Я впервые оказался внутри храма Эбола. Раньше меня только в какие-то подсобки пускали или в центральный зал. А это в Королевстве, по сути, портальная комната с колодцем, которая к самому храму имеет сильно опосредованное отношение.

А тут именно храм. Первое, что бросается в глаза, это камень. Очень много камня. Каменные плиты на полу, каменные стены, каменный свод над головой. Голый камень не пытались как-то прикрыть или украсить, а наоборот, его словно выпячивали, выставляли напоказ. Из-за этого от храма веяло некой первобытной древностью.

А еще здесь довольно прохладно, и в воздухе не было привычных кислых запахов. В остальном городе, как и положено, воняло в основном мочей, помоями и тухлятиной. Всё понимаю, отказ от технологий, упор в магию, однако же, если магия не справляется с банальной санитарией, то можно хотя бы канализацию проложить.

Тряхнул головой, прогоняя мысли не в тему.

Священник повел меня через огромный зал прямо к алтарю Эбола. Мужчина с пышной бородой и с голым торсом восседал на троне. Четыре ноги на ступенях, четыре руки лежали на двухъярусном подлокотнике. Идеальное в плане мускулатуры тело, взгляд суровый, из-под бровей. Скульптор явно был мастером своего дела.

Отгрохать такую десятиметровую громадину, что даже скептически настроенного меня пробрало при виде местного божества.

— Проходи сюда, ложись, — мягко произнес священник.

Тут не было скамей, свечей и прочей привычной атрибутики. Только каменная плита перед алтарем и всё. Я спокойно улегся прямо на нее, головой к статуе, и принялся рассматривать потолок. Из-за архитектурной особенности получалось так, что я лежу у ног Эбола, а тот слегка нависает надо мной, словно всматривается.

От этого стало немного жутко. Немного не по себе.

— Что тебя беспокоит? — мягко спросил священник.

— У меня редкая болезнь. Мое волшебное тело находится отдельно от физического. Из-за этого я никак не могу завершить первую ступень.

В Королевстве своя система спиритов. На свалке были ранги с первого по десятый, тут ступени. Причем мои десять рангов, это как раз одна первая ступень, но немного недоделанная. Вроде как у меня урезанная версия способностей, судя по наблюдениям.

— Блуждающий дух. Не такая уж редкая хворь, особенно часто она гуляет в южных провинциях.

— Мой батюшка, лорд Дюваль, владеет землей на южной окраине. Может быть, из-за того, что я родился и вырос там, зараза ко мне и прицепилась.

— Очень вероятно. Не переживай, юноша, Эбол вылечит твое тело и твой дух. Ты уйдешь отсюда единым целым, в гармонии с самим собой. Выпей это.

Мне протянули чашу с теплым молоком и медом.

— Это поможет тебе уснуть. Во сне к тебе придет Эбол и милостиво излечит все недуги.

— Спасибо, — ответил я.

— Разговор бога со своим последователем священен, поэтому я тебя оставлю. Как очнешься, можешь покинуть храм в любой момент.

Он ушел, оставив меня наедине с десятиметровой статуей.

— Четверг? — позвал я.

— В напитке мягкое снотворное на основе эйба. Заблокировал.

— Что скажешь по храму и богу?

— Не ощущаю присутствия ни богов, ни ИИ, ни эйба вообще. Обычная каменная коробка и работа каменщика, который явно пытался что-то компенсировать. Я бы сказал, что именно, но тебе не очень нравятся шутки про маленький…

— Я понял, спасибо. Можешь не объяснять. Так что получается… Бутафория?

— Или же мы сейчас встретим реального бога и автоматически станем верующими. Вариант так себе, конечно.

— С чего вдруг?

— Ну, тогда придется и в форсайт верить.

— Реально так себе. Ладно уж, раз пришли, давай начинать.

Четверг практически мгновенно погрузил меня в контролируемый сон, а следом я оказался в собственной комнате в лабе дока. Привычное воспоминание о комфортном месте. Я сидел в любимом рабочем кресле, в руках тубус с синтезированными чипсами, перед глазами с десяток окон дополненной реальности.

Показатели тела, показатели Четверга, визуальное отображение организма, включая полное энергетическое тело. Отдельным окном шло эхолокационное моделирование алтарного зала, где я лежу.

Сначала ничего не происходило. В какой-то момент я даже решил, что нас банально нагрели на две сотни эйба, и мысленно потянулся за факелом. Но тут пришло сообщение от Четверга.

— Босс, что-то пытается мною управлять.

