю, Мел столкнулась с Шерил и заявила ей, что все знает. А потом? Может, Шерил решила сознаться, а может, что лучше сбежать, пока тебе все не стало известно. Так или иначе, узнав об измене, ты вышел из себя. Ты решил ее проучить…

— Стоп, стоп, стоп! — сказала я, отпуская Тони и выходя вперед. Я была в бешенстве и стояла так близко к Уитерсу, что видела волоски, торчащие у него из носа. — Ты нашел тело Шерил? Нет? Тогда ты не можешь знать, что с ней случилось. В настоящий момент она считается пропавшей без вести. Ты не можешь вести дело так, будто это двойное убийство.

Уитерс поднял руки в притворном извинении, и мне пришлось отступить.

— Ладно, ладно, виноват. Просто немного увлекся. Это легко, когда кровь закипает, правда, Тони? Допустим, Мел спугнула Шерил, и вы винили ее за это. Вы пошли с ней разобраться, а она сообщила о своих подозрениях, но лишь сильнее вас разозлила, потому что в глубине души вы знали: такая женщина, как Шерил, никогда бы не выбрала такого, как вы.

Я увидела, как кулаки Тони начали сжиматься. Я встала между ним и Уитерсом, мягко, но настойчиво положив руку ему на грудь:

— Не реагируй. Он специально тебя провоцирует, чтобы ты сорвался.

Уитерс лишь поднял брови в ответ на мой сердитый взгляд и продолжил:

— Вы злились на Мел, потому что считали, будто она виновата в том, что Шерил вас бросила и сбежала прямо от алтаря, на глазах у всех родственников и друзей. И вы ее убили. А потом, придя домой, вы нашли эти фотографии и поняли, что были полным идиотом — ведь Мел оказалась права. Ну что, я угадал? Или эти фото у вас уже были? Может, вы сначала убили Шерил, когда узнали об измене, а потом вам пришлось убить Мел, потому что если бы она всем рассказала, то стало бы ясно, кто прикончил Шерил?

Тони открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог.

— Что-что? — спросил Уитерс, театрально подставив ухо.

— Я не… — прохрипел Тони, а потом сглотнул, будто в горле пересохло. — Я не убивал Мел.

— Тогда объясните мне, почему вашу ДНК нашли на теле жертвы? А еще есть свидетели, которые видели, как вы вышли из бара и направились в сад отеля. И слышали, как там громко ссорились мужчина и женщина.

— Они уверены, что это были Мел и Тони? — спросила я.

Уитерс промолчал — следовательно, нет. Тогда это ничего не значит. И наверняка есть простое объяснение присутствию ДНК.

Я повернулась к Тони. Ну скажи, что есть простое объяснение…

— Я действительно выходил в сад поговорить с Мел, — начал он. У меня похолодело в животе. — Это было сразу после того, как Джоди ушла…

Уитерс посмотрел на меня с вопросом.

— Я ушла из бара где-то в половине десятого. Поднялась наверх посмотреть, в порядке ли Шерил после драки с Мел.

— Ну и как?

— Все было в порядке. — Я не стала упоминать, что она будто бы собирала вещи, — не знала, будет ли это в его пользу.

— Я увидел Мел в саду, она выгуливала собаку, — сказал Тони. — Мне стало неловко: я ведь на нее наехал, когда Джоди вывела ее после драки. Хоть мы и расстались, я зла не держал. — Уитерс посмотрел с недоверием. — Правда, не держал. Ну, сначала — да. Но потом встретил Шерил — и простил. Я вышел — хотел, чтобы мы снова стали друзьями. Я был счастлив, и я хотел, чтобы и Мел было хорошо. — Глаза Тони снова наполнились слезами, и я ему поверила. Я знала, что Мел разбила ему сердце, но также верила, что Шерил его излечила.

— Сколько времени вы разговаривали?

— Не знаю… где-то с полчаса? — Тони в изумлении смотрел на офицера, ведущего подробную запись разговора.

— И как ваша ДНК оказалась на ее теле? — спросил Уитерс.

— Мы поговорили, помирились… и обнялись, — сказал Тони. — Единственный раз, когда я до нее дотронулся, — это когда обнял.

Уитерс уставился на него:

— Вы обнимали женщину, которая едва не задушила вашу невесту и почти сорвала вашу свадьбу? — Он недоверчиво покачал головой и перешел на официальный тон: — Энтони Пенхалигон…

— Только не это! — сердито вмешалась я.

— …вы арестованы по подозрению в убийстве Мелиссы Пенхалигон. Вы не обязаны говорить, но все, что вы скажете, может быть использовано против вас. Вам понятно?

— Да, — тихо произнес Тони. В его голосе звучало поражение.

Я смотрела, как полицейские выводят его из дома, а потом села, надеясь понять, что вообще происходит.