После вечернего совещания Петелина позвонила Виталию Березину, чтобы договориться о новой встрече. Бизнесмен сказался занятым и согласился поговорить со следователем в офисе в начале рабочего дня.

Утром Петелина поднялась на нужный этаж офисного здания и нашла блок с табличкой «Строительная компания Березино». За дверью царила суета. Рабочие демонтировали перегородки, офисные клерки с унылыми лицами переносили коробки и компьютерную технику. Глава компании шагал среди хаоса, покрикивая на сотрудников.

— Здравствуйте, Виталий Викторович, — остановила его Петелина. — У вас тут не очень уютно.

— Сокращаю ненужных людей и пространство. Мне требуется реальная продажа квартир, а не красивые презентации.

Березин прошел вперед и указал рабочим:

— Стеклянный бокс оборудуете здесь. Три на три метра, мне хватит. — Он пояснил для Петелиной. — Я от своего кабинет отказался. Всех посажу в одну комнату и буду наблюдать, чем балбесы занимаются.

— Нам бы поговорить, — перекрикивая шум шуруповерта попросила Петелина.

— Пройдемте в общий холл, — предложил Березин.

Они вышли из бокса и встали у панорамного окна. Внизу пролегал широкий проспект с интенсивным движением, но в холле было тихо.

Петелина сообщила:

— Мы выяснили, что Алексей Булатников по-прежнему дружит с однополчанином Павлом Земсковым. Ваш друг Булатников прошел Афганистан. Война травмирует психику, такие события накладывают отпечаток на дальнейшее поведение человека.

В ожидании ответа она посмотрела на Березина. Тот не понял:

— Вы о чем?

Следователь решила задать прямой вопрос:

— Булатников мог затаить злость с войны и продолжить убивать в мирное время? К примеру, тех, кто похож на душманов и говорит на том же языке.

Березин отвел взгляд и с минуту молча смотрел в окно.

— Помните, я рассказывал, что родителей Булата убили?

— Из-за квартиры, — кивнула следователь.

— Когда начались погромы в Душанбе, они остались в городе. Думали продать мебель, ковры, квартиру, а уж затем перебраться в Россию. К ним пришли покупатели и зарезали их. Тела вывезли и выбросили, а квартиру забрали.

— Неужели это можно было делать безнаказанно?

— Ну почему же. Булат позаботился о наказании. — Березин повернулся к следователю: — Он тогда съездил в Душанбе, а когда вернулся, сказал: захватчики получили то же самое.

— В каком смысле? — уточнила следователь.

— В библейском: око за око. Булат освободил квартиру от новых хозяев так же, как они освободили жилплощадь от его родителей.

— Вы хотите сказать, Булатников зарезал их? — заинтересовалась Петелина.

— В подробности я не вдавался. Время было жестокое. Леха упомянул, что ездил разбираться вместе с Земсковым.

— Выходит, убить мог и Земсков?

Березин пожал плечами.

— Ладно, забудем про Душанбе, — решила Петелина. — Поговорим о жестоком времени у нас здесь. Виталий Викторович, в девяностые годы у вас были разборки с бандитами?

— Проблемами с безопасностью занимался Булатников. Я не вникал, — нехотя ответил бизнесмен.

— А Земсков ему помогал в этом?

— Алексей брал деньги по статье «Безопасность». Кого он привлекал, я не знаю. Отчетности я не требовал. Мне нужен был результат — безопасность бизнеса. Он обеспечивал.

— А сейчас, после взрыва на свадьбе, вы чувствуете себя в безопасности?

— Вся надежда на Следственный комитет. — Березин не скрывал иронию, снисходительно разглядывая безоружную женщину.

В холл из лифта вышла Лариса Окулова в деловом костюме. Увидела мужа со следователем и заинтересовалась:

— Вы нашли убийцу? Кто?

Первым откликнулся Березин:

— Лара, ты рано в офис. Для юрдиректора еще место не подготовили.

Окулова требовательно смотрела на следователя:

— Кто хотел убить моего мужа?

— Следствие продолжается, — заверила Петелина и показала Окуловой армейский снимок двух друзей: — Это Павел Земсков. Вы видели его когда-нибудь?

Лариса взяла фотокарточку, присмотрелась:

— Может видела, а может нет. Лицо самое обычное, непримечательное. Рядом с Булатниковым вертелись парни в афганской форме.

— Земсков хромает, — напомнила следователь.

— Покалеченные афганцы к Булату обращались в поисках работы, — припомнил Березин.

— Это было в прошлой жизни, — добавила Окулова, взяла мужа под руку и ласково посмотрела ему в глаза. — Теперь мы с Виталием.

— Булатников с вами связывался после свадьбы? — спросила Петелина.

— Нет, — ответила за двоих Лариса.

Петелина посмотрела на Березина:

— Я вот думаю, если ваш друг не причастен к гранате, то должен был объясниться с вами.

— Кто знает, что у Булата в голове.

— Согласитесь, странно, что он отключил телефон.

— Поймайте его и допросите! А то всё меня и Ларису допрашиваете. Сколько можно! — стал терять терпение Березин.

— Это не допрос, а беседа с потерпевшими.

— Беседа закончилась? Мне пора на стройку.

Березин направился к лифту. Он явно хромал, и Петелина окликнула его:

— Виталий Викторович, кто ваш врач травматолог?

— Зачем вам?

— Долго вас лечит, а результата не видно.

— Терпеть не могу врачей. А теперь и следователей.

Лифт поглотил Березина. Лариса извинилась за мужа:

— Вы простите его, пожалуйста. У нас тяжелый период в бизнесе.