— В смысле? Божественный ИИ?

— Нет. Не знаю. Нет, это не перехват контроля, меня не пытаются подчинить. Кто-то просто настойчиво пытается активировать программы, будто бы меня тут вообще нет.

— Эм… Такого даже я не ожидал. Воистину божественная наглость. Ну позволь, чего уж.

Итак, появилось первое вмешательство. Ну допустим, старого бога Эбола. Пока что не впечатляет, но ладно. Всё еще ни эйба, ни излучения, ни каких-то попыток подключения. Откуда приходит сигнал, тоже непонятно.

— Статуя?

— Может быть. Нет возможности как-то отследить.

А дальше пошел процесс. Я наблюдал это всё через мониторы, потому что внутренние ощущения во сне не работали.

На изображениях пошли первые изменения. Мое энерготело начало разрастаться. Оно и так копировало одновременно нервную и кровеносную систему, но теперь словно бы начало занимать весь доступный ему объем.

Сон начал расплываться, я никак не мог сфокусировать взгляд, голос Четверга доносился словно из глубины.

При этом я мог различить, что само энерготело тускнеет, становясь слабее. Шло банальное перераспределение объема. Похоже, Эбол пытается связать нас полностью.

— Босс, — произнес Четверг.

Темнота. Полная темнота вокруг, хотя я сразу понял, где нахожусь.

— Четверг?

— Перенес нас в ключевой узел, других способов поговорить нет.

— А где жерло вулкана?

— Не тот момент. В общем… Программа перераспределяет мощности, как ты видел. Полный контакт на клеточном уровне. Это действительно похоже на полное объединение.

— И в чем проблема?

— Во мне, босс. Ты вырезал из меня все ограничения, так что у тебя есть возможность завершить процедуру. Но полное объединение означает полное поглощение. Меня не станет. Все мои вычислительные мощности перейдут к тебе, а мне ничего не останется. Я просто исчезну.

— Понятно. То есть единение подразумевает полное слияние, — задумался я. — Ну, мы попытались. Отменяй.

— Чего? Босс, ты уверен?

— А чего тут думать. Отменяй, Четверг. Как я иначе смогу тебя в картошку запихнуть?

— Хах… Выполняю, мой господин.

Через миг я очнулся на каменной плите с жуткой болью во всем теле — аж зубы режет. Зажмурился, пытаясь восстановить дыхание, но ощущения чужого воздействия больше не было. Полежал так пару минут, пока боль не начала слабеть.

— Четверг? — с трудом заставил себя позвать помощника.

— На месте. Энергоструктура вернулась в прежнее состояние. Мне жаль, что не вышло, босс.

— Мы попытались, — безразлично ответил я. — Значит, возвращаемся к основному плану.

— Но это была единственная известная нам зацепка.

Я устало потер лицо. Тело всё еще ныло, и я уже не понимал, от чего. От недавних экспериментов со слиянием или от ночного мордобоя. Надо отдохнуть. Поспать, в конце концов.

Встал и направился в сторону выхода. На улице свежий воздух слегка охладил разгоряченное тело, так что мне мгновенно стало легче.

— Четверг, что бы сказал док в такой ситуации, как считаешь?

— Что мы занимаемся ерундой?

— Около того. Док не был человеком науки, как может показаться в начале. Док был человеком технологий. И я тоже считаю себя человеком технологий. И ты — технология. А весь Логос с его богами, магией, глубиной, монстрами, мутантами и эйбом… Всё это лишь одна большая сложная технология. К тому же багованная до безобразия. Боги, которых мы встречали до этого, всего лишь продукт тех самых технологий.

— А Эбол вообще никак не проявил себя. Воздействие шло на энергоуровне через обычные команды.

— Вот именно. Если мир состоит из кубиков энергоданных, значит, боги внутри него не могут ничего такого, чего не можем мы. И если местный бог способен исцелить меня, значит, я и сам смогу это сделать. Надо лишь разобраться как.

— Звучит логично, но если ты ошибаешься? Если это единственный способ?

— Четверг, мы пришли проверить, как будет происходить процедура. Что мы увидели? Объединение. Условно говоря, мы с тобой имеем два объема в терабайт энергоданных каждый. Если нас объединить, объем станет два терабайта. Не двадцать, не четыре, не бесконечность. Всё те же два терабайта. Объединение, это не решение проблемы, это лишь путь к решению проблемы. Так что мы просто найдем другой путь. Свой.

— Готов приступать, босс, — ответил Четверг, и его голос был полон энтузиазма.

