– Быстро-быстро за мной, – командовал я и обнажённым влетел в канал, на той стороне встречая девчат.

Переход к счастью закрылась после того как его вихрем пересекла последняя моя наложница. Удачно получилось, все тут. Быстро осмотревшись на предмет опасности, ничего подобного не было, я бросил на пыльную землю сумки и велел, взвешивая в руках «калаш»:

– Одевайтесь, я покараулю.

Караулить было нужно, мы вышли в Африке, вон как жарит, и белые здесь в дефиците, особенно в подобной местности где в основном одно чёрное население. Мы находились в Ботсване. Сейчас шёл 1973 год. Задержимся тут ненадолго, всего на неделю, но планов громадьё. Из этого мира мы перейдём в другой мир этой же Ветки, а там и родной. Повезло, всего два транзитных мира. А может и сразу отправимся, демонов-портальщиков ещё никто не отменял.

Сама Африка меня волновала мало. Ну разве что налеты на офисы компаний, добывающих тут алмазы и другие драгоценные камни. Экспроприация экспроприируемого, актуальна во все времена, нужно собрать то что те не успели вывезти. Работы на одну ночь. Однако интерес мой всё же был направлен не на Африку, а скорее на Вьетнам, точнее его прибрежные воды. Война идёт к своей концу, через пару лет пиндосы окончательно выведут свои войска оттуда, однако флотская группировка до сих пор там работает, а у меня одна пространственная щель не до конца заполнена, вот думаю прихватить с пяток боевых кораблей. Включая авианосец. Тут не было особых планов на них, будет возможность подарю кому, а так просто хотелось с американцами повоевать, руки чесались и такая пощёчина думаю будет им сильно неприятна. Может я и не все их корабли заберу, все не войдут, но вот то что потоплю оставшиеся, это факт. Разгром должен быть полный. Да и как по-другому, у меня всего неделя, могу я её пустить на отдых? Вот и я думаю что смогу. А то последние недели чем только не занимался. Да в принципе ничем и не занимался, установил девчатам сети, закачал базы и положил их в капсулы на десять дней учёбы, ну и сам лёг, если надо будет, поднимут. Я так два раза на полные десять дней учиться ложился, пока после очередного окончания срока не узнал, что через три дня мы уходим на станцию Центра. В общим, развеять я хочу. Планы такие были. Кто я такой чтобы отказывать своим желаниям? Шучу конечно, но настроился я серьёзно. И да, раз у меня будет столько бросового материала в людях, почему бы снова не воспользоваться пентаграммой для перемещения? Вот и я думаю, что можно. Жаль конечно ещё одну из своего запаса терять, всё же с каналами такого не бывают, но как я уже говорил везде есть свои плюсы и минусы. С демонами потеря в имуществе, но быстро оказываешься где нужно, с каналами тоже потери, но во времени, и не всегда путь прямой, приходится посещать множество миров. Иногда это утомляет, а иногда тянет на приключения, вот как сейчас. Было желание по безобразничать, и я не хотел от него отказываться.

Когда девчата оделись, а это были пилотские комбинезоны, самые удобные, а в такую жару ещё и самое предпочтительное, со встроенными в них модулями климат-контроля, я тоже собрался одеться. Передав Баррис автомат, та уверенно его взяла, и пока та контролировала кусты, мы тут были не одни, я тоже надел пилотский комбез. Кстати, пока есть время, стоит описать что девчата получили и что учат. Для начала по Нине. Той была установлена сеть шестого поколения модели «Пилот» с максимально возможной модернизацией. Дальнейшие модернизации этой сети уже переводили её в седьмой ранг поколения, но всё же на седьмое у той не тянуло. Она была моим штатным пилотом, базы по пилотированию малых кораблей та изучила до того уровня, когда можно сдать на сертификат пилота, и перед уходом на станцию Центра, сдала. Сейчас та изучала пилотские навыки дальше. Кроме них я закачал ей базы пилота военных и гражданский флаеров и глайдеров, а также по управлению атмосферными аппаратами разных типов, включая большими пассажирскими круизными лайнерами. У меня таких четыре, исполнил я свою мечту заполучить такое же судно как у Солнцева. Стражи отчего-то легко пошли мне на встречу и выдали мне всё по списку, хотя я готовился к жёстким торгам и отказу хотя бы от пятидесяти процентов того что набросал. А мне раз и всё выдали. Ценой около трёх с половиной миллиардов. Насторожило такое решение Стражей, не без этого, я выборочно проверял разную технику и оборудование, но всё верно, комплектно и что уж говорить, не заминировано, как я предполагал. Такое могло быть.

Помимо выше причисленного все трём девчатам я залил боевые базы по третий уровень, не профессионалки, но защитить меня, себя и моё имущество смогут. Выучили пока те по второй ранг, и уже могли обращаться с вооружением и разной защитой. Оттого Баррис так уверенно и взяла мой автомат, держа на прицеле дальние кусты где сканер зафиксировал присутствие живых, благо те нас ещё не обнаружили. По самой Баррис, установил я ей сеть «Техника», также как у Нины шестого поколения с максимальной модернизацией и комплектами имплантов. Баррис будет универсалом, чинить всё, я ей выдал базы по ремонту малых и средних кораблей, по ремонту разных типов атмосферной и наземной техники, бытовых приборов и медоборудования. Из всех девчат только у Баррис было желание учиться в этом направлении, настоявший Шпунтик и Винтик в одном флаконе. Да и было видно, что той нравиться это направление. Ещё я залил ей базы для управления атмосферной техникой, воздушной и планетарной, но пока к изучению их та не приступала, той и технических баз хватало, долго поднимать будет. Время было, изучит.

По Ойке скажу, что та отлично себя проявила в роли управляющей, поэтому сеть ей «Администратор», и базы по управлению, обеспечению, юридическому сопровождению, торговле, этикету, шеф-повара, да управление надомным хозяйством ей были как раз в тему. То есть Ойка у нас теперь на себя взяла все функции по хозяйству и управлению. При этом и дом защитит, боевые у неё были, как и по управлению боевыми дроидами. То есть, я подготовил себя не только наложниц, то и помощниц, чему девчата отнюдь не были против и учились с удовольствием. Пока те в начале обучения, но пять лет они должны на меня отработать, пока не станут свободными. А слово своё я собирался сдержать. Те сами по желанию смогут идти на все четыре стороны, и девчата были в курсе.

