Дорога до источника заняла полдня. Опять сидели в трясущейся карете, в духоте, и общей напряженности.

Ян ушел под утро, мне не хотелось отпускать его, казалось, если он переступит порог комнаты и все опять будет, как прежде. Я ни о чем не спрашивала, ничего не требовала и ничего не обещала сама. Вчерашняя ночь была, как наваждение, о которой я мечтала все эти годы, но хотел ли ее Ян, мне было неизвестно. Утром он ушел и потом, когда мы встретились на завтраке, никак не выражал и не показывал, что между нами, что — то изменилось. Ну что ж, я была к этому готова. По крайней мере, я не могу винить его сейчас, ведь хотела его сама и оставила на ночь, его тоже сама.

После завтрака я скинула все вещи в пространство браслета и тяжело вздохнув, оглядела комнату. Главное, ничего не забыть, пустила заклинание очищения на комнату наблюдая, как мелкие насекомые шерстят все пространство, а потом распадаются темным пеплом.

К карете вышла налегке, на что Ян, который возился с сыном, и недовольная Диана не обратили внимание.

Села рядом с высокородной и откинулась на спинку сидения. Хотелось уже, чтобы эта поездка закончилась.

— Марик, может, пока будем ехать, просветишь насчет вируса, про который ты говорил, мысленно обратилась к проводнику.

— А что там просвещать, — проворчал Марик, у него с утра не было настроения, — кто такие изменённые ты знаешь, это те, которые получили слишком много лима, но есть еще одна причина. Как я уже говорил, вирус с помощью которого, мерги уничтожили своего врага. Там, где много лима, есть шанс заразиться вирусом мергов. Вирус по-другому влияет на жителей этого мира. Не убивает сразу, а разрушает его психику, меняет мировоззрение разумного, потихоньку пожирая его мозг.

— Какая-то мысль крутиться в голове, не могу понять, — нахмурилась я, — но при чем здесь сын Яна.

— Ян был заражен, — сказал Марик, — уж не знаю, как они смогли остановить заразу, но в сыне она опять проявилась.

— И как уничтожить вирус? — тут же вставила я, — Источник поможет?

— Смотря, что они собираются делать, если простое очищение, то нет, через тело пропускают сразу, большой поток, который выжигает внутри заразу.

— Тогда что поможет? — недоумевала я, — они решили пропускать энергию через родителей, а потом в сына, но ты говоришь, зараза не уйдет, что нужно сделать.

— А вот тут им просто повезло, — хихикнул Марик, — у них есть ты.

— Я? — недоуменно открыла глаза, чтобы встретиться со взглядом Яна. Он смотрел пристально, а его губы тронула чуть заметная улыбка. Диана тут же перехватила наше переглядывание и демонстративно фыркнула. Я выдохнула и опять закрыла глаза:

— Так, при чем тут я? — переспросила у проводника.

— Это тебе надо проводить через тело мальчишки энергию лима, подумай почему.

— Потому что я не разделяю ее на стихии, как другие маги…

— Вот именно через тебя идет чистый лим.

— Но ты говорил, что для всех чистый лим губителен, — уточнила я.

— Вот именно, — тут же ответил Марик и я даже представила его заумный вид и большие уши, которые смешно хлопаются друг об друга.

— Мальчишка может погибнуть, — спросила я, все — таки надеясь на другой ответ.

— Да, — лаконично ответил проводник, — тут уже зависит от того, как сыграет его организм, выживет ли после того, как лим выжжет в нем всю заразу или…

— Не хочу даже думать об этом, — отмахнулась я, потом спросила сама себя, — стоит ли им сейчас об этом говорить.

Опять открыла глаза и посмотрела на Яна. Тот как раз поправлял на сыне плед, ребенок дремал, положив ноги на отца и подперев ладошкой щеку. Я сглотнула, и как им об этом сказать.

— Ты лучше о себе думай, — недовольно пробурчал Марик, — забыла, что у тебя эволюция, резерв нужно растянуть, Мердито пора давать больше маглинтов.

— Куда еще больше удивилась я, — прожорливое у тебя зерно Марик.

Проводник на мою подколку не ответил, лишь проворчал:

— Тебе нужно это больше чем Мердито Лейра и когда-нибудь ты это поймешь.