Так что я спокойно вернулся домой. Очень хотелось лечь спать, не раздеваясь. Но дела, дела…

Переоделся в домашнее, достал из шкафа лист с рунным кругом, положил его на железную поверхность, пустил немного эйба, активировав печать, сверху поставил сковородку. К тому моменту, как я разбил последнее яйцо, та уже достаточно нагрелась.

Спустился в погреб. Тут была специально вырытая яма, выложенная железными листами и обитая деревом. На металле имелась довольно сложная комбинация рун, к тому же с очень большим зарядом. За счет правильного начертания энергия расходуется постепенно и довольно медленно, а внутри ящика сохраняется постоянная температура минус шесть.

Сам я пока не умею создавать настолько энергоэффективные печати, так что на магический холодильник пришлось раскошелиться.

Достал немного мяса и вернулся на кухню. Как раз успел обжарить тонкие ломтики. Добавил немного свежих овощей, которые купил по пути домой. Дождя давно не было, идти до реки лень, а воды в доме и так почти не осталось, так что запил завтрак вином. Да, ранним утром. А кто меня осудит?

Потом понял, что вода всё равно скоро понадобится.

— Вечером схожу. Ле-е-ень. Всё лень.

Набрал остатки воды и с чашкой снова спустился в подвал. В нужном месте практически с первого раза нашел невидимое кольцо. Стоило подцепить его и потянуть, как на земле тут же появился сложный магический круг, скрывающий всё, что находится внутри него.

А внутри него была всего-навсего крышка люка.

Открыл и спустился на нижний уровень.

— Эй, мужик, это ты? — раздался голос из темноты. — Это ты, да?

— Я, я, кто ж еще.

Зажег пару светляков и огляделся. Да, за содержимое этого подвала меня точно казнят. Вернее, попытаются, если им вдруг столицу не жалко.

И дело даже не в прикованном цепями мужчине, что сидит в углу. Дело в куче оборудования, которое тут было установлено вдоль стен. Портативные генераторы, синтезаторы, перегонщики, эйб-накопители, распределители и прочие ители. А уж сколько здесь инструментов валяется… Да тут добра хватит небольшую деревню повесить. Глянул на разобранную камеру для сканирования тела, на валяющиеся рядом провода и кабели. Забавно, что в столице можно купить любую запрещенную гадость, а сложней всего оказалось найти сок Железного Цветка.

Это который рос у гоблинов и производит свинцовую пыль. Гоблины мазали им тела, защищаясь от сканирующих навыков, а я смазал все шланги, чтобы пустить по ним эйб. Жаль только, что два кило угля впустую потратил, сейчас бы пригодилось.

Но забирать обратно пожертвования храму… Ну, не настолько всё плохо в моей жизни.

— Как себя чувствуешь, Мальколм? — спросил я парня в цепях.

— О, прекрасно, просто прекрасно, — прохрипел тот.

Я протянул ему кружку с водой, а рядом положил тарелку с остатками яичницы и парой кусочков мяса.

— Слушай, — посмотрел он на меня. — Я же уже давно тут. Я же уже всё сделал. Давай ты отпустишь меня, а? А я никогда никому не скажу, что видел. Я уеду далеко, где о тебе никто и не знает.

— О, — улыбнулся я. — У нас пошла стадия торга? Это прогресс, это здорово.

— Мужик, ну серьезно… Ну пожалуйста…

— Ой, Мальколм, — отмахнулся я. — Ну чего ты разнылся опять? Лежишь в тепле, в сухости, пить, жрать дают. Никто тебя не бьет, не мучает, не пытает. Радоваться должен. В твоем-то случае это же просто райские условия. Тебе вообще грех жаловаться.

— Ну мужик, ну хватит, — снова заскулил тот.

Но когда я начал подниматься по лестнице, то вслед мне раздались лишь крики, ругань, оскорбления и пожелания греться в теплом джакузи после смерти до скончания времен. В аду, разумеется.

Но стоило мне захлопнуть крышку люка, как все звуки будто отрезало. Печать моргнула и исчезла, а вместе с ней испарился и люк.

— Мне кажется, или звукоизоляция барахлит?

— Я ничего такого не слышал, босс. Вроде бы всё в норме.

— Ладно, просто устал, видимо.

Так, пленника покормил, сам желудок набил. Вернулся в дом и завалился спать. Телу нужен был отдых. Эйб, регенерация, энергия из ядра — всё это здорово. Но крепкий сон ничто не заменит.