Я это всё к чему? Поработать я сейчас планировал один, к чему им видеть то что будет дальше, поэтому решил отправить их на орбиту, надеюсь богомолов там не будет, а будут, так уничтожу, благо есть чем. На орбите Луны, с обратной её стороны, достану один из крейсеров, там медсекции чуть больше чем на малых, и пушки большие чтобы защитить моё имущество, положу их на все семь дней в капсулы, обучающие, и пусть учатся, а я пока своими делами займусь. Правда сейчас день, подниматься на орбиту неудобно, многие рассмотреть нас смогут, но мне плевать, пусть думают что ходят, дикие земли. Или за самолёт примут, те что более-менее образованы, или за духов, те что ещё одичавшими в передниках ходят. Не знаю, я по Африке не особо специалист, хотя в своё время, находясь на службе, бывать тут приходилось. Даже не один год тут провёл, помогая в некоторых местах аборигенам. За независимость помнится они тогда боролись. До сих пор этих чернопопых макак терпеть не могу. Наверное, именно после пребывания в Африке я расистом и стал.

Одевшись, я проверил как комбез сел, благо климат уже заработал и стало не так жарко, забрал автомат, девчата вооружились игольниками, гражданских моделей, пусть не особо большая дальность у них, восемьдесят метров, но зато скорострельность и убойность высокая. Да и нужны они для личной защиты, а не для поддержки меня, я и сам справлюсь. Достав «подавитель», я облучил дальние кусты, и мы направились к ним. Хотелось бы посмотреть кто это там засаду устроил. Причём классическую, с двух сторон дороги что вилась в этих зарослях. Хм, так они ещё и на машинах были? Если техника в неплохом состоянии, приберу, вдруг где пригодится. А то у меня с наземной техникой швах, забыл я её внести в список, кроме десятка танков разных моделей и назначения, остальное всё атмосферное и летающее. Впрочем, танки тоже, только у двух имеются гусеницы, но и летать те могут.

Идти было сложно из-за рельефа местности, да и из-за кустарника, путь был не прямой, а чуть ли не круги нарезали. Однако добрались до ближайшей группы. Негры были, кто бы сомневался, но одеты в хоть и потрёпанную однообразную форму, при них был один белый, на советника похож. Их тут полтора десятка находилось. На другой стороне меньше, десяток, но без советника. Вот машины заинтересовали куда больше. Один американский «матт» во вполне неплохом состоянии с турелью для пулемёта, сам пулемёт стоял на треноге в сторонке. «М-60» был, с тройным боекомплектом. И два новеньких «Ланд-Ровера». Угнанных явно у какой-то организации, наклейки содраны недавно. Похоже у какой-то миссий угнали. Машины, всё оружие и боеприпасы я прибрал, после чего вызвал малый патрульный корвет, что подмял кустарник, и мы поднялись на орбиту. Благо транспортников насекомых мы тут так и не обнаружили. Там отлетели за Луну, управляла Нина, ей же нужен реальный опыт полётов, и встали на стоянку. Корвет убирать я не стал, только задал приказ проводить автоматическую охрану сектора. Сам вылетел в скафандре из шлюзовой корабля и вызвал эскортный крейсер из одной из пространственных щелей. У того на борту по штату пять обучающих капсул ко всему прочему имелось, вот я и собирался девчат уложить, хватит им капсул. Это много время не заняло. Зачем мы поднялись сюда, те в курсе, и установив индивидуальный разгон под каждую, я уложил девчат в капсулы и задал режим самого лучшего обучение, по скорости фиксации разгона. Вот и всё, теперь можно и своими делами заняться.

Перейдя на борт корвета, тот был пристыкован к крейсеру, и спустился на нём на планету. Для этого корабль мне и нужен был.

* * *

С американским флотом у Вьетнама так и не сложилось. Я как-то начал по Африке работать, вскрывая запасники, или даже перехватывая грузы направление на разные материки, но потом как перешёл и на сами материки, так и продолжил. Блин, за семь дней почти шестнадцать тонн камней. Это дорогого стоило. Да, я вскрывал запасники и хранилища разных государств, частные хранилища или банковские, но такое количество камней набрать смог. Именно драгоценные, а не искусственные. Ну и золота с серебром по пути прихватил, но специально ими не занимался, так попутные разграбления. Европа и Америка были моей целью, в Союз не совался. При этом набрать почти сто тонн золота и под пятьдесят серебра мне удалось. Вот платины мало было, всего-то килограмм пятнадцать. Как-то встречалось редко, да и то в ювелирке, в слитках всего два кило было. Или его тут мало, или мне так везло. Я думаю последнее.

А Союз я тоже всё же ограбил, хотя и эпизодически. Да и тут оспорить можно с правовыми нормами, ограбил я их или нет. Тут вот в чём дело было, я случайно узнал, что в Африку гонят крупный советский сухогруз с грузом продовольствия, перехватил его, усыпил команду, да забрал груз прямо в открытом море. По документам груз уже принадлежал государству, которому его везли. Да и растерял из винтовки «М-16», взятой у той банды негров, все стёкла в рубке и надстройке, погнул ствол винтики и бросил её тут же. В общем, алиби морякам обеспечил, чтобы их не привлекли. Продовольствие высшего сорта, всё забрал, лучше себе чем дарить обезьянам. Голод у них там понимаешь ли, сами работать не хотят, на подачки живут. Хрена им. Пусть работать учатся, земли возделывать что уже сорняками поросли. Вот такой вот случай присутствовал в этой истории.

Когда наступило время ухода, я забрал девчат, те бодренькие были после капсулы, хотя и слега ошалевшие, это знания в головах их укладывалось, но такое состояние нормальное и длится не так и долго, часа два, потом всё приходит в норму. Убрав крейсер, а после посадки на поверхность планеты и корвет, я дождался, когда активируется канал и первым проскочил на ту сторону, дождавшись своих девчат. Канал долгий был, но всё равно те спешили. И только через три секунды после перехода Нины, канал закрылся. Мы в это время уже одевались. Это делать пришлось быстро, хотя снега и не было, но морозец присутствовал, и недалёкая лужа в разбитой напрочь полевой дороге подёрнулась довольно толстым слоем льда, с пятнами воздуха в нём. Наконец комбезы надеты, обогрев заработал и притаптывая подошвами ботинок, это чтобы те по ноге сели, а не то что вы подумали, мы осмотрелись.