— Достал, — огрызнулась проводнику, — не хочешь прямо говорить, то вообще молчи.

Так вот, полдня ехали до источника, оказывается он совсем близко от столицы. Порталов переходов тут никогда не было, да и на Регирде это привилегия старых домов и городов, которые были еще до мора. После возвращения людей на поверхность их всего лишь отремонтировали и зарядили. Как делать новые, никто не знал. Поэтому никаких порталов, а по старинке на громыхающей карете, запряженной четвёркой лошадей.

Доехали до источника вполне спокойно лишь на входе в охраняемый периметр, нас по нескольку раз остановила охрана, но кучер на козлах имел пропуск, поэтому карету не осматривали.

— Теперь как договаривались— сказал Ян, — Через два состука нам нужно быть в месте, где нас заберут.

— Кто заберет? — не поняла спросонья Диана.

— Мы же говорили вчера об этом, — нахмурился Ян, — соберись Диана, мне сейчас нужна твоя сила и помощь, а не нытье и истерики.

Высокородная поджала губы и посмотрела на сына, который проснулся и оглядывался по сторонам.

Ян первым вышел из кареты и потом подхватил ребенка. Я вышла следом, за мной Диана. Солнце светило ярко и припекало хорошо, а еще я почувствовал дуновение силы. Такое, как в подземельях.

— Чувствуешь? — спросил меня Ян и оглянулся по сторонам.

Карета тут же тронулась и набрала приличную скорость, скрываясь за пологим холмом.

— Что и стоило доказать, — пробормотал Ян.

— Что — то не так, — спросила встревожившаяся Диана.

— Все так, — хмыкнул высокородный и пошел в сторону небольшого лесочка от которого в нашу сторону, уже спешили два человека.

Это оказался Северьян со своей чуть состаренной копией, видимо, отец. Младший Никс был улыбчив и приветлив, когда как старший оглядел нас непримиримым взглядом. С таким не пошутишь.

— Не советую на нас давить хранитель, — сказал Ян и посмотрел на старшего, — я свои обязательства выполнил.

— Если не считать того, что вы прихватили с собой измару, — грубоватым голосом сказал старик.

— Может, будем делать дело, а не претензиями обмениваться, — не выдержала высокородная, наконец — то я увидела прежнею Диану. Сегодня она была так же, как я в тренировочном костюме, ее волосы были собраны в высокий хвост, открывая сверкающую на солнце печать высокородной.

— Ну что же пойдёмте, — сказал хранитель, — но предупреждаю, если что — то пойдет не по плану, я вас уничтожу, поверьте здесь я хозяин.

Марик внутри меня хихикнул:

— Какое самомнение, — сказал он.

Я же была очень разочарована источником, он был так мал и слаб, и мне казалось, что на самом Регирде было больше энергии, чем в источнике Лакарста.

— Это так, — уловил мои мысли проводник, — на Регирде намного больше энергии и не потому, что там Сонный лес, — Марик внутри опять хихикнул, паразит.

По выложенным плиткой дорожке мы вышли на огромную поляну. Травы на поляне не было, чистая черная земля, а прямо посередине поляны, лежало нечто непонятное. Сначала мне показалось, что это какая — то куча хлама, но, когда мы стали подходить ближе и мой резерв завибрировал от прибытка лима, а Мердито внутри проснулся впервые за пять лет заливая меня теплой радостью и желанием объять весь мир, тут я поняла, что это осколок, осколок чего — то большого. Сам материал был как живой, чуть прогибался под нашими ногами, и переливался нитями, по которым золотыми потоками пульсировала жгучая магия лима. Я почти захлебнулась от такого напора, пока Мердито не перенаправил на себя большую часть силы, чем вызвал облегчение.

— Марик, что теперь? — спросила проводника, наблюдая, как высокородные стали подготавливать ритуал, а хранитель с сыном остались за пределами осколка. Сам источник напоминал вырванный кусок из чего — то большего, там, где проходил разрыв, лим пульсировал особенно больно, мне было почти физически плохо.

— Держись Лейра, я думал он больше, — сказал с сожалением проводник, — но и этого хватит.

— Для чего? — не поняла я.

— Увидишь, — сказал Марик, — Мердито сделает все само, умный малыш.

