Пригибаясь и стараясь не шуметь, Федор понемногу подбирался к засевшим в магазине упырям, которых он за людей считать не мог. В мире творится чёрт пойми что, а эти уроды первым делом позаботились о девочках и бухле. Нет, Федор не считал, что девочки и выпивка — это плохо, совсем даже наоборот! Но если выпивку в текущей ситуации можно брать без спроса, так как хозяев, скорее всего, съели, ну или они сами сейчас бегают голожопые и жрут людей… То вот хватать и удерживать кого-то против их воли — это уже за гранью.

Непотревоженные стеллажи со всякими порошками и шампунями он прошёл быстро, а вот дальше пришлось снова местами ползти ползком — поваленные полки и разбросанные товары были не слишком хороши для того, чтобы за ними спокойно мог прятаться крупный мужик. Мародёры звенели стеклом где-то совсем рядом, и Федор стал пробираться ещё медленнее, пока наконец не смог заметить шумевшую парочку.

Мужики выглядели немного комично — похмельные рожи со всклокоченными волосами контрастировали с новой и явно дорогой одеждой, что они на себя напялили, видимо, совсем недавно. Один был помоложе, тощий и сутулый, а вот второй был эдаким квадратиком на ножках — широкий в плечах, но при этом едва за полтора метра ростом. Но когда он в следующий момент немного повернулся, Федор понял, что был не прав — никакой он не квадратик! Шарик он! Пухлые щёки, заплывшие глазки… Поросёнок одним словом.

Решив, что Шарик является обладателем низкого голоса, Федор приподнял арбалет, беря на прицел широкую фигуру, так как истеричный должен знать больше, так как якобы хорошо знаком с главарём. Но не успел Федор выстрелить, как тощий вдруг пробасил:

— Бля, Пончик! Ну вот куда ты столько хавки нагрёб⁈ Чё я один должен всё бухло тащить⁈ Давай, выкладывай половину, ну или тащи всё вместе!

— Да я просто когда нервничаю, на меня сразу жор нападает… — прогундел Шарик. — Вот я и прихватил…

— Ха-ха-ха! Да на тебя жор, как с детства напал, так и не отпускает! Скоро в двери проходить перестанешь! — заржал тощий.

— У меня просто кость широкая! — стал оправдываться толстяк.

— Жопа у тебя, блядь, широкая! Вот эти три пакета потащишь! Я тебе не конь всё в одну харю тащить! Или я Сивому так и скажу — звиняй, босс, принёс сколько смог, а Пончик на твои слова болт положил! — вспылил тощий.

— Да ладно, чё ты сразу… Донесу я эти пакеты…

Дальше Федор ждать не стал. Звонко хлопнула тетива арбалета, и тощий отлетел к витрине с алкоголем с торчащим во лбу болтом.

— Замер, сука! — рявкнул Федор. — Дёрнешься — завалю!

Из рук Пончика выпал пакет, и по кафелю пола зазвенели бутылки.

— Не убивай, пожалуйста! Они меня заставили, я не хотел… — залепетал трясущимися от страха губами толстый.

— Чего не хотел? — продолжил давить мужчина, выходя из-за прилавка уже с Дублем в руках и наводя стволы в лицо Пончика, отчего тот побледнел и готов был свалиться в обморок.

— Тех пацанов убивать… — проблеял он, но, видимо, сообразил, что ляпнул лишнего, и поник.

— Где ваша база? Сколько человек там сейчас? Какое оружие? Сколько пленных? Где захватили⁈ — начал быстро допрашивать Федор.