– Артур, где мы? – спросила Нина, машинально проверяя игольник.

Мои девчата уже перешли с хозяина и господина на имя, я им это позволил, решив, что можно не держать дистанцию. Да и сложно это с теми, кто неоднократно был с тобой в постели, причём как парой, так и с другими девчатами.

– Это тоже Ветка Земли. Тут война идёт, одна из самых страшных. Везёт мне на это время, частенько попадаю. В пошлый раз Ленинграду помог, блокада там, прорвать её помогал, да продовольствием поделился. А то вовремя голода до шести тысяч ленинградцев за сутки умирало.

– Это страшные цифры, – сказала Баррис, и её явственно передёрнуло, видимо, как представила себе такие цифры жители города, детей, стариков и остальных мирных граждан.

– Это точно. Сейчас осень сорок первого, конец октября, и голод уже начался, правда не принял таких страшных масштабов как я говорил, но вот-вот примет. Мы в этом мире задержимся почти на месяц. Предлагаю помочь жителям блокадного Ленинграда. Немцы на границе захватили множество продовольственных складов, всё подъесть вряд ли успели, захватим их обратно, я заберу продовольствие, перелетим в Ленинград, там найдём пустой склад и разгрузимся. Не хочу я встречаться с местными правителями… Хотите поучаствовать?

– Конечно хотим, – хором сообщили девчата.

– Тогда готовьтесь. Да, вас надо будет переодеть в форму советских военнослужащих. Лучше НКВД, так будет проще нам действовать. Сейчас летим вглубь тыла немцев.

– А мы где сейчас? – утонила Нина.

– Да где-то в ближнем тылу немцев под Орлом. До города тут километров двадцать.

Посмотрев на разбитые танки на поле, их было три, все советские. Два «БТ» и одна «тридцатьчетвёрка», явно повреждённая взрывом боекомплекта, башня лежала привёрнутой рядом, я достал глайдер. Низкие тучи вполне позволяли использовать этот аппарат, на километр вокруг сканер никого не засёк, свидетелей не было, и мы с девчатами полетели в немецкий тыл. Летели в облаках, а где те отсутствовали, на бреющем. Скорость велика, вряд ли кто смог бы что понять. Да и мы сами облетали крупные населённые пункты и города. Пару раз внизу лагеря военнопленных мелькали, я зафиксировал их местоположение. Уже темнеть начало, когда мы добрались до нужных мест. Меньше часа летели. А в этом мире мы под вечер оказались, перед самой темнотой. Быстро тут в это время ночь наступала.

– Оп-па, а это интересное, – вдруг сообщил я, указывая вниз. – Мост повреждён, явно диверсанты постарались, сканер советские самолёты не видит. Вон уже первые эшелоны скапливаться перед ним стали. Видите, тот длинный с цистернами? Это топливо, и оно нам пригодится. Берём.

– Всё? – удивилась Баррис.

– Да весь эшелон и берём. Надо ещё три других изучить, посмотрим, что там есть. Ну один и так понятно, тяжёлый артиллерийский дивизион перебрасывают, судя по длинным стволам пушек, из Франции. Французские те. Остальные грузы в теплушках, сканировать надо.

Для начала мы облетели все четыре эшелона и просканировали их, в одном продовольствие было, другой перевозил боеприпасы, четыре теплушки с гранатами, остальные патроны к немецким карабинам и пулемётам. Даже интересно стало. Четыре эшелона и такое разнообразие, артиллерия, топливо, продовольствие, и боеприпасы к стрелковому вооружению. В общем, я поработал «подавителем», после чего совершил посадку у третьего эшелона, и девчата разбежались. Я выдал каждой под управление по десятку дроидов, и те стали разгружать эшелоны. Да людей. Особенно с артиллерийским повозится пришлось, тут из теплушек и комфортабельных пассажирских вагонов под семьсот артиллеристов достали и уложили на поле. Когда я убедился, что все четыре ничего живого на внутри не имеют, то убрал эшелоны в свою пространственную щель. К сожалению, по размерам войдёт ещё столько же и всё, и она будет полной.

Пока мы возились, всё же два часа без малого работали, подошёл ещё один эшелон, больше не было, видимо тормознули на ближайшей узловой станции, когда прошло сообщение о повреждении моста. Тот требовал серьёзного ремонта. Мало того, что после работы диверсантов один пролёт рухнул в воду, так ещё я постарался. Даже быки уничтожил. Мост не восстанавливать, его заново отстраивать нужно. По поводу подошедшего эшелона, так он войсковой был, аж два паровоза его с натугой тащили. Целый батальон подразделения «СС», с бронетехникой. Видимо решили двумя эшелонами не отправлять, такой длинный пустили в рейс. Было три средних танка третьей серии, шесть бронеавтомобилей с антеннами связи, двенадцать «Ганамагов», три броневика с автоматическими пушками, зенитная батарея автоматических пушек на автомобильном шасси, два штабных автобуса, машина связи, с мощной радиостанцией, двадцать два мотоцикла, из которых три лёгких, видимо связных, и четыре грузовых авто «Опель-Блиц». Последних что-то мало, или следующим эшелоном придут, или на месте получат технику. Этот эшелон мы тоже приняли, только в отличии от немцев других эшелонов, которым просто раздавили манипуляторами дроидов коленные суставы, чтобы сделать их инвалидами и отправить обратно на Родину, чтобы их там лечили и тратили средства и пособия, «эсэсовцев» я уничтожил, все семь сотен человек.

А вот эшелон их забирать весь не стал, экономил места для хранения продовольствия. То есть, с помощью дроидов собрали всю амуницию и оружие батальона, и складировали в трёх теплушках, плюс в двух и так боеприпас был стрелковому оружию и бронетехнике. Забрал их, оба паровоза, и платформы с техникой. Оставшиеся теплушки и пассажирские вагоны, мои дроиды растолкали и сбросили в реку, вызвав нагромождение битого подвижного состава. Пусть ещё помучаются, очищая реку от их останков. А придётся. Если те мост восстановить заходят, что наверняка и произойдёт.