У меня не было сил, чтобы спорить с проводником или чего — то требовать.

Высокородные завершили свои приготовления и стали проводить ритуал. Лим не так яростно заполнял их тела, а вот на общее состояние влиял тоже отрицательно.

Мальчишку положили в круг из выложенных рунами камней и принялись проводить манипуляции с магией. Так как оба были огневиками то им было легче прийти к стабильному потоку, не было отторжения стихиями. Я стояла недалеко и наблюдала за ритуалом, даже не заметила, как лим, включил защиту, дракончики тут же стали брать мое тело в кокон и выглядывать предполагаемую опасность. Со стороны лакарстцев послышались восклицания.

— Лейра держи себя в руках, — сказал Марик, — еще немного и будешь действовать ты.

— Еще бы знать, как действовать, — хмыкнула я, борясь с тошнотой.

— Ты поймешь, смотри за пожирателями и потом делай как они, всего лишь.

Диана и Ян наконец, стабилизировали поток и стали пропускать его через своего сына. Как я поняла, мальчишку Ян как — то усыпил и теперь он висел в воздухе, широко раскинув руки и ноги, а через него на всю мощность проносился поток магии. Все тело ребёнка светилось красными огнями, а когда наконец высокородные выдохнули, то упали все разом на землю, почти не шевелясь.

— Что и следовало доказать, — хмыкнул Марик, — посмотри на его ауру.

Я тут же это сделала, чтобы увидеть, что аура у ребёнка все еще черная, кое-где видны чистые красные участки, но на этом все. Чернота неумолимо опять заполняла с таким трудом очищенные кусочки ауры.

— Теперь ты, — сказал Марик, — наполняй резерв.

Я подошла к лежащим на источнике высокородным, оба тяжело дышали и смотрели на меня, но не могли пошевелиться.

— У вас не получилось, — сказала я им, — молитесь чтобы получилось у меня.

Я раскинула руки в разные стороны и глубоко вздохнула, открывая все заслонки и печати, чтобы вобрать как можно больше лима.

Если ребенок не выживет, мне лучше умереть с ним, вяло текли мои мысли, как мне потом жить с такой ношей.

А потом из пространственного браслета выплыл Мердито. А он заметно подрос за пять лет. Все такой же сверкающий в золотистом свете бутон, надеюсь, когда он расцветет, будет красивым. Улыбнулась сама себе. Сейчас бутон был не больше полметра в длину и четверть метра в ширину, зато его лучи уходили далеко за пределы источника.

Глаза высокородных открылись от удивления, а тело бессознательного ребенка опять воспарило ввысь, чтобы замереть напротив Мердито.

Надо же, имя какое некрасивое для такого красавца, думала про себя, наблюдая, как от этого красавца отрастают тонкие жгутики и как они проникают в тело ребенка, где черная муть вибрировала от переполнявшей все вокруг силы.

Аура ребенка светлела, а вот мой резерв, казалось, сейчас лопнет. Мердито тянул из меня больше чем я успевала собрать, а магия сама настраивала потоки меняя силу, от чего мне казалось я похожа на воздушный шарик.

— Потерпи еще немного Лейра, — кричал внутри Марик, — ты молодец, главное — не теряй сознание, иначе все прекратится.

И я старалась, глядела на Яна, который лежал рядом и смотрел на меня широко открытыми глазами. Поглядывала на замерших недалеко магов, которым представление совсем не нравилось.

— Как только Мердито закончит с ребёнком сразу же накидывай на него лечилку, помнишь, как с Алором в подземках.

— Хорошо, — с запинкой сказала я.

А потом все резко прекратилось, бутон, который зерно, тут же исчез в моем браслете и заснул, напоследок одарив радостными ментальными обнимашками, от чего мои драконы натурально пыхнули огнем и громко зарычали, немного прибавляя в росте. Хранитель с сыном чуть отошли назад, испуганные непонятными тварями. Я кинула на Лейрана лечилку рассматривая, как паучки споро пакуют ребёнка в зелёный кокон.

— Что это за Сонная матерь творится?! — закричала Диана, которая смогла кое-как сесть.

— Клятва, — тут же сказала я на рефлексах привыкшая себя скрывать, — мне клятву, что в ничего никому не расскажите.

— Клянусь, — под моим напором сказала Диана и получила печать в виде бутона на запястье.

