После интенсивного секса с Брамом и Фарисом я приняла еще один быстрый душ и рухнула в кровать. Слоан был посередине с Фишером на другой стороне, его голова покоилась на груди Слоана. Они были полностью вырублены, тихо похрапывая. Мы не много спали в Бесмете — земля не самое удобное место для сна. По крайней мере, я отдохнула достаточно, чтобы восстановить достаточно сил, чтобы открыть портал и вернуть нас домой. Я знала, что Кэм все еще расстроен, но я ожидала этого. Я не была уверена, каким будет наш разговор, когда он наконец состоится.

Я прижалась к Слоану, и во сне его рука обняла меня и притянула ближе. Сон пришел ко мне, когда я слушала, как его сердце ровно стучит.

Когда я проснулась позже, Слоан и я были обвиты друг вокруг друга, как пара кренделей. Он все еще спал, и я заглянула через него, обнаружив, что Фишера больше нет в кровати. Перекатившись на спину, я потянулась и взглянула в окно. Солнце садилось, сумеречный свет струился в окно. Оттенки оранжевого, розового и фиолетового кружились на горизонте. Мы проспали несколько часов, и я была благодарна парням за то, что они позволили нам отдохнуть.

Слоан пошевелился, поворачиваясь ко мне на бок. Его лицо было таким расслабленным и по-мальчишески беззаботным во сне, словно вся травма, через которую он прошел в своей жизни, не могла коснуться его. Он будет потрясающим отцом. Все мои мужчины будут — я не сомневалась. В некотором смысле я знала, что Слоан превзойдет себя для любых детей в своей жизни, потому что его так ужасно подвел собственный отец.

И Брам... В моем воображении промелькнула картинка, как он кружит маленькую девочку с длинными рыжими волосами, пока она визжит, а он смеется. Кэм будет тем типом отца, который постоянно опекает, всегда защищает своих детей — как он делает со всеми нами. Фишер будет самым легким для детей, если им нужно будет поговорить; его стихия позволит ему легко понимать их так, как никто из нас не сможет. Что касается Кая... Я усмехнулась про себя. Я видела, как он полностью завален кучей детей, смеется и притворно рычит. А Фарис? Ну, Фарис потеряет рассудок, когда узнает. Он уже выразил свой интерес к тому, чтобы увидеть меня беременной.

«П-пожалуйста...»

Сдавленный голос Слоана вырвал меня из моих грез. Я посмотрела на него и увидела, что его лицо, которое мгновение назад было мирным, теперь искажено и покраснело.

«Не надо. Не трогай ее!» — прорычал он, и мое сердце разбилось. Инстинкт подсказывал мне, что он переживает то, чему стал свидетелем в Бесмете.

«Слоан», — мягко сказала я.

Он не ответил, но его дыхание участилось, и из его рта вырвался хриплый крик. «Прости... Рыжая».

О боги. Мои глаза наполнились слезами. Я не знала, что делать для него. Мне просто оставить его спать? Попытаться разбудить? Когда он начал метаться, я решила, что будет безопаснее позволить этому продолжаться и отойти подальше. Слоан был крупным мужчиной, и я не хотела попасть под его случайный кулак. Он никогда бы не простил себя, если бы причинил мне боль.

Я медленно села, свесив ноги с кровати. Я ахнула, когда его рука обхватила мое запястье, и меня отдернули обратно на матрас. Он двигался с быстротой и точностью, прижимая меня к кровати своей рукой, обхватившей мое горло.

«Слоан», — выдохнула я, царапая его руку. «Детка. Это я!»

Пот выступил у него на лбу, его глаза метались взад-вперед, словно он не понимал, что делает.

«Слоан!» — прохрипела я, давление на горло усиливалось. Мои царапины на его руках, казалось, не будили его. Отдернув руку, я изо всех сил ударила его по лицу. Хлопок эхом разнесся в моей комнате, и слезы полились из моих глаз, как дождь с небес.

Его глаза сфокусировались на моем лице, и я увидела, как в них промелькнуло узнавание. Его лицо изменилось с панического на растерянное, а затем на абсолютно ужаснутое. Он отпустил мое горло, будто моя кожа обжигала его, и посмотрел на свою руку, словно она принадлежала кому-то другому.

«Что... Какого черта я делаю, Рыжая? Я был... О боги». Его голос дрогнул. «Мне так жаль, так жаль. Зачем я?» — бормотал он, все еще в состоянии сильной растерянности.

Я потерла горло, заставляя свое тело исцелить то, что он сделал, как можно быстрее, чтобы это не мучило его. «Тебе снился кошмар, или ты вспоминал что-то из лаборатории. Когда ты не проснулся, я решила вылезти из кровати, так как ты начал метаться».

«И я применил к тебе силу?» — Он поднял руки, и я увидела, как они дрожат. «Я применил силу к своей паре? Чтобы навредить тебе? Чтобы убить тебя?» — Его голос был почти истеричным, и я приподнялась, садясь. Я взяла его руки и сжала их, поднося к губам, чтобы поцеловать его пальцы.

«Ты не проснулся. Ты бы никогда не причинил мне вреда, детка. Ты понимаешь? Это была не твоя вина. Мы не могли знать, что у тебя будут такие последствия от того, что ты видел». Его дыхание все еще было учащенным, и он не смотрел в глаза, все еще запертый в клетке со своими воспоминаниями. «Эй, — пропела я. — Посмотри на меня, Слоан. Я здесь. Ты в безопасности. Я в безопасности. Все в безопасности. Это реально».

Его ледяные голубые глаза врезались в мои. «Боги, — всхлипнул он, притягивая меня к себе на колени и зарываясь лицом в мою шею. — Ты не представляешь — что они делали. Это будет преследовать меня до конца моих дней. И я не мог остановить их. Мне так жаль», — сказал он мне, его слезы увлажнили мою кожу. Я провела руками по его волосам и спине, успокаивая его, как ребенка.