От станции уже спешила в сторону моста вооружённая мотодрезина, первую мы перехватили, там связисты с рацией были, видимо с приказом отогнать эшелоны обратно на станцию, чтобы дать пройти ремонтного поезду, но вот не сложилось. Дрезину я также прихватил, причём с рельсами, на которых та стояла. Дальше мы добрались до нужных мест и долго изучали окрестности, почти два час летали, благо ночь и сканер нам отлично помогали. Много брошенной или битой техник находили, с пяток танков, «тридцатьчетвёрок», я прибрал, с ними Барисс стала возится, используя пару технических дроидов для ремонта. Обещала через пару часов восстановить. Из-за этого пришлось достать малое грузовое судно и отправить его на орбиту, та в трюме работала, куда легко поместились все танки. А мы с остальными продолжили поиски на глайдере. Нашли два мелких явно полковых склада продовольствия, обнаружили артсклад, причём ни наших ни немцев там не было, я спустился, там под навесами всё было, и забрал, часть попорчено конечно, но использовать можно. А некоторые снаряды для танков подходили, их калибр. Потом наведались на какие-то склады, то ли корпусного то ли армейского значения. Там продовольствие было частично советского изготовления, говорю же не всё немцы подъесть успели, частично немецкого. Мы нейтрализовали охрану, и я очистил склады. Всё, пространственная щель полная. Будем работать по Ленинграду, но сначала нужно переодеться. Найдя склад с советской формой и фурнитурой, мы совершили там посадку. Форму набрали, девчата перешивать стали под себя, но фурнитура армейской была, а нужна госбезопасности. Однако и их нашли. Допросили одного офицера-интенданта и тот сообщил на каком складе он видел нужное нам. Вот так девчата стали пришивать фурнитуру, куда и что те знали, я выдал образец. Ну и про меня не забыли.

Вот насчёт документов было куда легче, я захватил с десяток высокопоставленных немцев и когда один всё же сообщил адрес школы обучения агентов Абвера, для заброски в советские тылы, остальные не знали, то посетил эту школу, уничтожил всех курсантов и преподавателей, с руководящим составом, после чего забрал сейф с липовыми документами, тут неплохой запас был. Да и советской формы тоже, включая госбезопасность. Зря мы с формой мудрили, тут тоже женская была. Дальше сам поработал и сделал себе документы на лейтенанта ГБ Александрова. Да, в школе три советских машины были, «эмка» повышенной проходимости, да два новеньких крытых грузовика «Зис-5». С трудом, но и они ушли в пространственную щель. Глядишь тоже пригодятся.

Нина перегнала глайдер к Ленинграду, а я всё это время работал. Документы всем сделал, мы теперь в одной части числились, даже штамбы на нательном белье соответствовали. Оружие вписано было в удостоверения. У меня «ТТ» и «ППД», у девчат карабины «Мосина», они простыми рядовыми бойцами были.

Прилетели мы перед самым рассветом. Погода не радовала, но полетав над городом, тучи мы не покидали, погода не лётная была для местных аппаратов, но найти пару полуразрушенных складов и убежищ смогли. Девчат уже в форме были, шинели и шапки-ушанки строго по уставу надеты, тонкие талии опоясывали ремни с подсумками, на лицах, как те не стенали, макияжа не имелось, пахли те тоже обычным хозяйственным мылом. Я не хотел проколоться на мелочах. Дальше в найденных местах, подходящих для использования в качестве складов, мы совершали посадки. Тут уже почти всё разрушено было бомбёжками и артобстрелом, били по кварталу редко, да и местных почти не было. Я заполнял помещения продовольствием, запирал двери или ворота вешая амбарный замок, мы их у немецких хозяйственников позаимствовали, ставил кого-то из девчат на охране и перебирался в другое место. Везде пришлось ремонтировал входы, восстанавливая створки или вешая новые. Почти все вновь образованные склады были в подвалах где их не смогли обвалить ни бомбёжки, ни артобстрелы. Баррис повезло охранять сразу два склада, они рядом друг с другом находились, и ворота обоих та видела, так что вполне справлялась с обязанностями. Я же убрал глайдер, и достал «эмку», прогретый мотор схватился сразу и уже при полноценном дне, было десять часов по местному времени, покатил в сторону станции метро, где и находился горком и управление городом. Штаб обороны располагался в другом месте, неподалёку.

Из-за отсутствия пропуска, меня остановили на первом же посту, документы были в порядке, машина также числилась за моим подразделением, кстати, существующим в реальности, но в списках разрешенных на проезд моей машины не было, поэтому позвонили начальству. На посту милиционеры были в основном девушки, молодые, и сильно исхудавшие. Паёк уже сейчас был сильно урезан. На меня та смотрел с лёгким налётом подозрительности и зависти. Моя округлая можно сказать отъевшаяся, по сравнению с ними, физиономия, резко констатировала с видом горожан. Сразу видно, что я в городе новенький и проблем с продуктами не имел. Так и палятся немецкие агенты тут. Узнав куда я направляюсь, попросили оставить машину, и пересадив меня в коляску служебного мотоцикла, две милиционерши сами доставили к станции. Там повторная проверка, оружие сдать не попросили, но автомат всё же в приёмной оставить пришлось. Приняли меня быстро, особенно когда я сообщил что появился тут по продовольственному вопросу. Не просителем я был, как поначалу решили, это сразу изменило ко мне отношение. Немедленно связались с начальством, и уже через десять минут пригласили в кабинет… Хм, даже не знаю кого, но в зале за длинным столом с полтора десятка сидело в полувоенной форме государственных чиновников, генерал был, и двое в форме политработников, один в форме моряка. Гражданского флота.

– Разрешите представиться, лейтенант госбезопасности Александров, а также личный посланник товарища Сталина. Сутки назад я прилетел принять должность своего погибшего предшественника, а также с посланием вам товарищи руководители. Зная бедственное положение города с продовольствием, товарищем Сталиным было принято решении передать городу, именно городу, его жителям, продовольственные склады НКВД, которые были заполнены за последние две недели. Мой предшественник, что и занимался приёмом продовольствия, а также группа бойцов охраны, погибли при прошлом артналёте. У меня осталось всего три бойца. Четыре полных под завязку склада я готов передать вам немедленно, все документы на содержимое складов, с перечнем хранимого, у меня на руках. Вот список. Мне же с бойцами сегодня ночь предписано покинуть осаждённый город. До этого момента склады должны быть переданы городу.