— Это всё Сивый! Это он приказал! — начал торопливо рассказывать толстяк, при этом от него резко пахнуло мочей, а штаны намокли. — Как эта вся херня началась, мы тут рядом были, на хате у Фиксы, — он мотнул головой в сторону тощего, что как раз в этот момент растворился в белесом тумане, оставив после себя лежать на полу белую сферу и арбалетный болт, отчего Пончик сильнее затрясся и стал говорить быстрее. — Мы семером сидели, а потом Верста вдруг превратился в чёрного мутанта и бросился на нас! Ну, Сивый с Крестом его и завалили — забили наглухо. Крест ему по башке утюгом шарахнул, а Сивый финкой горло вскрыл… Потом эти чёрные твари полезли со всех щелей! Хата у Фиксы на первом этаже, поэтому на окнах решётки старые стояли, Крест и предложил мочить их сквозь решётку… Фикса притащил из кладовки куски арматуры, ими и пробивали бошки этим чертям. Потом Ботан нам пояснил, как вызывать меню и инвентарь… А затем Сивый получил уровень, Ботан подсказал, как вкинуть характеристику… Правда, его Сивый потом отмудохал, его охереть как скрючило после этой характеристики… Но это реально работает! Мы потом проверяли! Силы точно больше стало! Ну а потом, как чертей добили, Ботан сказал, что там надо ништяки собрать, вышли, собрали шарики… Только Сивый их все себе забрал! Заставил проявить и отдать… Он из них ножики разные доставал, лук вот что у Фиксы был… Себе он арбалет оставил, типа деревянный такой, мол ему не по масти с луком как индеец ходить.

Пончик вдруг замолчал и спросил:

— А можно мне воды попить?

— На, хлебни, — протянул ему полторашку минералки Федор и, дождавшись, когда тот напьётся, потребовал: — Продолжай!

— Ну а потом Шноб предложил, что, мол, раз такая пьянка, то теперь кто сильнее, тот и прав! И что можно стать хозяевами жизни, только надо ещё народа собрать, да баб наловить… — продолжил толстый, что к этому времени немного успокоился и стал меньше трястись. — Фикса сказал, что на девятом этаже, на самом верху, живут барыги. Мол, хата у них зачётная, что там можно базу замутить. Сивый согласился. На лестнице мы ещё троих чёрных завалили, на лифте чёт стрёмно ехать было… Поднялись наверх, а там этот лохматый педик, ну, пацан, сынок барыг, нас услышал и сам двери открыл, лошара… Его родоков дома не было, а он с окна смотрел, что на улице дичь творится, потом нас в глазок срисовал и выскочил — спасите, помогите. Там, короче, теперь база… У пацана Крест отобрал волыну, но они больше не пашут… Ботан сказал — всё, не будет огнестрела в новом мире! — он покосился на Дубль в руках Федора.

— Это системный, так что работает как надо! Или хочешь проверить? — выгнул бровь Федор. — Давай, трави дальше!

— Потом пошли в магаз, Сивый сказал, что надо жрачкой затариваться, а там эти, студенты из общаги напротив, наши консервы уже себе гребут. Ну, Сивый им и предъявил. А пацаны дерзить стали, трое их было, здоровые как лоси, спортсмены, мля… Ну, Сивый одного и завалил, а двоих уже мы толпой замесили. Потом из подсобки ихние девки выскочили, пятеро. Одна Кресту по башке бутылкой врезала, ну и её тоже в общем… А остальных четверых Сивый сказал на базу вести и что теперь это будет его гарем… — Пончик умолк и с затравленным видом посмотрел на Федора.

— В каком подъезде база? — уточнил он.

— В третьем.

— Короче, сейчас мы с тобой туда пойдём. Вместе. Ты будешь стучать в дверь, когда поднимемся. Как откроют двери, заходишь внутрь и падаешь на пол! Если всё сделаешь как надо — оставлю живым! — жёстко сказал Федор. — Пошли!

По-прежнему удерживая толстяка на прицеле, мужчина вышел из магазина и осмотрелся — поблизости изменённых не было, и они пошли к третьему подъезду, до которого было всего метров пятьдесят. Входная дверь была открыта, и они беспрепятственно прошли внутрь.

По ступеням поднимались не спеша, потому что Пончик стал пыхтеть, как паровоз, ещё на втором этаже. Наконец добрались до девятого. Дверь, что вела в нужную им квартиру, теперь превратившуюся в логово бандитов, была сбоку, и в глазок из неё была видна только часть площадки. А вот выход с лестницы оставался в мёртвой зоне. Обо всём этом ему сообщил Пончик, пока они стояли на седьмом этаже, чтобы толстяк мог отдышаться.