«Ты в безопасности. Они обманули тебя. Никто не причинял мне или Фишеру вреда, клянусь», — прошептала я.

«Ты не понимаешь». Он отодвинул меня с колен и вскочил с кровати, бросившись в ванную. «Меня сейчас стошнит...»

Когда он закончил и вымыл руки, дверь ванной распахнулась. Он стоял там, выглядя уничтоженным. Его лицо было бледным, волосы дикими, а под глазами были темные круги.

«Мы больше не можем делить кровать», — объявил он, с серьезным выражением лица направляясь к комоду за футболкой.

«Что?»

«На ночь. Или когда я сплю. Пока я не возьму это под контроль. Я не причиню тебе боль», — сказал он мне.

«Но...»

«Никаких "но"». Он подошел к кровати и взял мое лицо в свои большие ладони. «Ты — сокровище. Мое сокровище. Я не могу описать это, Рыжая. Мысль о том, что тебе причиняют боль...» Он покачал головой. «Мысль об этом заставляет меня хотеть зарычать в небо и выжечь землю, в надежде, что тот, кто посмел причинить тебе боль, умрет мучительной смертью».

«Вау», — выдохнула я. Страсть, стоящая за его словами, была такой интенсивной, что мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.

«Я спущусь вниз и скажу им, что я сделал. Если мне наваляют, не останавливай их. Я заслужил это». Он быстро поцеловал меня в губы и направился к двери. Я растаяла; его поцелуи доставляли мне такое наслаждение.

Подожди, что?!

«Эй! Слоан, подожди!» Я соскочила с кровати, когда он закрыл дверь, и услышала, как он спускается по лестнице. Сын шлюхи. Я быстро натянула одежду, что заняло у меня меньше минуты — новый личный рекорд, — и слетела вниз по лестнице.

«Ты сделал ЧТО?»

О боже мой.

Я ворвалась на кухню и увидела Слоана, прижатого к холодильнику Каем.

«Отпусти его!» — закричала я, и все шестеро моих парней посмотрели на меня. Я подняла палец и наклонилась, делая несколько глубоких вдохов. «Фух. Твоя девушка совсем не любит быстро перемещаться из одного места в другое», — выдохнула я, обмахиваясь рукой.

«Ты имеешь в виду бег?» — спросил Фарис.

«Не произноси это слово в моем доме», — ответила я с дрожью, и он рассмеялся. Но он был единственным, кто смеялся. Все остальные были напряжены и сосредоточены на Слоане. «Что он сказал, когда спустился?»

Кай прорычал. «Он вошел и объявил, что чуть не задушил тебя в постели».

«Слоан, ты хочешь, чтобы они наваляли тебе? Ты думаешь, что заслуживаешь какого-то наказания за то, что произошло не по твоей воле?» Я подошла к холодильнику и оттолкнула Кая, подальше от моего грустного мальчика-дракона. «Гостиная. Все. Сейчас». Я подтолкнула Слоана в спину, чтобы он двинулся. Я чувствовала напряжение и беспокойство за спиной, как густой туман.

Когда парни расселись, я направилась к Слоану. Он попытался изолироваться на одной стороне секции, но я не собиралась этого терпеть. То, что произошло, не было его виной, и я бы не позволила ему снова закрыться в себе. Ситуации, подобные этой, — именно поэтому мы должны быть друг для друга.

Его глаза расширились, когда я плюхнулась рядом с ним и взяла его за руку. Я держала крепко, потому что полностью ожидала, что он попытается отстраниться. Наши глаза встретились, и я сузила свои, надеясь, что он поймет мои слова без слов.

Даже не думай об этом, мистер.

Он фыркнул, откидываясь на диван, и я отвела взгляд, пряча улыбку. Которая довольно быстро исчезла, потому что мои другие мужчины явно были взвинчены.

«Тогда давай поговорим», — прорычал Кай, в его голосе звучала первобытная нотка, от которой волосы у меня на затылке встали дыбом.

Тишина в комнате была невыносимой. Мы никогда не молчим. Кто-то всегда смеется, дразнит, прикасается или говорит.

Повернувшись к Слоану, я говорила тихо, потому что не хотела смущать его, если ему было некомфортно. «Ты хочешь, чтобы я рассказала им, что случилось? Или ты хочешь?» Его челюсть дернулась от раздражения, но его большой палец вырисовывал круги на тыльной стороне моей руки, поэтому я знала, что он не злится на меня.

Он прочистил горло и посмотрел на парней. «Когда меня схватили, у них был, ну, интересный метод, чтобы заставить меня подчиняться». Я видела, как все выпрямились, за исключением Фишера, так как он уже знал. «Мой отец был там, когда меня схватили, и когда я очнулся, я был привязан к столу в какой-то смотровой комнате. Вошла женщина и сделала мне инъекцию препарата, который подавлял мою магию. Они хотели, чтобы я все время был в своей драконьей форме, чтобы изучать меня. Когда я отказался...» Слоан замолчал и застонал. Боль в этом звуке была настолько очевидной, что Кай заскулил от его явного дискомфорта.

«Все в порядке. Ты здесь, с нами. Мы все здесь, и мы любим тебя», — прошептала я, подбадривая его продолжать, но надеясь помочь ему оставаться в настоящем.

«Люди, которые там работали... у них были вы, ребята. Или я так думал. Все казалось таким реальным. Сначала они пытали их, когда я отказывался превращаться, но они быстро поняли, что, причиняя им боль, превращение в дракона все равно произойдет. Я терял рассудок. Запертый в клетке, без выхода. Я должен был смотреть, как они... смотреть, пока... пока они...» Слоан издал душераздирающий звук, максимально несвойственный Слоану.

«Боже», — прошипел Кэм.