– Извините, лейтенант, а как же войска что защищают город? – заинтересовался один из присутствующих руководителей, в форме генерал-интенданта.

– Войскам продовольствие будет доставляться общим порядком по обычным каналам. Это продовольствие для того чтобы выжили малолетние жители города, дети. В случае смертности среди них, отвечать будет вы, а не я. Расстрелы ещё никто не отменял, товарищ… э-э-э?.. Павлов. А сейчас нужно передать приказы.

Дальше представитель секретной части изучил печати и сохранность пакета что я доставил, подтвердив, что они не тронуты, пакеты были вскрыты и на конверте поставлена подпись что письмо принято, его я себе оставил, убрав в планшетку, обычная процедура. Поработал я качественно, и вряд ли кто сразу догадается что приказы и письмо Сталина фальшивые. Также я выдал списки продуктов что хранились на складах, изучая их, один из чиновников чуть ли не захлёбываясь восторгом прокричал:

– Семнадцать тысяч тонн муки, гречка, рис, горох… О, тушёнка?! Откуда?! Да нам этого месяца на три хватит… Но позвольте, мы же не успеем до наступления ночи всё это принять, слишком много, кладовщиков не хватит.

– А это не мои проблемы, не успеете принять до ночи, склады останутся в ведомстве НКВД. Советую поторопится и прислать как можно больше работников.

– Товарищ Александров прав, – кивнул главный в кабинете, всё никак не вспомню как его зовут, а ведь встречались в прошлый раз, когда я городу помогал. Хотя тогда я в основном с моряками дела имел, а этого видел один раз, да и то эпизодически.

К счастью действовали дальше чиновники как скипидаром под хвостом намазанные, уже через десять минут мы доехали до поста, где я пересел на свою машину и в сопровождении грузовика полного милиционерами, подъехал к первому складу. Следом за нами подъехало ещё две машины с учётчиками. Там я принял рапорт Ойки, передал склад под охрану милиционеров, отправив свою дивчину в машину греться, а то шинелька ей не сильно помогала, ну и кладовщики за два часа, вдумайтесь, за два часа, приняли огромный объём склада. Ещё до того как мы закончили, треть склада успели вывезти, машины постоянно подъезжали. Тут остался тот кладовщик что теперь отвечал за склад, а мы подъехали к следующему. К Баррис, принимать два склада. Вот так до ночи всё успели сделать, даже оба грузовика городу подарили, как, впрочем, и «эмку». После этого мы покинули город, но как, местным знать не нужно. А отправились мы на орбиту. Всё же простудились девчата. И все трое, что интересно.

На борту крейсера, я сначала уложил девчат по очереди в диагностическую капсулу, чтобы выявить очаги проблем, а потом уже в лечебные и через двадцать минут те стали полностью здоровыми и даже отдохнувшими. Я больше скажу, они были полны решимости и желания поучаствовать в этой войне. Тут дело в том, что пока те на часах стояли, то на рабочих столах своих сетей изучили ту информацию по этой войне, что я им скинул. Была у меня подборка, предполагал, что могу оказаться на этой войне и запасся кинохрониками и разной информацией. Причём не только по это войне, а по всем, и книг по истории набрал. Вряд ли учебники будут соответствовать реальному положению дел, но хоть буду знать отчего отталкиваться. В общем, девчата пришли ко мне в кают-компанию, где я обед на четверых готовил, командуя дроидами-стюардами, и изъявили желании поучаствовать в этой войне. Руки как говорится чешутся.

Я взял паузу обдумать, и пока мы весело балагуря обедали, прикинул всё за и против. Откровенно скажу, что я и сам собирался поучаствовать. Месяц впереди, почему и нет? Но не так активно, как хотелось бы, как это было в прошлые разы, а более инкогнито скажем так. Так что я дал добро, будем участвовать, и мы все после обеда стали обсуждать что и как будем делать. Участвовать в войне на территории СССР или оккупированных немцами территории я сразу отказался, это уже было, поэтому решил начать войну на море. Благо американский эсминец в наличии есть, экипаж из дроидов соберём, а девчат на важные офицерские посты. Те со своими боевыми базами вполне справятся с работой операторов вооружений, ну а я капитаном. Однако есть ещё кое-что с чем нужно разобраться.

– Баррис, ты с танками закончила?

– Да. Судно ещё висит на орбите, но все танки готовы, я провела даже некоторую модернизацию, улучшив оптику, прицельные приспособления, трансмиссию и двигатели. Теперь всё прослужит куда дольше, до этого всё было отвратительного качества. Установила более лучшие приборы обзора.

– Электронику использовала?

– Нет.

– Хорошо. Тут под Москвой воюет бригада полковника Катукова, вот ему все машины и отдадим.

– Все пять? – уточнила Баррис и тут же пояснила. – Там у немцев в тылу их много, а я смогу немало танков привести в порядок.

– Ты права… – задумался я. – Подарок ему от НКВД мы сможем сделать разовый, значит сразу выдадим предельное количество танков. Батальон из «тридцатьчетвёрок» и «КВ» обоих серий. Тридцать-сорок танков общим числом, сообщим ему что у немцев наши войска их отбили, в Кубинке изучили и направляют на службу в бригаду Катукова, пусть гордятся таким доверием. А то помнится новые танки у него только в одном батальоне были, а в остальных лёгкие устаревшие. А вообще надо с сотню танков набрать, что-то передадим Катукову, что-то себе оставим, вдруг где пригодятся. Значит так, этим и займёмся, сбором металлолома в разных местах и доставкой его на орбиту. После операции «Танк в подарок», уже начнём морскую войну. Баррис какое тебе нужно техническое оснащение для подобного ремонта?

– Технических мощностей инженерного крейсера хватит, в его трюмах и на лётной палубе все танки уместятся. А сто танков восстановить мне не трудно, пару дней. Только технических и ремонтных комплексов подбросить бы побольше.

– Сделаем. Ну что девчата, за работу?

