– Извини. Мне очень жаль.

– Все в порядке. Я понимаю.

– Просто… сейчас неподходящее время. – Джетт потер ладонью лоб. – И я в любом случае скоро уезжаю. Я сразу сказал, что хочу чего-то легкого. – Он посмотрел ей в глаза.

– Я понимаю.

– Ты постоянно это говоришь, но, по-моему, не понимаешь. Мне очень жаль.

– Эй. – Она положила руки ему на плечи. Ее прикосновение успокаивало, расслабляло, а не пронзало, словно электрический разряд, когда обнимающий вонзает нож тебе в живот. – Тебе не нужно извиняться.

– Нужно. Если честно, мне не стоило приглашать тебя на свидание, зная, что я скоро уезжаю из Бинди-Бинди.

И в каком-то смысле я, наверно, пригласил тебя, рассчитывая, что Нелла узнает и вернется. Пусть даже только для того, чтобы накричать.

– Джетт, можно я спрошу тебя кое о чем?

– Конечно.

Им приходилось общаться шепотом, потому что в соседней комнате спала Ариана. Дейзи взялась присматривать за ней, пока та отсыпалась после недомогания, но Джетт больше не мог тянуть с этим разговором. И то ошеломляющее открытие, которое они сделали на острове Сан-Джулио, лишь укрепило его решимость не откладывать дело в долгий ящик.

– Это из-за Неллы?

– Что? – А еще быстрее ответить не мог, придурок?

– Между вами… что-то есть?

– Что? Между мной и Неллой? – Он засмеялся. Немного истерично. Дейзи смотрела на него. – Да ладно, Дейз. Шофер и Антонелла Барбарани? Думаешь, я настолько глуп, чтобы тешить себя такими нелепыми фантазиями?

– Так ты признаешь, что это фантазия?

– В том смысле, что ничего такого и быть не может. Ни в каком измерении.

– Но я вижу, как ты на нее смотришь.

– Я… Что?.. Я не…

– Ты никогда не думал, что, возможно, она чувствует то же самое?

– То же, что чувствую и я? Уверен, что да. Потому что мое отношение к ней – чисто профессиональное, точно такое же, как к Тому и Луке. Конечно, это может перерасти в дружбу… по крайней мере так бывало. Уверен, Нелла относится ко мне точно так же.

– Она заслуживает счастья. – Дейзи улыбнулась – не печально, а искренне. – Нелла дала мне шанс, хотя и не была обязана. Претендентов на должность помощника юриста с оценками получше и опытом побольше, чем у меня, хватало с избытком, но она выбрала меня, потому что я выросла в провинции и жила с матерью-одиночкой на пособие. Мне нужно было себя проявить. Она сказала, что я постараюсь показать себя, стану работать вдвое усерднее и не отступлю, если придется трудно.

– Должно быть, ты напомнила Нелле ее саму, – не подумав, сказал Джетт.

– Хотела бы я быть хотя бы наполовину такой… невероятной, как она.

– Ты уже невероятная.

Она сдержанно улыбнулась.

– Может быть. Но я не она.

Джетт вздохнул.

– Что бы я ни говорил, чтобы убедить тебя в обратном, ты все равно будешь тянуть за эту ниточку, да?

Она улыбнулась.

– Ты ошибаешься, – сказал он.

Дейзи смотрела на Джетта с каким-то странным выражением, которое он не мог расшифровать. Потом кивнула в сторону двери.

– Надо посмотреть, не захлебнулась ли Ариана собственной рвотой. Хотя это решило бы одну из проблем Неллы.

Джетт тоже кивнул и вышел. Он всегда знал, когда наступает время уходить.

Слух молодых матерей обостряется настолько, что они слышат писк своих новорожденных; они слышат децибелы, которые обычные уши уловить не могут – это что-то вроде эволюционного механизма. Вот и слух Джетта был настроен на малейший звук двигателя. И сейчас, пока он пытался уснуть на комковатой гостиничной подушке, он уловил характерный рев двигателя «Ламборгини Эспада» выпуска 1973 года.

Времени собраться не было, и он вылетел из отеля на обледенелую мощеную улочку без рубашки и босиком.

Ноги взвыли от холода. Джетт завернул за угол в темный переулок, на который выходили окна его номера. «Эспада» все еще была там, и фары ослепили его.

– Эй! Эй! – Он ударил ладонью по капоту и распахнул дверцу, готовясь выбросить из машины и прижать к земле какого-нибудь хулиганистого подростка. – А ну-ка брысь из моей… Нелла?