Слоан глубоко вздохнул. Его рука дрожала в моей, поэтому я накрыла ее другой рукой. «Когда стало ясно, что я превращусь, чтобы избежать дальнейшего вреда для Рыжей или Фиша, они начали делать это просто для того, чтобы увидеть, насколько я могуществен, или чтобы наблюдать, как я реагирую на разные сценарии. Они хотели сломать меня... и я думаю, что у них это получилось», — объяснил он, последняя часть прозвучала тихо.

Кай вскочил на ноги и подошел, плюхнувшись на пол рядом с ногами Слоана. «Это невозможно. Ты один из самых сильных мужчин, которых я знаю. Может, потребуется время, но все будет хорошо, брат».

На моих глазах выступили слезы от любви, которую эти ребята испытывают друг к другу. С таким прочным фундаментом, как их дружба, я знала, что все получится. Эти мужчины заботятся друг о друге, и они делали это задолго до того, как я появилась в их жизни.

Скрестив ноги, Брам провел рукой по волосам. «Гребаные оборотни, — выплюнул он, вскинув руки, когда каждый человек в комнате посмотрел на него с одинаковым выражением «ты серьезно?». — Да, я знаю. Изменение формы — это способность, которая есть у меня, но я бы никогда не злоупотребил ей так, как они. Ментально пытать кого-то так? Я бы хотел вернуться туда и лично уничтожить этих гребанных ублюдков». Его глаза вспыхнули, и я знала, что он буквально просчитывал логистику этого в своем уме, чтобы увидеть, возможно ли это. Когда этот демон жаждет крови, его почти невозможно отвлечь от целей истребления.

Фарис все это время молчал, слушая и внимательно наблюдая за комнатой. Я знала, что у них со Слоаном были проблемы, но я очень надеялась, что они смогут их решить.

Волна спокойствия внезапно накрыла комнату, и мое тело расслабилось. Рука Слоана обняла меня, притягивая к себе, и я глубоко вздохнула. Рыбка встал и подошел к нам, взяв другую руку Слоана и переплетая их пальцы. Я была благодарна за использование его стихии в этот момент; казалось, мы все могли вздохнуть на мгновение.

«Расскажи нам, что случилось наверху?» — спросил Рыбка, глядя на Слоана, который выглядел почти как в трансе.

«Я спал, и мне снился сон. Флэшбек был бы точнее. Только на этот раз я добрался до того ублюдка, который причинял им боль — того, кто был самым жестоким. Я обхватил руками его шею, но потом он ударил меня. Однако, когда я посмотрел вниз, это был уже не он. Это была Рыжая». Он отдернул руки от Рыбки и меня, поднимая их, как будто не мог поверить в то, что сделал. «Я душил ее. Как они. Как мой отец обычно...»

«Ты ничем не похож на него, — резко сказал Кэм. — Ты прошел через ад, брат. Мне до сих пор снятся сны о горящей хижине, и я просыпаюсь в поту, задыхаясь. Это останется с тобой навсегда. Естественная реакция на травматическое событие не делает тебя слабым».

«Я мог бы убить ее!» — прогремел Слоан, отталкиваясь от дивана. Кай быстро отодвинулся, освобождая место.

Вскочив сама, я потянулась к его руке. «Ты ведешь себя так, будто я сделана из стекла. У меня есть своя магия, Слоан. Поверь мне, ты бы никогда не подошел так близко. Шок заставил меня не среагировать так быстро, как следовало бы, но теперь, когда мы все на одной волне, я не повторю эту ошибку».

«Кто-то из нас проследит, чтобы мы были с тобой, если ты спишь с кем-то. Никто не пострадает и не будет изолирован. Мы справимся с этим вместе», — сказал Кай твердым голосом. Он никогда не позволит Слоану запереться. Черт, он никогда не позволит никому из нас сделать это; это одна из причин, по которой я люблю этого большого властного Альфу.

Фишер стоял в стороне, изучая Слоана. «Позволь мне забрать воспоминания», — выпалил он, и все головы в комнате повернулись к нему.

«Абсолютно нет». Слоан скрестил руки, сверля Рыбку взглядом.

Я фыркнула на него. «Какого черта нет?»

«Никто — и я имею в виду никто — никогда не увидит того, что я там видел», — предупредил Слоан, в его голосе звучал вызов.

Рыбка нахмурился. «Ты пытаешься защитить меня, и в этом нет необходимости. Мои силы сильнее, чем когда-либо. Я уверен, что смогу сделать это быстро, и клянусь тебе, что не буду смотреть на воспоминания, Слоан. Я просто хочу помочь тебе. Подумай об этом, хорошо? Если передумаешь, я здесь». Он рванулся вперед и обхватил рукой затылок Слоана, притягивая его к себе и касаясь их лбов.

Оглянувшись, я встретилась взглядом с Кэмом и Брамом. Казалось, они теперь успокоились, слава звездам. Я посмотрела на Фариса, чувствуя легкое замешательство, когда увидела, что он хмурится. Прежде чем я успела спросить, все ли с ним в порядке, Слоан сбросил еще одну бомбу.

«Они хотели, чтобы я спарился с самкой дракона».

Я моргнула. И снова моргнула. И снова моргнула еще много-много раз.

«Прости, что?» — потребовала я.

Брам кивнул. «Имеет смысл. Они заинтересованы в Слоане, потому что он может менять формы, но я думаю, Азраэль явно хочет вырастить больше драконов. Если он сможет их разводить...» Он замолчал, и настроение в комнате потемнело.

«Ну, ты это сделал?» — Фарис заговорил впервые, и рык, вырвавшийся из Слоана, был серьезным предупреждением.

«Я изменил своей красивой паре с чешуйчатой ящерицей весом в тонну? Пошел на хрен, Фарис», — рявкнул Слоан, показывая ему средний палец.

