К ужину стражники явились тем же составом, но с куда более кислыми лицами. Тарелки с пловом опять были дружно проигнорированы, компот и хлеб пошли на ура. Выходя из таверны, посетители странно косились на Зою, но молчали. Что их останавливало от высказывания претензий, Зоя не поняла, но первой заговаривать просто-напросто побоялась. Их вон какая толпа, пришибут еще ненароком в душевном порыве. Молнией от них не отмашешься, а из Бублика охранник тот еще. Если только им в кого-нибудь кинуть.

Выбрасывать плов было жалко до слез, но не оставлять же его было на ночь в тарелках. Итак с обеда до вечера простоял. Накрытый заклинанием, правда, но тем не менее. В казане еще оставалось достаточно плова, чтобы кормить всю эту толпу дня два, и Зоя упрямо решила не готовить ничего другого. Или начнут есть с голодухи, или кто-нибудь словами объяснит, что именно им не понравилось.

Без аппетита поужинав, Зоя вымыла посуду и поплелась в спальню. Бублик, предатель, с ней не пошел, сделав выбор в пользу лежанки возле теплой кухонной печи. Это тоже было очень обидно, Зоя немножко поплакала в подушку, да так и заснула, прижавшись щекой к мокрой наволочке.

Разбудил ее все тот же еженощный звук. Длинный, вызывающий мороз по коже, скрип. Шуршание, словно по засыпанному щебенкой двору тащат чье-то тело. И равномерное деревянное постукивание.

– Еще меня всякие дятлы не пугали! – разозлилась Зоя, натянула платье и тихо спустилась на кухню.

Бублик спал, не обращая внимания ни на какие посторонние звуки. Дотлевало в печке последнее полено, бросая на стены зловещие алые отблески. Постукивание стало отчетливее, и к нему добавилось негромкое монотонное бормотание. Снова раздался протяжный скрежет, Зоя глубоко вдохнула, сосредоточилась, и вот уже на кончиках ее пальцев заплясал комок поблескивающих молний. Что бы там ни происходило – сейчас им всем мало не покажется!

Распахнув дверь, Зоя отчаянным жестом выбросила во двор горсть светящихся шаров. Возле поленницы заметалась темная фигура, Зоя прицелилась было, чтобы шарахнуть туда молнией, и опустила руку, опознав посетителя.

– Заблудился? – холодно спросила она, усилием воли гася боевое заклинание.

– Я тут это… Ну…

– Гулял, – подсказала Зоя.

– Точно, – кивнул Любомир. – Погода хорошая, я из патруля вернулся и сразу гулять. Иду, пейзажем любуюсь, воздухом дышу. Тут ты выскочила и давай светить. Случилось что-то?

– А тачку ты всегда с собой берешь, когда гуляешь?

– Конечно! – горячо заверил ее Любомир. – Кто ж без тачки гулять ходит! Вдруг опасность какая, так я тачку брошу и как побегу налегке!

– Забирай ее и проваливай, – прошипела Зоя. – И дрова свои забери, не нужно мне от тебя ничего.

– Они не подписаны, лежат в твоей поленнице, значит, твои, – ухмыльнулся Любомир. – Давай, докажи, что это не так!

– Надоело мне все, – устало сообщила ему Зоя, зашла в таверну и захлопнула дверь. Нет, ну он нормальный вообще? То орет и ядом плюется, то дрова в поленницу подбрасывает. Третью ночь подряд. И плащ еще этот… И ресницы у него такие длинные и пушистые… Тьфу ты!

Зоя застонала и легонько приложилась лбом о дверной косяк. Во дворе снова заскрипело. Интересно, а как он прошел с тачкой в запертую калитку? Не на руках же через забор перетаскивал.

С трудом подавив желание выйти и посмотреть, как Любомир будет покидать территорию, Зоя решила, что лучшее средство успокоить нервы – это ночной перекус. Бублик, разбуженный ее передвижениями по кухне, с этим полностью согласился. Псу досталась миска фруктов из компота, Зоя поела плова, потом они с Бубликом долго пили чай и ругали Любомира, стражников, старосту, дрова и рыбу. Точнее, ругала Зоя, а Бублик внимательно слушал, поднимал торчком то одно, то второе ухо, а временами согласно тявкал. В результате, когда Зоя поднялась наверх, чтобы выспаться перед очередным тяжелым днем, оказалось, что серость за окнами уже наливается рассветной розовой мутью. Нужно было растапливать печь, резать хлеб, мыть помидоры и ждать очередного визита охамевших стражников.

День обещал быть ненастным. Солнце так и не появилось, по низкому небу плыли рваные серые облака. В воздухе висела противная воздушная пыль, слишком крупная, чтобы называться туманом, но неспособная пролиться дождем. На заборе, мокрая и жалкая, примостилась серая ворона, похожая на Любомира в телогрейке. Наглая птица противно каркала и зорко оглядывала двор: не удастся ли схватить кусочек чего-нибудь съестного?

Пульнув в ворону маленькой молнией, Зоя проследила как та, тяжело взмахивая крыльями, перелетела на соседний забор, и проворчала:

– К старосте лети, у него жратвы навалом. А у меня только плов.

Из двери таверны выбежал Бублик, покрутился, понюхал замерзшую лужицу и быстро ретировался назад к печке. Зоя, нагрузившись дровами, последовала за ним. Нехорошо как-то ночью вышло. Если Любомир придет на завтрак, нужно будет его поблагодарить. И за плащ тоже.

Любомир снова не появился, как и Мартин. К завтраку явились всего-то трое стражников, обозрели тарелки с пловом и вышли, не прощаясь. Зоя шепотом выругалась им вслед, убрала со стола и пошла за учебником по защитной магии. Если удастся совладать с заклинанием, оповещающим, что пришли посетители, можно будет поспать до обеда.

Защитная магия действительно оказалась куда сложнее бытовой. Зоя долго вникала в схему, пытаясь понять, как именно нужно выписывать рукой непрерывную петлю вертикальной квадратной формы, с петлями в каждом из четырех углов. Немного потренировавшись, она попыталась совместить жест с магическим посылом, но ее подвело богатое воображение. При слове «посетитель» перед глазами как живая появлялась Даянка с луком и рыбой, Зоя занервничала и лишилась еще одного стула.

Внимательно наблюдавший за ней Бублик сочувственно вздохнул, притащил из-за стойки улетевший туда обломок спинки, а потом гавкнул и уселся у двери.

– Хочешь сказать, ты посторожишь? – с сомнением спросила Зоя.

Бублик снова тявкнул, уселся по стойке смирно и принялся сверлить глазами двор. Зоя хмыкнула, потрепала пса по спине, велела будить ее, если что, и ушла в спальню.

Промаялась она часа три, то засыпая, то просыпаясь, прислушиваясь к звукам со двора и карканью вороны. В очередной раз открыв глаза, Зоя сдалась, оделась и спустилась в таверну. В зале было безлюдно, Бублик все так же сидел у двери. На улице моросил мелкий дождик.

В такую погоду лучше всего было бы сесть у теплой печки и выпить чаю, но тут распахнулась калитка и во двор, задыхаясь, вбежала промокшая Даянка.

– Госпожа магичка! Доброго здоровьичка вам! Госпожа магичка, там это! Вам надо?