Елена Петелина с сочувствием смотрела на Инну Мальцеву, сидевшую перед ней. Болезненный вид, жалкий взгляд, неопрятные волосы, еще два дня назад пышными блестящими волнами спадавшие на шею. А впереди ее ждет длительный срок из-за собственного упрямства. Да как же она не поймет, что ее единственный шанс — переквалифицироваться на сто седьмую! Убийство в состоянии аффекта! Там максимальный срок трешка, а при хорошем адвокате и половиной можно ограничиться. И то, что вместо мужа она ударила другого человека, говорит в ее пользу — очевидное помутнение рассудка.

Входя в кабинет следователя, Инна Мальцева столкнулась с мужем. Елена нарочно это подстроила — ей хотелось посмотреть на первую реакцию этой несчастной пары.

И Мальцев ее удивил. Он бросился к жене, обнял, прижал ее к себе. Петелина дала знак охраннику, чтобы он им не мешал. Дмитрий говорил Инне ласковые слова и обещал любую помощь. Так бывает, когда страшная буря смывает многолетнюю наносную грязь и открывает чистую непоколебимую каменную основу. Но Инна сохраняла холодность. Она стыдилась чувств мужа и пыталась отстраниться.

— Вы продолжаете утверждать, что, когда зашли в квартиру, тело уже лежало в ванной? — Петелина в другой форме повторила предыдущий вопрос.

Мальцева еле заметно кивнула, стараясь не смотреть следователю в глаза.

— Ну хорошо. — Елена убрала результаты экспертизы, которые должны были сломить упрямство задержанной, и пододвинула к ней фотографию Оксаны Дроздовой.

— Кто эта женщина?

— Я ее не знаю.

— И никогда не встречали?

— Нет.

— А между тем она проживает в Апрелевке на улице Дорожная, двадцать четыре.

Мальцева подняла лицо. Ее губы были приоткрыты, а брови приподняты и сдвинуты к переносице. Петелина включила фрагмент записи, где Инна признавалась в убийстве блондинки в Апрелевке.

— Вы уже все знаете? — Мальцева испуганно улыбнулась и вновь потупилась.

— Вы сами мне об этом рассказали! Вчера в присутствии вашего психиатра Красина Аркадия Борисовича. Вы утверждали, что убили именно эту женщину. Она блондинка, ездит на красной «вольво» и живет по указанному адресу!

Инна взяла фотографию.

— Прическа похожа. Я не видела ее лица, потому что стреляла в затылок.

— Опять двадцать пять! — не выдержала Елена. — Она жива!

— Значит, я промахнулась? — растерялась Инна.

— Никто в нее не стрелял. Она жива-здорова и знать не знает о покушении на нее!

— А как же… — Мальцева беспомощно уронила снимок. — Вы меня обманываете?

— Я?! Это вы солгали на допросе! Придумали то, чего не было!

— Я говорила правду.

— И о квартире? И об Апрелевке?

— Да.

— В одном месте вы нашли труп мужчины, а в другом убили женщину?

— Так и было.

— Ну знаете!

Следователь хотела в грубой форме обвинить Инну во лжи, но сдержалась. Смесь беспомощности и наивного упрямства мешала отнести подозреваемую к разряду бессовестных лгунов.

Чтобы во всем разобраться, Елена решила воспользоваться особым методом.

— Я вам верю. Но надо выполнить одну формальность. Расскажите, пожалуйста, еще раз, что произошло в тот день. Только с конца! Начните с того момента, как вас задержали на квартире, и постепенно отматывайте события назад.

Петелина не раз применяла этот метод. Рассказать придуманную историю в обратном порядке значительно сложнее. Лжец с трудом подбирает слова, говорит медленно, боится запутаться. Следователь не мешает ему, дает выговориться, даже подбадривает. И сверяет сказанное с предыдущими показаниями. Обязательно обращает внимание на детали, мысленно отмечая все ляпы и противоречия. И вот финал: слово берет следователь, и стройная версия лжеца, как нарядная новогодняя елка, осыпается под уточняющими вопросами, чтобы в конце концов превратиться в облезлое деревце, выброшенное на помойку.

Однако сегодня Петелина вынуждена была признать, что этот метод не сработал: она не нашла в рассказе Мальцевой нестыковок. И первая, и вторая истории совпали. Бредовые показания Инны Мальцевой оказались правдивыми.