Незнакомец напал на Хельку, когда она целилась прямо между лопатками того мальчишки, что держал носилки.

Вторую стрелу она уже готовила для старика, похожего одновременно на кудесника и на дремучий пень. Третью, возможно, использует, если Ниметон не справится со Скорпионом.

Таков был приказ – ликвидировать всех, в целости сохранить лишь артефакт.

Хелька даже удивилась, как всё просто. Конечно, Руп, что было невиданно, запорол засаду, но с позиции, с которой она целилась, даже несмотря на сумерки, у беглецов не было шансов.

Она не учла только одного – тот чудак в тюрбане не сбежал. Он зашёл с тыла.

От такой наглости и неожиданности у Хельки перехватило дыхание. Она попробовала отбиться, ступая ему на ноги и ударяя локтями, но холодная сталь кинжала тут же коснулась её горла.

– Брось. Теперь поздно.

В голосе нападавшего слышался лёгкий восточный акцент. Хелька, злая на себя, кинула лук на землю.

Чужеземец сделал шаг в сторону, продолжая держать у её горла лезвие.

Затем он резко её оттолкнул, Хелька с трудом удержала равновесие, припав на одно колено. Когда она распрямилась, чужеземец в тюрбане уже убрал кинжал и держал в руках её лук с наложенной на натянутую тетиву стрелой.

– Иди.

– Куда? – спросила она.

– Как можно дальше отсюда.

Хельке пришлось подчиниться. Она спрыгнула с возвышения и услышала, что он спустился следом. Затылком она ощущала, как в неё целятся, чувствовала холодный наконечник стрелы, направленный прямо между лопатками.

Хелька гадала, почему он не убьёт её сразу? И жуткие мысли роились в её голове. Шаги за спиной начали затихать из-за усилившегося шума дождя. Она обернулась. Он всё ещё целился в неё.

– Иди, – снова сказал чужак. – Ещё раз обернёшься, и я спущу тетиву.

Он сказал это спокойно, но решительно, и потому Хелька решила не искушать судьбу. Она шла вперёд, и каждый шаг казался ей мучением. Спина взмокла, то ли от пота, то ли от дождя. А его взгляд так и жёг спину.

За спиной раздался треск. Хелька сдержалась, чтобы не обернуться. Шаг, другой… Она оценила расстояние до ближайшего укрытия – каменной арки, величиной в два человеческих роста.

Внезапно шаги за спиной стихли, а может, она просто их не слышала. Хелька глубоко вдохнула, сжалась как пружина и, метнувшись к арке, прижалась к мокрому камню спиной. Она ожидала, что услышит тупой стук стрелы о камень, но никто не выстрелил.

Осторожно она выглянула из-за укрытия.

Никого. Только струи дождя, брызги и лужи на потрескавшихся от времени плитах.

Хелька медленно вышла из-за колонны, подошла к предмету, темнеющему на земле.

И узнала свой сломанный лук.

Она сжала кулаки, зарычала, огляделась вокруг. Но враг исчез, как будто провалился под землю.

Хелька побежала назад. По обе стороны от неё мелькали руины Красного города, дождь туманил глаза. Вдруг в проёме мелькнула белая фигура. Хелька повернула голову и увидела беловолосого юношу, он тоже её заметил, вылупил глаза и тут же скрылся за развалинами. Ученик колдуна! Хелька ускорилась, желая поскорее найти брата.

– Руп! – крикнула она. – Где ты?

Поплутав немного, она наконец отыскала узкий коридор, в котором они устроили засаду.

Сердце её сжала невидимая лапа: у дальней стены сидел Ниметон; его грудь, живот и колени были перепачканы тёмной кровью. Левой рукой он пережимал искалеченную правую руку, которая превратилась в жалкий обрубок. В стороне лежала бесполезная булава. Охотник дрожал и тихо подвывал, его знобило. И хотя он ещё дышал и шевелился, бледностью не уступал покойнику.

Хелька прошла дальше и споткнулась обо что-то мягкое. Это были ноги Рупа. Она наклонилась и всмотрелась в неподвижное лицо с закатившимися глазами. Дождь намочил волосы брата, и они облепили лоб и виски. Вот такой, мёртвый или спящий, с неподвижным и спокойным лицом, Руп был даже по-своему красив. Просто курносый мальчишка, который не ухмыляется, не ёрничает, не язвит… и не убивает. Может быть, Хелька тоже убийца, но она хотя бы не получала от этого удовольствия.

– Руп! – Она тряхнула брата, схватив за ворот. – Руп! А ну, очнись!

Его нижняя челюсть отвисла, рот раскрылся.

– Руп!

Хелька отвесила ему пощёчину. Красное пятно разгорелось на щеке лежащего Рупа.

Брат застонал.

Капли дождя разбивались о его лицо, холодные струйки бежали по лбу вдоль бровей, скатывались по щекам и замирали на подбородке.

– Скорпион… – простонал Руп. – Урод воню…

Он не договорил, открыл мутные глаза, позеленел и, перевернувшись, опёрся на руки. Его вырвало. Когда позывы ослабли, Зверёныш вытер губы и просипел:

– Мы его догоним. Я его убью.

Он поднялся и тут же сел – мир закружился перед глазами.

– Ты ударился башкой, – не глядя на него, сказала Хелька. – Ниметон ранен. Никого мы не догоним. Мы осрамились. Я говорила тебе: не спеши. Но ты никогда не слушаешь!

Она нервно пошарила в сумке и нашла там кусок худо-бедно чистой ткани, подошла к Ниметону и начала перевязывать ему кровавую культю.

– Чем он тебя так? – грустно спросила она.

– К-клешнёй, – ответил Ниметон, стуча зубами.

Когда рука была перевязана, она встала и оглянулась по сторонам.

«Теперь вся надежда на Соли и его ребят», – подумала Хелька.

Почему они задержались и так и не появились у переправы? А может, они, наоборот, обогнали малый отряд и ушли вперёд? В любом случае командир отомстит. Но и она не станет есть свой хлеб даром.

– Эй, Руп!

– Что! – раздался угрюмый голос.

– Вы сможете сами выкарабкаться? Дойти с Ниметоном до ближайшего города или деревни?

– Сможем. Нам нянька не нужна.

– Хорошо.

Она поправила прилипшую одежду, с сожалением взглянула на бесполезный колчан со стрелами.

– Я хотя бы попытаюсь за ними проследить.

Коротко кивнув охотнику и брату, она поспешно зашагала к выходу из тоннеля. Выходя через проём, она ощутила короткий толчок и вдруг снова оказалась перед Ниметоном и Рупом. Хелька рванула вперёд, прыгнула в проход и снова угодила в начало тоннеля.

– Поганый колдун! – заорала она. – Чтоб ты сдох! Чтоб ты подавился своим чёрным языком! Чтоб ты разбился о камни!

Она упала на колени, ударила двумя руками по луже, подняв облако брызг, и разрыдалась.

Это длилось всего минуту. Хелька поднялась, суровая, с плотно сжатым ртом. Вытерла сопливый нос. Она ожидала услышать глупый смех брата за спиной. Но тот молчал.

– Кто-нибудь, – позвала Хелька, перекрикивая шум дождя, – кто-нибудь из вас завяжет мне глаза?