Весь следующий день Елена Петелина провела, как на иголках. Кололи вопросы. Сергей не подвел? Фура загрузилась? Прошла границу? И самое главное: что с Маратом?

Немного отвлечься помогали заботы о малыше. Но когда уложила Сашу спать, вновь осталась один на один с нервным ожиданием. Сил уж не было. Легла на кровать в свете ночника.

Подсознание рисовало мысленный маршрут автофургона. Турецко-грузинская граница, загрузка паллетами в Батуми – там задержек не будет. Судя по времени, грузовик должен быть на границе с Россией. При удачном раскладе уже проследовать ее. Что дальше?

Осторожный Сергей предупредил, что на связь выходить не будет. Шумакову тоже не до нее. Он ввязался в операцию ради карьерного успеха. А ей нужен Марат! Живой и здоровый! Она доверилась бывшему мужу и полковнику Шумакову, те поручили дело своим сотрудникам. Она ничего не контролирует. Ее удел ждать. Ожидание и страх изматывают хуже тяжелой работы.

Что происходит сейчас? Как она узнает? Когда Марата обменяют?

Елена сходила за водой, вернулась в постель. Настя услышала, что мама не спит и сунулась в ее спальню. Пришла в пижаме, плюхнулась рядом поверх одеяла. Уставилась в потолок.

– Мам, в универе меня все игнорят. Я не хочу там учиться.

– Не хочешь учиться – иди работай, – также в потолок ответила Елена.

– Я переведусь в другой универ. Назло всем!

– Назло – прекрасный аргумент. Только зачем я деньги за семестр платила?

Настя рывком уселась в кровати и с обидой уставилась на мать:

– Ты про деньги, а я про себя, твою дочь!

Елена встала с постели. Натянула джинсы, накинула кофту.

Настя встрепенулась:

– Ты куда?

– Я тоже дочь. Пойду к своей маме поплачусь. А ты за братиком присмотри.

Настя обхватила подушку, из глаз готовы были брызнуть слезы.

– Ты только о Валееве думаешь. Тебе наплевать, что у меня!

– Плюю направо и налево.

– Разве нет? Обещала помочь, а сама…

Елена отбросила сарказм и выкрикнула:

– Я делаю, что могу. Для тебя, для него, для всех! А что со мной ты спросила?!

– Мама, – захныкала Настя.

Елена спохватилась:

– Что это мы. Сашу разбудим.

Она опустилась на кровать. Настя подвинулась к ней, Елена обняла дочь.

– С деканатом мы решим. Подожди еще немного.

– Правда?

– Я тебя в обиду не дам.

Дочь шмыгнула носом, мать погладила ее по голове.

– Не могу уснуть, – пожаловалась Настя.

– Мне помогают аудиокниги. Сейчас подключу через наушники и через десять минут готова. Попробуй. Только не ужасы и не про войну, – посоветовала Елена.

– Про вампиров. Они милашки.

Настя улыбнулась. Елена хмыкнула. Спустя мгновение мама и дочь дружно смеялись, выплескивая нервное напряжение.

Пискнул телефон на тумбочке. Смех стих. Пришел видеофайл с виртуального номера с подписью «Любимый Марат». Елена схватила смартфон. Хотелось верить, что страшное позади, она выполнила условие, и Марат вернется домой.

– Наконец-то, – прошептала она и нажала воспроизведение.

Во весь кадр Елена увидела лицо с заплывшим глазом и не сразу догадалась, что это Марат. Причиной были не разбитые губы, кровоподтеки и следы побоев, а взгляд – безвольный и потухший, совершенно не свойственный эмоциональному Марату.

Камера отъехала. Марат стоял коленями на полу, подвязанный за растянутые руки к потолку. Веревки не позволяли ему упасть. Подошли двое в защитной форме, масках и черных перчатках.

Голос за кадром приказал:

– Починати.

Садисты стали по очереди бить пленника кулаками в живот и лицо. Марат дергался при каждом ударе и тихо стонал.

Снимавший избиение начальник был зол:

– Вздумала меня обмануть! В останний раз подивись на своего Валеева. Ему конец!

– Не бейте! Остановитесь! – взмолилась Елена, словно ее могли услышать.

Удары не прекращались.

– Ты не выполнила условие. Из-за тебя он помрет. Медленной и мучительной смертью.

– Нет! – вскрикнула Елена.

Избиение продолжалось.

– Нет! Прекратите! Прошу!