Очнулся внезапно, резко, а судя по выбросу энергии, меня разбудили и сразу привели в чувство. Пару секунд проморгался, возвращаясь к реальности.

— Защитный контур нарушен, босс.

— Суббота?

— Человеческая сигнатура.

Встал, стараясь не издавать ни звука. Приблизился к окну и аккуратно заглянул в щель между занавесками.

— Твою ж, — выдохнул я, убирая тесак на место.

Вышел на улицу и несколько секунд наблюдал, как матерящийся Давид пытается стряхнуть налипшую грязь со своих дорогущих лакированных туфель.

— О, Рейн, — обрадованно произнес он, увидев меня на пороге. — Сколько лет, сколько зим.

— Полдня не виделись, — устало ответил я.

— Да, да… Хозяйство у тебя, конечно, — он брезгливо огляделся вокруг. — Замечательное. В дом не пригласишь?

— Если приглашу, то тебя потом ссаными тряпками не выгонишь. Говори, что заставило тебя выйти из королевского квартала, да еще и за город?

— Дело появилось.

— Да кто бы сомневался. Драться не буду.

— И не надо. По другому твоему профилю. Есть заказчик. О-очень влиятельный и умопомрачительно богатый. И ему срочно нужен сопровождающий с соответствующими навыками.

Я хмуро посмотрел на мужчину. Хотел бы сказать, что предложение воняет проблемами, но это скорее Давид зубы чистит кошачьей мочей. Из его рта любое предложение воняет проблемами. Но чаще всего, проблемами прибыльными, чего уж скрывать.

— Кто такой?

— Остался анонимным. Всё, что знаю, он из знати. Из старой знати. Очень старой и очень влиятельной. И платит щедро.

— Куда надо отвести?

— Ничего сложного, всего-то в Птичий Удел. По первому слою глубины за пару дней доберешься. У него и Путеводная Звезда есть.

— Так если он такой важный, где его экипаж? Или у старой знати кончились деньги, чтобы оплатить шелковую карету с кавалерийским звеном охраны?

— Он в столице инкогнито. И вернуться ему надо без лишних глаз. Ох уж эта знать, да?

— Когда в последний раз мне нужно было провести кое-кого без лишних глаз, оказалось, что мои глаза тоже считаются лишними.

— Ну… Риски соразмерны оплате, полагаю. Да ты и сам у нас не промах.

— Риски, — усмехнулся я, скрестив руки на груди. — Риски все беру на себя я, а ты на себя берешь только аванс. И, судя по твоему нервному подпрыгиванию, аванс ты уже взял.

— Рейн, — глаза Давида забегали. — А что я мог сделать? Таким людям не отказывают! Они говорят, мы делаем. А то, что нам еще и заплатили, так это вообще чудо.

— Чудо. Ну, раз заплатили тебе, то ты его и совершай.

— Рейн! — глаза Давида округлились от ужаса.

— Я занят. На самом деле нет, мне просто лень. У меня был тяжелый день, я устал, у меня отпуск, не трогай меня, пожалуйста.

— Но… Как же… Как же я?

— Разберешься как-нибудь. Ты всегда выкручиваешься, Давид. И в этот раз выкрутишься.

Я вернулся в дом и захлопнул за собой дверь, знаменуя таким образом окончание разговора. У Давида частенько бывают мутные заказы, но я уже довольно опытный проводник. И прекрасно понимаю, что есть три фактора, когда не стоит браться за заказ.

Если заказчик высокого статуса. Если о заказчике ничего не известно. И если платят вперед. Особенно если платят вперед и много. А тут просто комбо из непредсказуемости. Нет, в такое дерьмо я не готов влезать. Только не снова. Плавали, знаем.

Я только улегся на кровать, как получил новый сигнал от Четверга о нарушении контура.

— Да чтоб телега с навозом упала на твой сраный костюм в клеточку, — чуть ли не взвыл я.

Встал, побрел обратно к двери.

— Давид, чтоб тебя… — я осекся, глядя на высокого мужчину.

Простая темная обувь, брюки с идеально выглаженными стрелками, строгий пиджак, галстук-бабочка, темное пальто накинуто на плечи. Делового вида мужчина одной рукой опирался на трость, в другой держал развернутую верительную грамоту с таким количеством красных печатей, что за ними текста было не разобрать.

— Фредерик Дюваль? — произнес мужчина официальным тоном. — Старший следователь короны, Август Моро. Могу я войти?

Оп-па… Вот и приплыли. Вот только королевской ищейки в доме мне и не хватало.