Я вызвал инженерно-ремонтное судно, куда перешла Баррис, получив всю необходимую ремонтную инфраструктуру, и пусть ей приходиться управлять дроидами прямым подключением сети, меток имевшего специальность техника у неё не было, но это не мешало той использовать комплексы и дроиды в полной мере. А мы на транспортном судне спустились над оккупированными территориями и занялись сбором техникой, благо нам уже ничего не мешало, наступила ночь. Мы смогли собрать шестнадцать «КВ-1», восемь «КВ-2», почти все из болот, сорок шесть «тридцатьчетвёрок», двадцать два «Т-28» и девять «БТ-7М». Последние дизельные. Кроме них, собрали шесть бензовозов, восемь топливозаправщиков, и четыре для перевозки дизельного топлива, три тягача и два бронированных танковых эвакуатора с поля боя. Я отбирал что пригодится танкистам Катукова. Ну и зенитная артиллерия, как же без неё. Собрал пять грузовиков с «ДШК» в кузовах, патроны к ним были, десять счетверённых «Максимов» и четыре «тридцатисемимиллиметровых» зенитки. Те что буксируемые, на сцепках. К ним «ЗИСы». Также было десять грузовиков с боеприпасами к зениткам и танкам. Всё это первым же рейсом было доставлено к Баррис, и та приступила к работе, а мы снова спустились на оккупированные территории, и банально ограбили у немцев сборный пункт трофейной техники. В принципе, мы также поступили и в первом случае. Хотя много что и просто брошенного нашли. Когда закончили с этим пунктом, то освободили пленных из двух ближайших лагерей и под видом русских диверсантов отправили тех к сборному пункту, вооружаться. Состояние у тех было откровенно плохим, многие истощены, обморожены, но форма, шинели и припасы там имелись. Там много было вооружения и техники, с боеприпасами и топливом что можно использовать, и те знали, что это можно и нужно применить. Я сообщил выявленным командирам об этом, тем более в одном из лагерей как раз командиры и содержались. Дальше уже те сами пусть идут к нашим уничтожая всё что принадлежало немцам, благо теперь и танков у тех было с десяток, артиллерия имелась, тридцать артсистем, пусть и в основном противотанковая, но было и три «трёхдюймовки», чем буксировать имелось, я там оставил шесть лёгких тягачей «Комсомолец» с полными баками, приведённых в порядок.

Так два следующие дня, а точнее ночи мы и работали, немало техники отправив к Баррис на борт ремонтного судна. Освободили без малого одиннадцать лагерей военнопленных, из них три командирских, вооружая за счёт немцев и давая шансы добраться до своих. Как я уже был в курсе, две таких моторизованных группы немцы уже полностью уничтожили и рассеяли остатки теми частями, что двигались к фронту эшелонами, но крови те им попортить успели немало. Десятки автомобильных мостов, сожжённых и уничтоженных, два железнодорожных, один из них железной конструкции, большой. Почти вся группа там легла, но охрану уничтожала и сапёры, используя снаряды и ящики с тротилом, заложив заряды рванули фермы обрушивая их в воду. Правильно командиры групп действовали, как я и приказал, максимально уничтожать дорожную инфраструктуру Вермахта, затрудняя переброску припасов и резервов. Остальные продолжали буйствовать в тылу немцев. Даже захватили крупную узловую станцию, удерживая её и уничтожая всё что там было, при этом освободив около полутысячи наших военнопленных что работали на станции. Да и по пути сами лагеря освобождали, я выдавал командирам карты с отметками где те находились, где склады у немцев или сборные пункты советского трофейного вооружения. Знали те как освободить пленных, как вооружить и самое главное, как накормить. Хорошо те по тылам немцев работали, изрядно всполошив их. Правда, воевали как-то не очень, топорно, с большими потерями, действуя также, как и кадровые войска, ударом напрямки на пушки и пулемёты, никаких фланговых обходов и ничего подобного. Спасало их разве что малое количество артиллерии в тылу немцев, танками захватывали разные селения, выбивая противника или предателей из полицаев. Последних живыми не брали. Похоже командиры групп мной не те были поставлены, потери в их отрядах мне не нравились, правда двое порадовали, эти более-менее нормально действами, хотя огрехи тоже были.

Однако на четвёртую ночь всё было подготовлено, спущено неподалёку в леске от штаба бригады Катукова, и выгружено с борта транспортника. Описывать всё что там было не вижу смысла, много техники на той опушке было, включая два склада с бочками топлива и штабелями ящиков боеприпасов. Всю северную часть заняли, едва места хватило. Среди транспорта было также две «эмки», и на одной из них, оставив двух девчат, что были в форме бойцов НКВД, на охране всей этой крытой масксетями на опушке леса техники, я в одиночку покатил к штабу Катукова. Документы себе я справные сделал, всё как полагается. Даже с отметкой разрешения пребывания в прифронтовой зоне. Смог получить настоящие документы, суточной давности и вот скопировал все отметки штаба фронта, включая метки особого отдела.

Дорога убитая была, видно, что тяжёлая техника тут часто ходила, включая танки, но я справлялся. Догнав небольшую колону грузовиков со снарядами и бочками с топливом, что за ночь не успела достигнуть пункта назначения, к сожалению, погода была лётной, вместе с ней я и добрался до околицы нужной деревни, где меня на посту и остановили. Проверили документы и описав как доехать до штаба бригады, документы у меня подозрений не вызвали, спокойно пропустили. Сам я, подъехав к нужному зданию, деревянному срубу бывшей школы, и оставив машину у такой же «эмки», только побитой пулями, и у двух мотоциклов, чуть в стороне стоял замаскированный танк «Т-26», хлопнув дверцей, придерживая планшетку, автомат я в машине оставил, подходя к крыльцу козырнул часовому у входа, после чего прошёл в здание штаба, перед этим оббивая грязь у входа. В коридоре сходу приветливо кивнул дежурному, подходя к нему, и тот поинтересовался:

– Вы к кому, товарищ лейтенант госбезопасности?

– К комбригу, доложи пополнение из боевой техники доставил, без людей. И срочно сюда начальника особого отдела бригады. У меня к нему дело есть.

– Документы, – сразу потребовал младший лейтенант, хотя видно, как того порадовала информации о пополнении бригады техникой, давно воюют, заждались уже.