— Смотри, не дури, если жить хочешь! — прошептал ему на ухо Федор. — Всё, пошёл!

Толстяк на подгибающихся ногах дошёл до двери и постучал. После недолгой паузы из-за двери донёсся приглушённый голос:

— Пончик, а Фикса где?

Пончик секунду молчал, отчего Федор напрягся, но потом толстяк махнул рукой в сторону лестницы:

— Идёт! Бухла много тащит, вот и отстал!

У самого толстяка в руках были объёмные пакеты, в которых, правда, были только пустые коробки для маскировки.

Защёлкали замки, и дверь отворилась… Время для мужчины на лестнице словно замедлилось. Вот дверь отворилась полностью, и Пончик сделал несколько неуверенных шагов внутрь квартиры, но вместо того, чтобы упасть на пол, как было договорено, он вдруг пронзительно завопил:

— Шухер, пацаны! Засада! — и попытался скрыться в глубине коридора…

— Вот сука! — прошипел недовольно Федор, меняя Дубль на Верного.

Бах! И Шарик покатился по коридору.

Бах! И стоявший у двери жилистый мужик с татуировкой в виде креста на всю грудь рухнул с простреленной головой.

Рывок в квартиру, в которой уже послышались удивлённые возгласы. Дверь сбоку распахнулась, и из ванной выскочил лохматый мужик в трусах и с топором.

Бах! И мужика унесло обратно в ванную.

Федор схватил с вешалки какую-то куртку и, проскочив ещё несколько шагов по коридору, швырнул её в проём двери. Тут же хлопнула тетива, а в стену рядом воткнулся арбалетный болт. Не давая времени на перезарядку, Федор перекатом ввалился в гостиную.

— Руки вверх, суки! — рявкнул он, наведя пистолет на здорового бугая в джинсовом костюме, что торопливо перезаряжал арбалет. Тот замер.

— Арбалет в сторону! — крикнул Федор.

Но тут из другого проёма показалась девушка, за которой укрывался седой бородатый мужик, что держал кинжал у горла заложницы.

— Волыну брось! Или я ей глотку вскрою! — потребовал седой.

В этот же миг здоровяк с арбалетом, резко прыгнул за стоявший рядом диван.

Бах, бах! Из-за дивана раздался вскрик, что тут же перешёл в надсадный кашель и стон. Вот же наивный! Это только в фильмах можно от пуль прятаться за мебелью или дверцей машины… В реальной жизни пуля их прошивает, практически не замечая!

Федор направил ствол на последнего бандита.

— Вот ты сейчас серьёзно⁈ Я, по-твоему, совсем идиот и брошу оружие ради этой девки⁈ — не дрогнув лицом, спросил он. — Если ты сейчас…

Бах!

Тело последнего бандита рухнуло, роняя кинжал, что так и не смог навредить девушке. Та в этот момент стояла, крепко зажмурившись, а по её щекам текли слёзы.

— Не убивайте нас, пожалуйста… — прошептала она сквозь слёзы. — Мы будем послушными! Будем делать всё, что скажете, только не убивайте…

Ее стройное тело, едва прикрытое задравшейся старой мужской майкой, сотрясала мелкая дрожь.

— Всё хорошо, девочка. Успокойся, — как можно более ласковым голосом проговорил Федор. — Этих тварей больше нет. Вы теперь будете в безопасности, и вас никто не тронет!

— П-правда? — открыла глаза девушка и с надеждой посмотрела в глаза мужчине. — Вы правда не будете нас… — она не выдержала и снова зарыдала.

У Федора же от этой картины сжимались кулаки, и было только одно желание — воскресить этих ублюдков и убить снова, только на этот раз медленно! С чувством и расстановкой! Он убрал Верного в инвентарь, подошёл к девушке и приобнял, поглаживая по голове. Та сначала дёрнулась, потом замерла на секунду, после чего уткнулась лицом ему в плечо и продолжила рыдать.