Фарис не принял вызов, просто откинувшись на спинку дивана и пожав плечами. Мой лоб нахмурился от напряжения между ними. Мне это не нравилось. Я мало что могла с этим поделать сейчас. Надеюсь, со временем они начнут доверять друг другу.

«Прекратите, придурки», — отчитал двух мужчин Кэм, но им, казалось, было все равно.

Решив сменить тему, я рассказала о нашей встрече с Вейрином. Это заняло некоторое время, но в конце концов мы все были на одной волне относительно того, что произошло, пока мы были в разлуке.

Тишина опустилась на нас, пока каждый переваривал переизбыток информации. Было ясно, что нам нужно помочь драконам и сдержать обещание о встрече через неделю, но как насчет объекта, в котором держали армию?

«Так откуда ты узнал об армии драконов? Я, кажется, не слышал этой части?»

Брам, Кай, Фарис и Кэм обменялись взглядами, прежде чем Брам заговорил. «Ну, Детка. Это интересная история. Мэйвен вернулся».

Я резко встала с дивана. «Где он? Я так по нему скучала. Мэйвен?!» — позвала я, готовая обнять свой маленький белый клубок пуха. Я не видела его с той ночи, когда Лори сбежала, а Брайс пытался убить меня. Боги, это казалось целой жизнью назад.

«Он... другой», — добавил Кэм.

Я прижала руку к сердцу. «О нет. Он пострадал?» Только не мой Мэйвен.

«Нет, я не пострадал. Я освободился», — сказал глубокий голос, и я взвизгнула, увидев незнакомца, стоящего в коридоре, его внешность была скрыта тенями.

«Что происходит?» — я посмотрела на Кая; он скажет мне прямо.

Кай пожал плечами. «Это Мэйвен».

Я вдохнула, когда мужчина шагнул в свет. Его голубые глаза были того же оттенка, что и у моего лиса, а его золотые крылья и длинные белые волосы были сразу узнаваемы. Это был демон, который спас меня от падения насмерть.

«Ты». Слоан был на ногах, вставая между мной и Мэйвеном.

Он все еще Мэйвен?

«Да. Я. Можешь любезно отойти в сторону, чтобы я мог представиться своей внучке?»

«Твоей чему?» — пискнула я, явно ослышавшись. Медленная улыбка озарила рот пожилого мужчины, и за ним появилась Бабушка. «Бабушка?»

«Это правда, дитя. Этот мужчина — твой дедушка. Это долгая история», — ответила она, слегка поморщившись.

«Человек, который оставил тебя, когда ты была так близка к родам? Этот человек?» — потребовала я, скрестив руки. Я живо вспомнила выражение лица Бабушки, когда она рассказывала мне о нем.

Она, должно быть, увидела гнев, кипящий в моем выражении, потому что как раз когда я собиралась ударить этого парня по лицу, она встала между нами и начала тараторить без остановки.

«Сейдж, здесь гораздо больше, чем кто-либо из нас мог предположить. Похоже, мы все пешки на шахматной доске, а звезды управляют нашими ходами». Бабушка вздохнула, и я заметила, что она тоже выглядит измученной. Но она также выглядела... спокойной. Она получила ответы на что-то, что было огромной загадкой большую часть ее жизни.

Я подошла и обняла ее. «Я скучала по тебе, Бабушка. Так чертовски сильно».

«О, милое дитя. Я скучала по тебе еще больше. В этом я могу тебя заверить», — успокоила она, поглаживая меня по спине.

«Тебе нужно, чтобы я убила этого человека?» — прошептала я ей на ухо.

«Я слышал это», — проворчал Мэйвен — или, может быть, Рик?

«Я сама чуть не сделала это, когда пришла в себя после глупого обморока». Бабушка фыркнула, как будто это было неважно.

«Ты упала в обморок? Луной, Бабушка». Я снова потянулась к ней, готовая суетиться, но она отстранилась.

«Я в порядке, дитя. А теперь иди, познакомься с Риком». Она взяла меня за локоть и направила прямо к высокому демону.

«Ты демон... Как это возможно? Я думала, вы не можете легко размножаться, и все же, у вас вместе есть ребенок?» — спросила я смело. Если он собирался остаться, я не собиралась позволять ему снова обманывать мою бабушку.

«Действительно, я демон. Однако я был создан, а не рожден».

Брам чуть не поперхнулся, и я увидела несколько выражений шока на лицах остальных. Демон, который был создан?

«У меня есть некоторые теории, и я готов их обсудить», — сказал Рик, сложив руки перед грудью.

«Почему лис? Почему тогда? Почему ты никогда не раскрывал себя?» Вопросы лились один за другим, и я сделала глубокий вдох. Я хотела знать больше о том, как он стал демоном, но сначала мне нужно было знать, почему он расхаживал в моей жизни, как мой лучший друг, когда он не был животным.

«Я был лисом, потому что именно в это меня прокляли. Почему тогда? Ты имеешь в виду, почему я появился именно тогда?» — спросил он меня, и я кивнула. «Ах». Он издал глубокий смешок. «Честно говоря, я не уверен. Я сказал, что был проклят, но теперь я задаюсь вопросом, не было ли это просто частью неудачного эксперимента Азраэля. Поверь мне, я пытался превращаться годами. Каждый день, пробуя все, что мог придумать, и безрезультатно.

Все, что я знаю, это то, что когда я увидел, как ты перелетаешь через тот утес той ночью, я не смог остановиться. Прежде чем я успел рационально осознать, что я просто лис, я уже летел по воздуху. Прости, что у меня нет для тебя более конкретного ответа, но я благодарен, что был там и смог сделать то, что сделал».

Я изучала его лицо. Он был красив, и я могла заметить некоторое сходство между формой его носа и моей. Бабушка переминалась с ноги на ногу, наблюдая за нами. Я не хотела, чтобы ее сердце снова разбилось. Я всегда даю людям шанс; я не хотела быть слишком доверчивой здесь и позволить ковру выдернуть из-под меня. Кроме того, этот человек был моим лисом. Мэйвеном. Ворчливым маленьким пушистиком, который был источником безопасности и эмоциональной опоры в течение многих лет.

