На время проведения экспертизы Закирову отправили в камеру, а Белову разрешили попить чай в оперативном офисе – его свидетельские показания могли еще понадобиться. Парень готов был ждать сколько потребуется, чтобы встретить подругу после освобождения.

Ваня Майоров, как только увидел Олега Белова в офисе, молча покинул мини-буфет и удалился за стеклянную перегородку. Сев за компьютер, он демонстративно отвернулся. Студент, наоборот, с опаской поглядывал на широкую спину оперативника и держался настороженно.

Вошел Валеев с озабоченным видом. Белов подался ему навстречу с немым вопросом в глазах. Его волновала судьба Айшет.

– Твои слова подтвердились, – сообщил ему Марат.

Белов радостно вскочил из-за столика:

– Айшет невиновна, я же говорил! Где она?

Валеев жестом вытянутой ладони пресек его порыв:

– Айшет Закирова пока что останется под стражей.

– Но почему? – возмутился Белов. – Это несправедливо!

– Найденные у нее деньги из выкупа – серьезная улика.

– Деньги… А не вы ли их подкинули?

– Но-но! Выбирай слова!

– Наши девчонки, так называемые понятые, признались мне, что не видели, где и как нашли пачку долларов. Когда они вошли в комнату, пачка уже лежала на столе. Не станете же вы заявлять, что она была там с самого начала обыска!

Валеев схватил студента за куртку и притянул его к себе. Капитан зашептал:

– Не суди о других по себе. Это ты оклеветал моего друга, а я между тем предельно вежлив. – Марат разжал кулаки и угрюмо кивнул в сторону выхода: – Свободен.

Белов нехотя открыл дверь в коридор и увидел идущего ему навстречу Дмитрия Кирилловича Богданова, отца погибшей Леры. Студент кинулся обратно к Валееву и возмущенно потребовал:

– Вы лучше Богданова потрясите! Откуда у него деньги? Не было бы у него миллионов, никто бы не похитил Леру!

– Ступай, я сказал, – произнес Валеев, едва сдерживаясь.

Белов почувствовал, что оперативник настроен агрессивно, и отшатнулся, опрокинув стул.

– Все вы одинаковы! – бросил студент, уходя, и наткнулся на Богданова.

Дмитрий Кириллович едва устоял на ногах после столкновения со студентом. Сквозь распахнутую дверь офиса он заметил знакомого оперативника и зашел внутрь.

– Вы-то мне и нужны. – Богданов говорил заискивающе. Его выпуклые глазки бегали по лицу Валеева, не останавливаясь ни на секунду: – Вы понимаете, идет уже третий день. Я потерял всё: дочь, деньги. Я мучаюсь от бессонницы, не нахожу себе места. А вы, ваша организация, такая большая и сильная, ничего не делаете.

– Идет расследование. Мы стараемся.

– А мне-то что от ваших стараний? Дочь уже не вернешь.

Богданов потупил взгляд, изображая скорбь. Марат заметил, что горе напускное, и прямо спросил:

– Чего вы хотите?

– Верните мне хотя бы те деньги, что уже нашли, – живо откликнулся Богданов.

– Это невозможно. На период следствия – это улики.

Щеки Богданова задергались и покраснели. Его тон изменился, теперь он обвинял и требовал:

– А говорили, что всё под контролем, приборчиком хитрым хвастались! Обещали, что никуда рюкзак не денется. И что теперь? Где мои деньги?!

– У преступника. Мы обязательно найдем его и тогда…

– Найдете, как же!

– Мы работаем.

– Здесь? – Богданов, округлив глаза, показал на комфортную обстановку офиса. – Вы думаете, преступник сам к вам придет?

– Наша работа… – попытался объяснить Валеев.

Однако Богданов оборвал его:

– Правильно вас в прессе полощут! Так вам и надо! Если бы не ваше вмешательство, я бы не потерял целое состояние. Кто вернет мне восемьсот тысяч?

Марат сделал шаг за спину Богданова и внимательно изучил его плечи.

– Что вы там делаете? – смутился Богданов.

– Ищу крылышки. Ведь вы – безгрешный ангел.

– Ну, знаете! Я этого так не оставлю! Я требую встречи с вашим начальником!