— Всё, всё, успокаиваемся. Хватит уже сырость разводить тут. Сейчас мне всю куртку соплями перемажешь.

Девушка после этих слов замерла и, подняв голову, снова посмотрела Фёдору в глаза.

— Спасибо… — еле слышно прошептала она.

Словно ожидавшие команды, после этого из комнаты выглянули ещё три девушки, причём все настолько разные, словно их четверых специально подбирали. Первая, что сейчас стояла возле мужчины, была шатенкой, ростом примерно сто семьдесят, стройная и ладная. Троица же других были рыжей, блондинкой и брюнеткой. Рост, фигура — всё было разное, но одно всё же их объединяло — все они были молодыми и хорошенькими.

Несмотря на то, что сейчас перед ним стояли практически полностью раздетые девушки, единственной одеждой которых были мужские майки, Фёдор сейчас воспринимал их только как несчастных девушек, попавших в беду и нуждавшихся в его помощи. Никаких пошлых мыслей или фантазий при виде них у него не возникло.

— Дамы, позвольте представиться — Федор! — изобразил, как мог, мужчина куртуазный поклон, чтобы немного разрядить обстановку, но, видимо, получилось не очень — со стороны троицы раздался короткий неуверенный смешок. — Как позволите обращаться к вам? — спросил он, выпрямляясь и встречаясь взглядом со всё ещё настороженными, но немного оттаявшими взглядами девушек.

— Надя, — синхронно произнесли брюнетка и рыжая, после чего переглянулись и робко улыбнулись.

— Я Катя, — тихо произнесла шатенка, что так и продолжала стоять, прижавшись к нему, но, видимо, до неё наконец дошла пикантность ситуации, и она, густо покраснев, отскочила назад, стараясь при этом успеть поправить задравшуюся чуть ли не до груди майку…

— А я Вика, — отозвалась последней миниатюрная блондинка, метра полтора ростом.

— Очень приятно! — кивнул Федор. — Злодеи повержены, красавицы спасены! А теперь скажите, красавицы, у вас другая одежда есть?

Девушки, что до этого спокойно стояли, позабыв обо всём, вдруг засуетились и принялись активно прикрываться ладошками, отчего наблюдавший за этим мужчина едва сдержался, чтобы не рассмеяться.

Оказалось, что седой и был тем самым боссом Сивым, и это его прихоть была, чтобы «его» девочки ходили в таком виде. И это он отнял у них всю другую одежду, включая бельё. Другим бандитам он запрещал приближаться к своим девочкам, сам же… Прямо девушки не сказали, но Федор и так прекрасно понял, что мог делать с такими красотками этот урод…

Одежда девушек вскоре обнаружилась в шкафу одной из комнат, которых в этих хоромах было целых пять, и все не маленькие. А вот в другой комнате, что была самой дальней и запертой на ключ, нашёлся и фактический хозяин квартиры — худощавый парень лет двадцати с длинными спутанными волосами и изможденным лицом, на котором были видны следы недавних побоев. Он со страхом смотрел в сторону открывшейся двери, при этом стараясь забиться посильнее в угол.

— Привет, — улыбнувшись, помахал ему рукой Федор, но парень только ещё сильнее попытался вдавиться в угол…

Но тут со стороны коридора послышался странный шум, и мужчина, сменив Верного на Дубль, рванул туда, на ходу возводя курки — дверь-то он оставил открытой!

Выскочив на полном ходу в коридор, он нос к носу встретился со здоровенным изменённым, что даже в квартире с не самыми низкими потолками стоял пригнувшись. От мгновенной смерти Фёдора спас линолеум, на котором он поскользнулся, не сумев справиться с инерцией. Мощная чёрная лапа, что толщиной, наверное, была как две его ноги, со свистом разрезала воздух над головой и врезалась в стену, выбив из неё приличный пласт штукатурки.