Я заставила себя улыбнуться. «Я тоже благодарна. Спасибо, что спас меня и что был рядом со мной все эти годы, даже если это был лис».

Он улыбнулся в ответ и кивнул мне, его щеки слегка порозовели от моих слов.

Кэм прочистил горло, разрывая момент и возвращая всех к делу. Он так хорошо справлялся с этим дерьмом. «Почему Азраэль сделал это с тобой? Без обид, но

почему он пошел именно за тобой?» Кэм также умел задавать трудные вопросы дипломатично. Он был большим, грубым...

«Прекрати эти мысли прямо сейчас, сладкая. Ты заставишь нас всех встать перед твоим дедушкой», — отчитал меня Фишер по связи.

«Ой, извини», — извинилась я, взглянув на Рыбку, но я видела, что все парни смотрели на меня, как на стейк. Мое лицо вспыхнуло, и я повернулась к Рику и Бабушке, уделяя им все свое внимание.

«Без обид. У меня было много времени, чтобы задаваться всеми этими вопросами, и приятно наконец иметь возможность говорить о вещах. Честно говоря, я думаю, он просто шел за мужчинами, у которых были эмоциональные связи с другими людьми, чтобы их можно было легко контролировать. У всей нашей команды были женщины или мужчины, которых они любили. У некоторых были дети. Тогда он использовал шпионов, чтобы высматривать потенциальные цели, как он делает сейчас с одаренными детьми. Он заманивал людей стабильной работой и отличной зарплатой. Работа была не сложной. Это был ручной труд на складе в Кингстауне — город недалеко отсюда».

Мои глаза сразу же метнулись к парням. Конечно, не может быть, чтобы это был тот же склад.

Похоже, эта история займет некоторое время, поэтому я указала на кресло, чтобы он присел. Бабушка села напротив него в другое свободное кресло. Диван был набит моими парнями, но именно Кэм взял меня за руку, усаживая к себе на колени. Видимо, он не слишком зол на меня...

«И что случилось дальше?» — спросил Фишер, подавшись вперед с нетерпением. Он был самым восторженным из моих мужчин, когда дело касалось новой информации. Он действительно наслаждался этим.

Рик прочистил горло. «Когда Азраэль узнал, что моя жена беременна, мне повысили зарплату. Я был в восторге. Ничто не было для меня важнее, чем обеспечить мою жену, и чувство, когда знаешь, что появится ребенок? Боги, я бы сделал для них что угодно. Для тебя, Бетти, детка», — сказал он Бабушке с влюбленными глазами. У меня в животе закололо при упоминании ребенка.

«Как только он понял, что тебе нужна работа, он убедился, что ты останешься сотрудником, чтобы он мог следить за тобой», — сказал Кэм, озвучивая свои мысли.

Рик кивнул. «Интересно, что он никогда не встречал мою Бетт. По крайней мере, он никогда не делал этого в той форме, которую принимал как мой работодатель. Что касается моего превращения в демона, я думаю, он подмешивал что-то в воду на работе — это единственное, что имеет смысл. Это не так, что он заставлял нас стоять в очереди на уколы. Я бы никогда не согласился на это. Только после того, как он захватил меня, у меня начали проявляться признаки изменений».

«Мне никогда не нравился этот человек. Истории, которые ты рассказывал мне о его поведении... Это было неправильно». Бабушка ударила кулаком по подлокотнику кресла, ее лицо покраснело.

«Но потом он проклял тебя?» — спросил Слоан, возвращая разговор к вещам, которые мы все жаждали узнать.

«Однажды ночью меня вызвали на работу. Бетт была на поздних сроках беременности, поэтому я не хотел оставлять ее, но он настаивал. Когда я добрался до офиса, он был там. Он быстро связал меня — его сила была за гранью, так что ему не составило труда справиться со мной, особенно потому, что он застал меня врасплох. Меня посадили в клетку и куда-то перевезли. Там были и другие, хотя я не могу сказать, сколько их было. Я не уверен, как долго я прожил в этой клетке, поддаваясь изменениям и испытаниям, пыткам, беспокоясь о моей Бетт и нашем ребенке, которого я так и не увидел. Но однажды ночью я почувствовал, как магия ударила по моему телу, как грузовик, и в течение нескольких минут я стоял на всех четырех лапах. Я не сомневался; я просто проскользнул сквозь прутья клетки и сбежал».

«Святое дерьмо», — пробормотал Кай.

Бабушка нервно сплела пальцы. «Так это было своего рода благословением, что ты превратился в лиса? Иначе ты бы не смог сбежать».

Лицо Рика потемнело. «Благословением? Конечно, если бы это было что-то, что я мог контролировать, переключаясь между формами. Как есть, я был человеком, запертым в теле лиса весом в пятнадцать фунтов почти пятьдесят лет. Когда я наконец нашел дорогу обратно в Изумрудные Озера — что заняло гораздо больше времени, чем я предполагал, потому что какой-то человек поймал меня, думая, что делает мне одолжение, отправив в заповедник дикой природы — мне пришлось жить так, наблюдая, как моя семья живет своей жизнью без меня. Даже не зная, что я здесь. Это было худшее из пыток».

Я смотрела, как лицо Бабушки побледнело от его слов, и она пискнула маленьким «Ох». Она вела себя странно.

Рик потянулся к ней, притягивая к себе. «Все в порядке, Бетти, детка. Мы снова вместе — это главное».

Мы поговорили еще немного, прежде чем все начали голодать. Кай приготовил мне домашнее пико-де-гайо и гуакамоле, и я с удовольствием это съела, прежде чем другие парни добрались до этого. К тому времени, как они закончили, ни одной чипсы не осталось.