— Зерно живо, — прошептал Ян, потом повернулся ко мне и тоже сказал слова клятвы. Новая печать у него не появилась, но старая стала чуть больше.

— Какое зерно? — тут же воскликнула Диана, — Наш сын, что с ним?

— С ним будет все хорошо, я сканировала кокон. Паучки уже разбежались по другим болезным, и Диана старалась отмахнуться, от моих лекарей от чего те разбегались, и все равно обходили пациента с двух флангов сразу. Потом черной волной устремились и к магам, стоящим чуть дальше, но я успела их отозвать, чтобы не пугать бедолаг еще больше.

У нас получилось, — мысленно спросила Марика.

— Да мы прошли на грани, но все получилось Лейра, ты перешла на высшую ступень измар.

— Теперь я точно Великая Измара, — усмехнулась я проводнику.

— Теперь ты асинейра, я спать… — сказал Марик сразу же после шокирующей новости, и я почувствовала, что его присутствие ослабло.

— Ничего, — пробурчала я, разминая ноги и руки, — когда-нибудь ты мне все расскажешь, зубастый лопоух.

— Лейра нам пора, — сказал Ян.

Он уже встал и приподнял заклинанием кокон с сыном.

— Он там не задохнется? — переживала Диана, одномоментно превратившись в хорошую мать.

— Нет, — ответил ей Ян, — с ним все будет хорошо, это лечащий кокон.

— Не знала, что ты так можешь, — вдруг повернулась ко мне высокородная и в ее глазах впервые увидела если не восхищение, то признание меня, как человека, а не батарейку к ним высокородным.

— Как думаете, посмотрела я на вереницу выходящих из леса магов, сможем пробиться?

Высокородные замерли, а к нам направился Северьян.

— Наши с вами договорённости остаются в силе, — сказал маг, но если вы останетесь здесь еще хоть на несколько минут, мне придётся на вас напасть, уходите, — глухо сказал он, украдкой разглядывая меня.

— Что даже измара уже не нужна? — ехидно посмотрела на меня Диана.

— Я не так силен, чтобы иметь такую возлюбленную, — сказал менталист, а быть слабее жены неприемлемо.

— Шовинист, — сказала магу, проходя мимо, и кто за язык тянет.

— Не знаю, что это, но не советую повторять мне это еще раз, — угрожающе сказал Северьян.

— Прощайте Никс, — сказал Ян, — и все равно спасибо.

Мы прошли еще пару метров, когда Северьян нас окликнул, потом догнал нас.

— Не идите той дорогой, которой собирались Алор, — сказал он нам, — отец поставил там засаду, ваши слуги перестали быть вам верны. Я был не сторонник вас отпускать, но в свете новых впечатлительных знаний, пожалею своих людей.

— Не буду говорить вам за это спасибо, — холодно кивнул Ян, и мы пошли дальше с поляны, провожаемые взглядами охраны.

Кокон с Лейраном плыл рядом и Яну это давалось тяжело, потому что скоро его сменила Диана.

Потом мы продирались по лесу и вышли совсем в противоположной стороне, чем приехали сюда. Недалеко стояли руины и Ян повел нас туда. Мы молчали, потому как говорить, сил ни у кого не было.

Когда мы подходили к руинам, в небе показалась черная точка, которая потихоньку приближалась и превращалась в небольшой юркий дирижабль.

— Вот и наше спасение, — сказал Ян и из него словно вынули штырь, он упал на землю и его лицо побледнело.

Я тут же кинула на него лечилку, но паучки, побегав по высокородному, с недоумением испарились. Я не знала, что делать, Диана аккуратно положила на землю кокон с сыном и отогнала меня от тела Яна.

— Я сама о нем позабочусь, — сказал она и стрельнула на меня холодным взглядом, — он всё-таки отец моего сына, не чужой мне человек.

Я отошла от нее и замерла, наблюдая, как снижается дирижабль и опускается большая плетеная корзина, которая нас заберёт на борт. Тут же выскочили молодые парни, скорей всего корабельные маги и стали грузить всех в корзину. Я уже не помнила, как добралась до каюты, которую показывать улыбчивый паренек и как упала на кровать, не раздеваясь, тоже не помню. Быстро отключилась.