Изучив удостоверение и предписание, внеся их данные в журнал, тот вернул мне документы, и поднявшись из-за стола, скрылся в соседнем помещении. Судя по шуму там и располагался штаб. Это понятно было по частой трели полевых телефонов, матеркам, отдачам приказов, специфичным говоркам радистов. Антенну над зданием я приметил. Высочил дежурный почти сразу, а за ним несколько командиров, включая самого Катукова, я его узнал легко, да и шпалы полковника на кожаной тужурке при нём были. Тот кивнул и пожав руку, приказал следовать за собой. Мы прошли в другой класс, часть парт были сдвинуты, видимо тут работал уже сам Катуков и судя по занавеске и плохо прикрытому спальному месту, и спал тут же. Кроме него было ещё несколько командиров числом четверо, одного я сразу опознал, коллега, особист и мы приветливо кивнули друг другу. Ещё один явно интендант, скорее всего зам по тылу.

– Лейтенант, конкретно, что вы доставили? – отрывисто спросил Катуков.

– Да… всё, – пожал я плечами. – Список большой. Зачитать, товарищ полковник?

– Давай, послушаем что вы там привезли, хотя мы всему пополнению рады, – тот присел на одну из парт и сложив руки на груди стал внимательно смотреть на меня.

– Товарищ полковник, прежде чем дать список по технике, разрешите пояснить откуда она взялась. Это советская техника, и пушки, и зенитки…

– О-о-о, даже во множественном числе, – хмыкнул тот, но замолчал, когда я на него покосился.

Только начштаба выдохнул с некоторой горечью:

– А зенитки нам действительно нужны. Очень.

– … Вся эта техника на начальном периоде войны была захвачена немцами у наших западных границ. Они её модернизировали, и использовали для войны с нами. В ходе боёв большую часть техники мы смогли захватить целой и вернуть себе. Постепенно по одной-две машины всё это отправлялось на Кубинку, где изучалась. К последнему времени там скопился целый батальон танков, и вот личным распоряжением товарища Сталина было решено передать этот батальон вашей бригаде. Помимо советской техники, там присутствует и трофейная. Например, четыре самоходки «штуг-три». Наше производство тоже решило выпустить самоходки на базе лёгких танков, дав им индекс «Су-76», но нет практики и тактики боевого применения самоходок. Поэтому имеется личная просьба командующего бронетанковыми войсками, накопить этот опыт использования пока трофейных самоходов в взаимодействии с танками, пехотой и боях в одиночку. Весь наработанный опыт просьба отправить в бронетанковое управление. Вот приказ.

Достав из планшетки нужные приказы, я передал их начальнику секретной части, его срочно вызвали, и тот приняв по описи, сразу вручил их начальнику штаба бригады, тот был тут же, и Катукову. А я продолжил:

– В документах есть списки техники с номерами и приказами зачислить их в штат четвертой танковой бригады.

– Да, вижу, – изучая приказы, кивнул Катуков. – А на словах можешь сообщить что именно пригнал?

– Этим не я занимался, товарищ полковник, а перегонная группа, я только сегодня утром принял технику и выехал к вам. А список я помню, сейчас перечислю. Значит так, модернизированные немцами танки «КВ-1» и «КВ-2» по десять штук, двадцать «тридцатьчетвёрок». Три «двадцатьвосьмых». Четыре «БА-десять». Это всё по советской бронетехнике. Три зенитные батареи, первая пятиорудийная из «ДШК», вторая пятиорудийная из счетверённых «Максимов» и четырехорудийная «тридцатисемимиллиметровых» пушек «ПВО-ПТО». Последняя батарея буксируемая лёгкими тягачами «Комсомолец», остальные зенитки закреплены в кузовах грузовиков, все зенитки с тройным боекомплектом. Есть противотанковая батарея из «сорокапяток» с грузовиками и снарядами, пятиорудийная батарея «трёхдюймовок», тоже с грузовиками. Штабной автобус, санитарный, радийная машина, два грузовика с продуктами и полевыми кухнями, две «эмки», включая ту на которой я приехал, шесть топливозаправщиков, с полными цистернами, десять грузовиков с боеприпасами, «летучка», два тягача, и бронированный танковый эвакуатор. Это по советской технике и вооружению, по немецкой. Четыре самоходки с боекомплектом, шесть танков модели «четыре», пять модели «три», из них один в командирской комплектации с мощной радиостанцией, шесть «Ганомагов», все с рациями, два броневика с автоматическими пушками, двадцать грузовиков «Опель-Блиц», полные топливом и снарядами. К сожалению зениток, или мотоциклов не было. Рядом со стоянкой техники развёрнуто два склада, боеприпасов и ГСМ. На месяц интенсивных боёв хватит.

Мои слова были проигнорированы, все в шоковом состоянии осмысливали услышанное, и тишину перервала не начавшаяся вдали артподготовка, звучавшая глухим рокотом, а озвученные вслух мысли начальника штаба бригады:

– У нас же нет столько экипажей на танки и остальное вооружение.

– Этот вопрос решаем, – сразу подал я голос, успев первым. – Вот приказ маршала Шапошникова, набирать бойцов и командиров из стрелковых частей. Там ведь немало прижилось танкистов, артиллеристов или зенитчиков. С этим приказом вы быстро наберете сколько нужно людей.

– Да, бумага сильная, – изучая приказ, подтвердил Катуков.

Я же решил поторопить того:

– Товарищ полковник, у меня на охране всей этой техники всего два бойца, больше не смогли выделить, да и то не самые надёжные.

– Тыловики? – удивился тот.

– Нет, девушки. Никого другого под рукой не было. Поторопится бы.