Я сочувствовала Рику, правда. И Бабушке. Я не могла представить ту боль, через которую прошли они оба. Одна мысль об этом заставляла мое собственное сердце болеть.

Когда парни начали уничтожать чипсы и соус, я улизнула, чтобы позвонить Миранде. В последний раз, когда я видела ее, она была в такой боли и отчаянии из-за Энни, и мне было интересно, как у них сейчас дела.

«Сейдж?» — ответил маленький голосок Энни, и мои глаза защипало от слез.

«Привет, милая! Как дела?» — ответила я, сдерживая эмоции.

«Я в порядке! Мама отвела меня играть с Ребеккой и Джесс в парке сегодня. Было очень весело, пока Ребекка не перестала говорить о мальчике по имени Тайлер из класса. Фу», — простонала Энни, и я могла представить, как она драматично прикладывает руку ко лбу.

«Фу, действительно. Мальчики — это самое худшее».

«Кроме твоих мальчиков, тетя Сейдж. О, и Лохматого. Он выглядит ворчливым, но на самом деле он не такой», — тараторила Энни, и я услышала, как Миранда спрашивает, с кем она говорит. «Это тетя Сейдж. Ага. Ладно. Сейдж? Мне нужно идти. Вот мама».

Я услышала звук перекладывания и затем смешок Миранды. «Привет».

«Девочки в ее возрасте уже говорят о мальчиках? Мы так делали?» — спросила я ее, вспоминая, когда мы были маленькими девочками.

«Ну, мы нет, а вот Кэт — да. Помнишь?»

«О боже мой, я совсем забыла об этом. Записки от тайного поклонника. А потом тот мальчик запечатал их обратно и подложил в стол мистера Уэлча!» — я смеялась до слез, вспоминая, как он открывал записки в классе, его лицо становилось все краснее и краснее.

«Хорошие времена». Она смеялась вместе со мной, а затем мы обе замолчали.

«Как все?»

«Гораздо лучше. С Энни в безопасности я чувствую, что могу дышать и быть более-менее нормальной. Однако мне стало труднее засыпать. Я сплю в ее спальне. Я не хочу выпускать ее из виду, Сейдж. Я не могу снова через это пройти», — прошептала она, в ее голосе звучала срочность и паника.

«Ох, подруга, я знаю. Я не могу представить...» — я замолчала, думая о том, что теперь я несу ответственность за две жизни и сделаю все, чтобы защитить их.

«Кстати, Хол был невероятен. Я не знаю, почему — я была с ним довольно жестока, говорила ужасные вещи. Пыталась ударить его по яйцам».

Мои глаза вылезли из орбит. «Ты что?»

«Да, подруга, это было не лучшее время. Я не рекомендую пытаться сделать это с демоном, кстати. Это не было оценено», — серьезно сказала она, и я фыркнула.

«Я не думаю, что какой-либо мужчина оценит это», — возразила я. «Я рада, что ты нашла кого-то, на кого можно положиться».

«Он был очень заботлив по отношению к нам обоим. И он готовит. Готовит. Это как... кто этот мужчина? Мы еще не спали вместе, но я хочу».

«Фу. Он мой отец. Ты не можешь говорить мне это!»

«Что? — возмущенно спросила она. — Ты моя лучшая подруга. С кем еще я могу об этом поговорить?»

Я зажала нос. Она была права.

«Ладно, так почему ты еще... ну, знаешь?»

«Ну, я была не в себе некоторое время без Энни. До этого я не знала его достаточно, хотя я хотела узнать больше. Я просто не хотела затуманивать это сексом. А теперь, это как будто мужчина делает всю работу по дому и заботится о нас... это как медленное горение, тлеющая прелюдия», — тараторила Миранда, ее голос стал прерывистым.

«Мужчины, которые делают работу по дому, — это иголка в стоге сена. Боги, когда Кай готовит и носит этот фартук, я просто хочу наброситься на него», — добавила я в полном согласии.

«Да? Как, "о да, стирай эти вещи, большой мужчина. Жарь этот стейк, детка. Мни эту картошку!"»

Мы обе погрузились в истерический смех, пока я не схватилась за бок, слезы текли по моим щекам.

«Ты хочешь стейк и картошку на ужин?» — спросил глубокий голос по телефону, и Миранда пискнула от удивления. Моя рука прижалась к открытому рту, и я почувствовала, как мои щеки залились румянцем.

«Э-э... сколько ты слышал?» — спросила она Хола, пока я слушала, молча, как мышь.

«Достаточно», — промурлыкал он, и мои брови взлетели вверх. Девчачий смешок донесся до моих ушей, и я быстро попрощалась, отключив звонок, прежде чем услышать то, что никогда, никогда не хотела слышать. Или о чем думать. Фу.

Я откинулась на кровать, думая ни о чем и обо всем. Слоан и Энни были в безопасности. Мэйвен был не Мэйвеном, но у Бабушки снова был ее Рик. Кэм снова обрел своего брата. Я все еще не могла поверить, что у меня есть сестра... и что я скоро встречу ее. Надеюсь, она согласится переехать сюда. Это была еще одна эгоистичная вещь, которую сделала Лори, скрыв эту девочку, не дав ей узнать свою семью, и зачем? Чтобы использовать ее как пешку? Это было дерьмо, и это действительно меня злило. Я решила прямо сейчас, что сделаю все возможное, чтобы быть лучшей сестрой и помочь этой девочке делать все, что она захочет.

И дети. Девочки. Я положила руку на живот, удивленная, что он кажется твердым и слегка опухшим. Мои малышки.

Зевнув, я потянулась. Боже, я бы не отказалась от небольшого сна, что было смешно, потому что я не так уж долго не спала. Может быть, я уже чувствую ранние симптомы беременности? В этот момент мой желудок заурчал — тоже смешно, потому что я только что поела.