Сбоку раздался пронзительный женский визг — это Вика, бывшая в ванной, вдруг решила выйти… Огромная чёрная голова, что уже практически полностью была защищена мощными костяными пластинами в два пальца толщиной, повернулась на звук, и Федор поспешил воспользоваться моментом. Он изо всех сил рванул вверх и, прижав к небольшому зазору в броне, где раньше у твари были уши, Дубль, нажал на курок.

Ба-бах! Оглушительно прогремел выстрел, что в замкнутом помещении был особенно громким. Толстая свинцовая пуля разворотила практически половину черепа монстра, но он успел напоследок махнуть своей лапищей, сметая Федора, как пушинку на пару метров и впечатывая в стену. Дикая, острая боль пронзила весь правый бок, в котором он при ударе отчётливо слышал хруст костей. Рухнули они одновременно — огромный чёрный монстр и системный игрок, что такими темпами рисковал не дожить до получения класса…

[Поздравляем! Вы впервые убили изменённого 6-го уровня]

Это сообщение успел увидеть мужчина, прежде чем отключился.

В себя он пришёл от яростного крика девушек.

— Только попробуй! И мы тебя сами тут же прибьём! — кричала Катя, чей голос он умудрился узнать. — Тебе, придурку, же объяснили, это он нас всех спас!

— Это вы, курицы тупые! — прозвучал в ответ срывающийся мужской голос. — Вы на него посмотрите! Он такой же урод, как и те, которых он убил! Вы думаете, он вас спасал? Да он просто решил занять место Сивого! А вы и уши развесили! Я говорю, его надо добить, пока он не пришёл в себя и не сделал вас своими рабынями! Или, может, вам понравилось, как вас по очереди трахал, как хотел, Сивый⁈

— Заткнись, урод! — прозвучал голос какой-то из девушек. — Смотри, в пистолете остался только один патрон! Выстрелишь в него, останешься безоружным! И тогда мы тебя точно сами зарежем!

«Господи, не дадут подохнуть спокойно!» — подумал Федор. Из услышанного он понял, что после его отключки сидевший в комнате парень вышел и прихватил его выпавший пистолет, собираясь добить спасителя… А вот девушки на удивление повели себя храбро! Не испугались вооружённого парня и встали на его защиту!

Приоткрыв глаза, он оценил обстановку. Оказалось, что его перенесли в гостиную и уложили на диван. Рядом с ним, держа Дубль в руках, стоял длинноволосый парень, а, видимо, с другой стороны были девушки. Решив, что пора вмешаться, Федор вытянул в сторону парня руку, одновременно вызывая из инвентаря Верного. Обычно он вынимал предметы из инвентаря, как из чемодана какого-то, но сейчас он сделал так, как до этого делал множество раз в игровом мире — призвал оружие сразу в руку, и у него получилось!

— Положи оружие, дурачок! — с трудом прохрипел он.

Парень только после его слов заметил направленный на него ствол пистолета и разом побледнел. Его руки, что удерживали оружие, безвольно разжались, роняя Дубль на пол.

«Идиот…» — успел подумать Федор, а после прогремел выстрел — Ба-бах! И сквозь облачко порохового дыма увидел падающего на пол парня…

— Это же насколько нужно быть невезучим, чтобы тебе падающий на пол пистолет отстрелил пол-башки… — простонал Фёдор.

— Федя, очнулся! — подскочила к нему одна из Надь. — А этого идиота и не жалко! Мы его тут уже минут сорок уговаривали…

— Это я так долго был в отключке⁈ — удивился мужчина. — Знатно меня этот мутант приложил…

Он призвал из инвентаря флакончик зелья лечения и сразу выпил. По телу разлилось приятное тепло и покалывание, словно он разом отлежал всё тело.

— Что это? — с любопытством спросила Надя, глядя на пустой флакон в его руке.

— Зелье лечения, — ответил Федор, чувствуя, как боль в боку начинает отступать. — Из сфер, которые выпадают из монстров, можно получить разные полезные вещи.

Он попытался сесть, но рёбра всё ещё болели, хотя уже не так сильно, как раньше. Видимо, зелье не могло полностью вылечить такие серьёзные повреждения, да и само название — слабое зелье лечения, говорило само за себя.