Новый удар, и голова Марата безвольно повисла. Садисты взглянули на командира и отошли. Начальник, снимавший на телефон, развернул камеру.

Теперь Елена видела его лицо. Разъяренный мужчина тыкал пальцем и обращался к ней:

– Ты меня бесишь! Ты бесполезная! Ты не хочешь, чтобы он жил! Валеев сдохнет, когда я захочу!

Видео закончилось.

Ошеломленная Настя уставилась на маму:

– Мама, что с Валеевым?

Елена бросилась писать сообщения. «Не надо. Пожалуйста. Я все сделаю». Сообщения не доставлялись. Она нажала значок вызова. Прижала трубку, ждала, готовая умолять, но виртуальный номер сразу сбрасывался.

– Мама, Валеева убьют?

– Не говори так! Не говори!

За стенкой запищал ребенок.

– Мы Сашу разбудили, – растерянно констатировала дочь.

Елена зашла в детскую. В груди было пусто, в голове отчаяние. Взяла большого малыша на руки, как младенца, и стала убаюкивать. Малыш успокаивался, Елена приходила в себя. Наклонилась, уложила Сашу в кровать. Посидела рядом для верности и чтобы самой собраться с мыслями. Прикрыла дверь, ушла на кухню, набрала телефон Шумакова.

Отчаяние сменилось сосредоточенностью: надо что-то делать.

– Лена? – удивился Шумаков ночному звонку.

– Как так? Почему? – промолвила она.

– Ты уже знаешь. Откуда?

– Пришло сообщение.

– Что? Что тебе сказали? – заинтересовался Шумаков.

– Мне показали Марата. Его убьют из-за меня. Что вы наделали?

– Лена, мы должны были контролировать груз. Негласно. Фура без проблем прошла нашу таможню. Мы проверили, слежки не было. И приняли решение…

– Кто принял?

– Круг посвященных. Минимальный.

– Вы лично приказали, – догадалась Петелина. – И что вы сделали?

– Перехватили фуру по дороге и загнали в закрытый цех. Осмотрели содержимое с максимальной осторожностью. Электроплиты соответствовало декларации, ничего незаконного, но… – Шумаков замялся.

– Я жду правды, – потребовала Петелина.

– Сигнал от специального датчика на вскрытие груза ушел через мобильную сеть. За грузом вели удаленную слежку.

Петелина возмутилась:

– Вы же сами сказали, что действует вражеская разведка. Проверить агента – это азбучная истина! Это был пробный рейс. Украинская разведка тестировала канал доставки! Зачем вмешались?

– А если бы в грузовике провезли оружие, взрывчатку, стингеры? Попытки были. Двадцать тонн взрывчатки, как тебе? Снова Крымский мост хочешь угробить?

– Я хочу вернуть мужа.

– Наши переговорщики знают о Валееве. Его включили в списки на обмен.

– Что толку! – сорвалась Елена. – Вы всё испортили! Марата избили на моих глазах. Угрожали убить.

– Лена, успокойся. Я скажу страшную вещь. Если бы Валеева хотели убить, уже бы убили. Но Валеев им нужен, как средство давления на тебя. Они потребуют что-то еще. И в следующий раз мы будем максимально осторожны.

– Следующего раза не будет.

– Будет! Надо понять, что они задумали, какой груз хотели провезти и для чего?

Петелина поняла, что ее не слышат. Они говорили о разных вещах. Шумаков мечтал отличиться, сорвав вражескую операцию, а она хотела спасти мужа. Их разделяет стена, через которую не достучаться. Марат пострадал из-за нее, это правда. Зачем она попросила помощи у полковника? Это была ошибка, больше она не будет к нему обращаться.

Шумаков уверял:

– Мы работаем, не сомневайся. Мы нашили ту женщину, которая встречалась с тобой на детской площадке. Она ловко меняла облик, но по девочке мы ее вычислили. Это агент ГУР.

Петелину новость вдохновила:

– Агента взяли? Я требую, чтобы она стала заложником. Надо обменять ее на Валеева.

– Не успели. Она покинула страну после встречи с тобой, уехала в Эстонию. Мы знаем, где она жила, под какими документами, на какой машине пересекла границу. Сейчас проверяем ее контакты. Возможно остался сообщник.

– Что толку! – разочаровалась Елена.

– На тебя могут выйти снова.

– Им достаточно моего телефона.

Елена вернулась в спальню и в сердцах швырнула телефон в постель. Тут же подняла: не отключился ли? И поставила на зарядку. Теперь телефон единственная ниточка для спасения Марата.