Полковник сразу стал отдавать приказы, и командиры заработали, шум стоял знатный, забегали одни, выбегали другие, круговорот штабной работы, а я отозвал особиста, пожав тому руку и доставая карту пояснил, расстилая её на свободной парте:

– Тут меня на дороге парочка немецких диверсантов пыталась взять, думали если я один, справятся играючи. Сам я из осназа, если что. Оба в нашей форме были, госбезопасности. Опустим подробности как они меня пытались остановить и скрутить, перейдём к моменту допроса. Оба подранены были, не жалел, так что допрашивал я их жёстко, и допрос этот те не пережили. Они из диверсионной группы под командованием обер-лейтенант Губера, в прошлом тот был лейтенантом Красной Армии, командиром мотоциклетной роты Скрипалём. Попал в плен в первые дни войны под Владимир-Волынском, сразу пошёл на сотрудничество с немцами, это у него шестой заброс, немало поработали те на наших дорогах, перехватывая или обстреливая колонны, убивая военнослужащих. Это его группа вырезала медсанбат под Житомиром. Группу желательно уничтожить, диверсанты, как информаторы они не особо интересны. Вот данные их связника, там и радист должен быть, у группы рации и радиста нет, сама группа в восемнадцать голов, находится тут в заброшенной избушке лесничего. Тут и тут установлены на подходе противопехотные мины. Подготовлены пути отхода по оврагу и кромке этого болотца, оно проходимо. Прежде чем их брать, на всякий случай нужно перерезать эти направления пулемётными засадами. Ну вот и всё, что знал то и выдал. Работай сам, начальство информируй, эта специфика не моё направление, а ваше. Кстати, карта диверсантов, забирай её тоже. Их оружие в моей машине, прикажи забрать, там два автомат, два пистолета и два сидора, только мой автомат не трогайте, он на переднем сиденье.

По поводу диверсантов я не врал, знал о них и перед рассветом перехватил тех двоих, документы их я так же достал из планшетки и передал особисту, сообщив где спрятал тела обоих. Мол если информация пойдёт об убийстве двух военнослужащих госбезопасности в том районе, пусть не дёргается, это немецкие диверсанты.

– Понял, – быстро переписывая информацию из моего блокнота в свой, кивнул тот. Карту в свою планшетку он уже убрал.

Тут меня отвлёк начштаба, попросив показать на штабной карте где находится стоянка техники и склады. Я показал:

– Вот тут на северной опушке этой рощи в пяти километрах от нас. Только направлять туда людей без меня не советую. Девчата запуганы диверсантами и не увидев меня среди первой группы, откроют огонь. У них инструкция такая, мной же данная. Одна в качестве патруля обходит стоянку, а вторая в танке сидит. Я её в «двойку» посадил, показав как башню поворачивать, и как из пулемётов стрелять. Замечу, пулемёты приведены к бою.

– Мудришь, – протянул тот, покачав головой. – Мы уже смогли выделить четыре грузовика из разгруженной колонны, сейчас всех безлошадных танкистов собираем, из санроты несколько легкораненых отбираем. На роту за эти десять минут собрать сможем, кого-то из ремроты. Остальных действительно сбору по сосенке отбирать придётся. Через пять минут выезжаем.

– Есть, – козырнул я.

Через пять минут мы действительно выехали автоколонной под охраной того лёгкого танка. Катуков ко мне в машину сел, как и зам по тылу, и зам по ремонту повреждённой техники, оттого старым машинным маслом несло и бензином. Покинув село, мы направились к роще. При этом внимательно наблюдая за небом. Но по счастью в прямой видимости немецких самолётов так ни разу и не было замечено, как, впрочем, и наших. Изредка буксуя в лужах, к счастью ни разу не застряв, мы объехали рощу и подкатили к стоянке. Катуков сходу заинтересовался тем что за масксети такие, вот я управляя машиной и пояснил:

– Экспериментальные, весна-осень. Они также по спискам проходят как ваше будущее имущество.

– Отлично, средства маскировки нам просто необходимы.

Мы как раз подъехали, не глуша двигатель, я покинул машину и крикнул:

– Часовой, ко мне!

Из-за танка выбежал Ойка, Нина сидела в танке, а Боррис вообще не было, она на крейсере продолжила восстановление техники, и отрубив положенных три печатных шага, та доложилась что у неё всё без происшествий. Так что обоих девчат я отправил греться в машину, командиры её уже покинули, а сам с Катуковым стал по спискам проверять технику. Шла обычная процедура передачи. Пара механиков что шли за нами, вскрывали люки своими ключами, а танки были заперты, и запускали двигатели. В общем, всё было проверено, немецкую технику приняли и так, на глаз. Полторы сотни танкистов, несколько пехотинцев и десяток зенитчиков из зенитного дивизиона бригады, у которого в штате осталась всего одна зенитка, принимали технику. Зенитчики нашу колонну на полпути догнали, вместе с командиром дивизиона. И тот теперь довольный и счастливый принимал технику и для своего подразделения. Кто радовался тягачам и эвакуатору, кто штабным машинам и радиостанции, кто грузовикам и танкам, но кухням были рады все. Оказалось, это большая проблема в частях. В бригаде благодаря мне её решили, а то на четыре батальона всего одна кухня осталась.

Как я понял, услышал из разговоров командиров, большая часть техники пойдёт для пополнения штатов второго танкового батальона, однако это теперь уже дело самих танкистов, так что стали прощаться. Меня даже обняли на прощание, а Катуков и по спине похлопал, искреннее благодаря за доставку такого подарка. А Сталина он сегодня же вечером поблагодарит, благо у них запланирован разговор на это время. Я же перед уходом подарил комбригу свой «ППД» с запасным диском в чехле, и всё, мы с девчатами скрылись в лесу, уйдя на другую сторону рощи. Там я вызвал скоростной флаер, и мы на максимально скорости отлетев в сторону на бреющем, и нырнув в облака, они тут были, поднявшись на орбиту, направились к Баррис на другую сторону Луны. Та уже оказалось всё закончила, отремонтировала, восстановила и даже модернизировала, так что забрав её и убрав крейсер в Схрон, я с девчатами полетал на Атлантику, надо подобрать подходящий островок, заняться эсминцем, подготавливая команду, ну и можно повеселится.

Остров подходящий, и даже пустынный, с удобной бухтой, мы вскоре нашли, на одной широте с Португалией, в нескольких сот километров от её берегов. Там я достал эсминец, и мы прошли на его борт. Передовым делом поставили боевой корабль на якорь, а то тот дрейфовал, я запустил силовую установку и генераторы чтобы было электричество, тут всё в норме, всё работало. Девчата в рубке и операторской обустраивались, в центре управления вооружением, а я, достав пятьдесят дроидов, а также неплохой искин, стал устанавливать последний, он и будет управлять командой, я собирался заняться написанием программ для этого. Думаю, полутора сотен дроидов на всё про всё нам хватит. Поработаем, а то я уже настроился. И да, одному техническому дроиду я приказал убрать прошлое название на борту, и нанести другое наименование, а именно «Герой Советского Союза адмирал Кузнецов». Ну и будет сшит Андреевский военно-морской флаг.