Чувство, близкое к шоку, Сеня испытал, проходя диспансеризацию в частной клинике Нью-Йорка. Из разговора врачей он понял, что жить ему осталось всего ничего.

Заметив, что пациент — новый русский Семён Мейерович Ге — прекрасно понимает английскую речь, хозяин клиники, бывший главврач Одесского кожно-венерологического диспансера, профессор Бухбиндер спохватился и, умоляя простить потерявших бдительность врачей, предложил продолжить разговор вне смотрового кабинета.

— Мистер Ге, — с пафосом произнёс Бухбиндер, перейдя на русский, когда они расположились в кабинете для особо важных клиентов, — вам следует начинать думать, что ваше пребывание на этом свете продлится меньше, чем вы надеялись, потому что состояние вашей сомы достигло точки невозврата…

У вас «тлеющий гепатит» — хронический активный гепатит, вызванный неуловимым вирусом, который имеет отрицательное название: «не-А, не-Б». Специалисты знают его по «отпечаткам пальцев», которые он оставляет, и по его репутации тихого убийцы.

Хронический активный гепатит — это снижение мужской половой функции, прогрессирующее недомогание, которое сначала разрушает печень, потом мозг, самый сложный орган человеческого тела.

Печень — это источник энергии и обеззараживающий агрегат организма. Орган, столь же важный для жизни, как и более популярный, но менее сложный — сердце. Ваша болезнь тихо и без симптомов перешла в цирроз, рубцевание печени, которое обычно вызывается алкоголем…

А также и вирусным гепатитом, врожденными и наследственными болезнями, — продекламировал Бухбиндер, игнорируя гримасу неудовольствия на лице пациента.

— А когда ваша печень больше не сможет фильтровать токсины, вы начнёте впадать в ступор…

— В чём это выразится?

— Вы не сможете прочесть чек, закончить фразу, иметь дело с деньгами. Через некоторое время вы обнаружите, что вам всё труднее пользоваться основными инструментами вашей профессии — цифрами и словами.

При бездействии печени другие органы начнут разрушаться. Появится спутанность сознания, похожая на болезнь Альцгеймера. Регрессия половой функции даст о себе знать в первую очередь, а это скажется на отношениях с женой. Она покинет вас. Если я не ошибаюсь, в приёмной сидит ваша красавица-супруга, которая много моложе вас, не так ли?

— Жена покинет меня? Вы профессор — одессит и сами знаете, что в нашей среде это не принято…

— Дорогой мистер Ге, мой опыт и знание людей подсказывают мне, что ваша жена — славянка, а не… Поэтому она — не из нашей среды!

— Знаете, уважаемый профессор, за последние 3 года эта, как выразились вы, «красавица-супруга» выпила столько моей крови, что стала уже более еврейкой, чем я!

— Сочувствую, мистер Ге. Я просто хотел предупредить вас, что, страдая сами, вы обречете на страдания и её — она начнет изменять вам. Вы, став свидетелем её неверности, будете страдать вдвойне…

Семён, будто не расслышав профессора, начал говорить, «что есть время жить и время умирать, что он имеет двух взрослых детей от прежнего брака».

— Дети — детьми, — спокойно отреагировал Бухбиндер, — но жена…

Мне всё равно, какая она у вас по счёту. Но одно то, что в приёмной вас ожидает такая юная прелестница, свидетельствует о вашей любви к жизни… Хотя бы только из-за неё вы должны бороться за жизнь, — со светской полуулыбкой произнёс Бухбиндер.

Этот козырь Семёну крыть было нечем.

— Где же выход? — внешне не теряя присутствия духа, спросил он.

Профессор поспешил бросить Ге спасательный круг:

— Операция… Пересадка печени от донора! Безусловно, это дороже, чем пересадка сердца, и реабилитация длится дольше и сложнее, а значит… Ещё дороже, но другого не дано!

— Во сколько обойдётся операция?

— 800 тысяч долларов… — скороговоркой произнёс Бухбиндер.

— Папа мне всегда говорил, что если проблему можно решить за деньги, то это не проблема, а расходы! — Семён резанул воздух ладонью.

Почувствовав, что собеседник близок к принятию решения в пользу операции, Бухбиндер залился соловьём:

— Знаете, дорогой мистер Ге, если со мной что-то случится, я был бы счастлив, если бы кто-то вроде вас остался жить с моей печенью, то есть для такого жизнелюба и удачливого бизнесмена, каким в моих глазах являетесь вы, я мог бы выступить в роли донора…

Расчувствовавшись, Семён, не отдавая отчёт своим словам, поспешно произнёс:

— Профессор, для вас я бы сделал то же самое!

Бухбиндер вскинул руки в притворном ужасе:

— А вот этого не надо! Я бы совсем не хотел иметь вашу печень!

Рассмеявшись, приступили к составлению графика сдачи анализов и проведению консультаций с врачами-смежниками, что должны вести Семёна до «выполнения миссии» — так в клинике называли операцию по имплантации здоровой печени.

Пожав руки и обнявшись, расстались друзьями. Адвокатам Семёна осталось лишь заключить договор и утрясти финансовые вопросы.