Дверь скрипнула, когда медленно открылась, и в проеме показалось красивое лицо Кая. «Привет, красивая Детка».

Я широко улыбнулась. «Привет, красивый Альфа».

Кай закрыл за собой дверь и лег, положив голову мне на колени. Мои руки нашли его волосы, как всегда, и он довольно заурчал, пока я массировала его кожу головы.

«Давай сделаем что-нибудь веселое сегодня вечером», — предложил он.

«Веселое? Например?»

«Хм, я не знаю. Что-то другое. Я думаю, нам нужно выбраться из дома». Он перевернулся на спину и посмотрел на меня.

«Я как раз хотела сходить в новый бар и гриль, который Мастер Руперт открыл в «Волшебных Палочках»?»

Кай оскалился. «Я за. Я так хотел туда попасть с тех пор, как Фишер рассказал мне о стене для лазания с членами!»

«О боги», — простонала я, притворяясь раздраженной.

УДИВИТЕЛЬНО, но все, казалось, были за и взволнованы идеей вечернего выхода. Я пригласила Бабушку и Рика, но она отказалась. Я не была уверена, как у них обстоят дела, но я была рада, что она хотя бы получила некоторые ответы.

Я сидела на переднем сиденье, пока Кэм вел машину. Мы были только вдвоем, так как остальные предпочли мотоциклы. Брам ехал на мотоцикле Кэма с Фарисом на пассажирском сиденье, и я могла только представить, какой разговор сейчас происходит.

«Ты прекрасно выглядишь, маленькая ведьма», — сказал Кэм, беря меня за руку.

«Спасибо. Ты выглядишь сексуально, в таком темном, убийственном стиле».

Он озорно улыбнулся и подмигнул. Его волосы были собраны в пучок на макушке, несколько прядей выбивались вокруг лица. Темные джинсы, ботинки и черная рубашка-поло завершали его образ. У меня потекли слюнки, когда я изучала его. Кэм был одним из самых горячих мужчин, которых я когда-либо видела. И одним из самых крупных. Его присутствие было не просто настроением, это было как целая собственность. Настолько сильная, что для ее удаления потребовался бы экзорцизм.

Кэм поерзал на сиденье, и я самодовольно улыбнулась. Я выбрала обтягивающие джинсы с высокой талией в сочетании с белой майкой с черным горошком. Я едва вырвалась из дома не трахнутой.

«Ты сердишься на меня?» — внезапно тихо спросила я, желая знать, где мы находимся.

Он взглянул на меня. «Я был. Я был в ярости».

Я кивнула. Это то, что я предполагала, так что это меня не удивило. «А сейчас нет?»

«Нет, детка. Я не в ярости. Не могу сказать, что я счастлив, но я понимаю, почему ты это сделала, но, черт возьми, неопределенность того, все ли с тобой в порядке? Это убивало меня», — проворчал он, проводя рукой по бороде.

«Мне жаль. Я просто не могла оставить его. Я люблю его».

Он протянул руку и взял мою в свою. «Я знаю, детка. Я тоже его люблю. Спасибо, что вернула его». Он поднес мою руку к своим губам и поцеловал костяшки. «Хотя я чуть не сломал ему лицо за то, что он сделал с тобой раньше».

Я прищурилась. «Это была не его вина».

«Тем не менее, это проблема, и нам придется найти решение. Я знаю, что он никогда бы не причинил тебе боль в здравом уме, но он пережил травму. Ему нужен терапевт; если бы мы все еще работали в «Радикал», его бы уже заставили. Слоан пережил достаточно в своей жизни — он заслуживает шанса на счастье». Кэм заехал на стоянку и припарковался у входа.

«Такой папочка», — пробормотала я, и он повернулся ко мне, притягивая ближе.

«Я покажу тебе папочку», — пригрозил он, его губы с жаром накрыли мои. Стон вырвался из меня, и он с жадностью проглотил его, его язык грабил мой рот, как будто он не мог насытиться. Когда я окончательно потеряла дыхание и была почти насквозь мокрой, он отстранился. «Я вылижу твою киску точно так же позже».

Мой рот открылся, и Кэм небрежно взял телефон из бардачка и выпрыгнул из машины.

Гребаный сексуальный, викинг-волосый, фантазийный, дьявольский член.

Я вышла из машины и увидела Рыбку с широко открытыми глазами. Он открыл дверь и помог мне выйти, очевидно, пытаясь не смеяться.

«Ты слышал это, да?» — спросила я, напоминая себе держать свои мысли взаперти. Особенно в отношении определенных вещей.

«Черт возьми, какое оскорбление. Хотя я подозреваю, что он воспримет все это заявление как комплимент. Мне особенно понравилась часть про дьявольский член». Фишер усмехнулся, когда мы подошли ко входу в «Волшебные Палочки».

«Заткнись», — прошипела я, смеясь под нос.

Рука Фишера скользнула мне на поясницу и продолжила опускаться, пока он не сжал горсть моей задницы. Я вздрогнула, взглянув на него. Это был не тот жест, который я ожидала бы от него, когда мы только встретились... но теперь так много изменилось.

«Я люблю, когда ты носишь такие джинсы», — сказал он, в его взгляде горел жар.

Лунные девы, я не знаю, что я буду делать с этими проходимцами.

«Не могу вас никуда взять, клянусь», — поддразнила я и быстро поцеловала его в пухлые губы.

«Вы двое собираетесь заходить или мы просто надеемся наесться по запаху еды?» — крикнул Слоан, и мы с Рыбкой виновато посмотрели друг на друга.

«Похоже, некоторые вещи никогда не меняются», — пробормотал он, ведя меня в здание.

«Он становится голодным и злым, как и я. Давайте поторопимся, прежде чем он драконит всех вокруг. Руперт убьет меня, если его гордость и радость будут разрушены».

