Ольга Ивановна, как обычно в последние дни, хозяйничала на кухне Елены и вынудила ее снова ужинать с Сергеем. Аргументы озабоченной тещи звучали воинственно: «Он не к тебе пришел, а к дочке; я не кухарка, готовить каждому по отдельности», а цель оставалась прежней: «Не будь дурой, с денежным Сергеем тебе будет лучше, чем с грубым басурманом».

Елена прекрасно знала, что сегодня о дочери Сергей позабудет. Бешеный напор и внутреннее негодование он направит на нее, требуя принять меры, чтобы спасти его от разорения. Ты виновата, ты и спасай!

Она психологически подготовилась к встрече и ушла в глухую оборону, хвалила кулинарные способности мамы, а прочие вопросы игнорировала. Поджог крайне сложен в расследовании, обещать что-то на начальном этапе глупо, и по закону она не имеет права заниматься делом, где потерпевший ее близкий родственник.

Сергей убедился, что ничего не добьется от упрямой женщины, демонстративно переключил телевизор на деловой канал и стал громко комментировать новости. Мол, у кого-то дела идут отлично, люди яхты-самолеты покупают, потому что имеют поддержку во властных структурах и в правоохранительных органах, а его ненаглядная не последний человек в Следственном комитете — и что? Что он с этого имеет? Да ничего, дырку от бублика!

Сердобольная Ольга Ивановна пыталась примирить бывших супругов:

— Да ты не волнуйся, Сережа, Лена поможет. Ведь, правда, дочка?

Елена молча допила чай и собралась уйти в свою комнату, как Сергей возмущенно указал на телевизор:

— Ты посмотри, про твой «Нанохиммед» рассказывают.

Елена бросила взгляд на экран, где увидела Сурена Давтяна. В первый момент ей показалось, что в репортаже используется старая запись, но прислушавшись к разговору, она обомлела. Давтян жив!

— Мне пришлось имитировать собственную смерть и на время спрятаться, — рассказывал с экрана Давтян.

Сергей завистливо комментировал:

— Вот дела! Кто-то воскресает после смерти, а я тону при жизни.

— Я сделал это по совету следователя, — продолжал Давтян. — Опасность отравления была крайне велика, все знают, что произошло с моими партнерами, совладельцами «Нанохиммеда». Это огромная трагедия.

— Преступник уже пойман? — спрашивала диктор.

— Сначала я хочу поблагодарить старшего следователя Елену Павловну Петелину. Она спасла меня от верной смерти и поймала убийцу.

— Кто охотился на вас?

— Горько осознавать, но это мой бывший ученик Никитин. Человек возомнил себя гением, а на самом деле — он заурядный производитель наркотиков, за что и получил большой срок. В колонии он озлобился и решил мстить настоящим химикам, добившимся успеха в науке и новых технологиях.

— Сейчас вы остались единственным акционером «Нанохиммеда». Что будет с комбинатом?

— Уход из жизни моих друзей, основателей комбината — это огромная потеря. Теперь я буду работать за себя и за них и продолжу общее дело. Наша продукция спасает людям жизнь, теперь я, как никто, понимаю, что кроется за этими простыми словами.

Елена с трудом осмысливала увиденное. По-человечески она была рада, что Давтян жив, но, как профессионал, понимала, что допустила грубую оплошность, не убедившись в его смерти. Как к этому относиться? И стоит ли волноваться, если Давтян благородно протягивает ей руку помощи.

— Ну ты даешь, Ленок. Чужого мужика спасаешь, а своего… — Сергей укоризненно покачал головой и поднялся со стула. — Пойдемте, Ольга Ивановна. Сейчас она начнет хвататься за телефон и о нас позабудет. Чужие ей дороже родных.

Так и произошло. За телефон Елену заставил схватиться звонок начальника.

— Про Давтяна слышала? Это правда? — словно камни, бросал вопросы Харченко.

Пока Елена думала, как ответить, полковник продолжил атаку:

— Почему ты меня не поставила в известность? Мне звонят из пресс-службы, а я ни сном, ни духом. Это недопустимо! Что ты молчишь?

— С головой что-то не так, — пробормотала растерянная Елена.

— Ну, знаешь, если бы не твоя беременность, я бы тебя… — пригрозил начальник и смилостивился: — Ну ладно, завтра поговорим.

Рука с телефоном беспомощно опустилась. Да что же такое! Вечное напоминание, что она женщина. Теперь обязательно акцентируют — беременная. Будто есть настоящие следаки, с яйцами, и бабы, больше озабоченные собственным похудением, чем расследованиями.