Рука Фишера скользнула в мою, и мы последовали за остальными парнями мимо парадной лестницы к двойным дверям, ведущим в величественный бальный зал, который недавно был превращен в стейк-хаус. Легендарный бальный зал-дискотека и стрип-клуб все еще был наверху, в целости и сохранности. Это было просто новое приключение Руперта, и, судя по всему, в Изумрудных Озерах только об этом и говорили, пока мы были заняты борьбой со злом.

По комнате были стратегически расставлены круглые столы и большие деревянные кабинки вдоль стен. Ресторан был заполнен, и я улыбнулась при мысли о том, что Руперт становится еще более успешным. У всех есть мечты — иногда вам просто нужно следовать за ними и воплощать их в жизнь.

Брам отодвинул для меня стул в центре длинного стола, и я улыбнулась ему, садясь. Парни быстро заняли места, Брам сел с одной стороны, а Кай — с другой. Фарис, Слоан, Кэм и Фишер сели напротив. Мое сердце забилось быстрее, когда я

посмотрела на каждого из моих красивых парней. Они уже листали меню, обсуждая, что хотят поесть, и я вдруг поняла, что это наше первое групповое свидание. Это был первый раз, когда мы делали что-то, что делают нормальные пары.

В нормальной жизни не было бы ничего особенного в том, чтобы нарядиться и пойти поужинать и потанцевать. Проснуться рано утром в субботу, взять кофе и отправиться на фермерский рынок, или провести день, бродя по бесконечным тропам, вьющимся через Парк Перидота и дальше в холмистую местность.

Я хотела этих вещей. Жаждала их даже, и у меня был лишь этот очень маленький отрывок того, как это могло бы выглядеть. Мое зрение затуманилось от слез, и в полном единстве все мои мужчины посмотрели на меня.

«Что такое, Росток?» — мягко спросил Кай, его рука была на моем бедре.

Боги, они выглядели такими обеспокоенными. Мысль о том, что они переживают из-за моих слез, заставила меня задуматься, как все будет, когда здесь появятся девочки. Я фыркнула и рассмеялась. И смеялась все больше.

«О боги, извините. Правда, — сказала я, делая глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Я в порядке. Просто так счастлива». Я пыталась, правда пыталась держать себя в руках, но каким-то образом из моего горла вырвался сдавленный всхлип. Внезапно почувствовав себя подавленной, я закрыла лицо руками.

«Ой, Детка. Все в порядке». Брам обнял меня за плечи, и несколько слез скатились по моим щекам.

«Мы будем делать больше таких вещей, сладкая. Клянусь», — пообещал Рыбка, и я кивнула.

«Пожалуйста, не плачь, Рыжая. Я не вынесу этого», — прошептал Слоан, его голос был напряженным. Я схватила салфетку и прижала мягкую ткань к щекам, стараясь не испортить остатки макияжа.

«Здравствуйте и добро пожаловать в "Плиту". — Кай и Фарис подавили смех от нелепого названия. — Меня зовут Кейд, и я буду вашим официантом сегодня. Наши специальные предложения...»

«Абсолютно нет», — перебил официанта Брам.

«П-простите, сэр?»

«Ее». Брам указал через комнату на пожилую женщину, которую я узнала как Джоанну из «Ужина вовремя». «Мы хотим, чтобы она обслуживала нас».

«Брам», — отчитала я, глядя на Кэма за помощью, который посмотрел на Кейда, затем через плечо на Джоанну.

«Это все, Кейд. Спасибо», — сказал Кэм молодому человеку, и тот развернулся и ушел с опущенными плечами.

«Какого черта ты делаешь? Пытаешься уничтожить самооценку этого бедного мальчика? Вы все извинитесь перед ним, прежде чем мы уйдем, и оставите огромные чаевые», — возмутилась я.

«Мне не понравился его вид. Хорошее решение, мальчики», — вставил Фарис.

«Его вид? Мы что, в девятнадцатом веке?» Я вскинула руки. Что здесь происходит? Счастливая, плачущая, злая... о. Детка. Младенцы.

«Джоанна! Давно не виделись. Как дела, куколка? Новая работа?» — Кай поприветствовал женщину, и я обуздала свое дикое настроение.

«Привет, Кай, — сказала она, а затем кивнула мне. — Привет, Сейдж». Джоанна тепло улыбнулась, и я почувствовала, как расслабляюсь, отвечая на улыбку. «Да, мне нужно было устроиться на работу, чтобы немного подзаработать, так что я здесь».

Мы немного поболтали, прежде чем она приняла наши заказы на напитки. Парни заказали смесь пива и крепкого алкоголя, поэтому, когда я заказала диетическую докторскую пепси, я удостоилась нескольких любопытных взглядов.

«Вы готовы заказать еду или хотите сделать это, когда я вернусь с напитками?» — вежливо спросила Джоанна, и я поняла, что даже не взглянула на меню.

«Мы будем готовы, когда ты вернешься», — сказал Фишер, усмехаясь тому, как я начала лихорадочно просматривать меню. Джоанна исчезла за барной стойкой, и мы все определились с заказом.

Я взглянула на Фариса, который с пристальным вниманием смотрел на свой стейк-нож. «Фарис, ты увидел что-то, что хотел бы попробовать?»

Его глаза встретились с моими. «Я собираюсь спросить насчет пасты».

Брам фыркнул. «Конечно. А как насчет очень редкого стейка?»

«Я не хочу заказывать целый стейк. Что, если он мне не понравится?» — спросил Фарис, выглядя немного напряженным.

Лицо Брама смягчилось, он тоже уловил дискомфорт Фариса. «Я собирался заказать огромный стейк, и я всегда беру редкий. Ты все еще можешь заказать свою пасту и попробовать мой стейк, если хочешь?» — предложил он, и Фарис кивнул.

Это была одна из тех вещей, которые я любила в своих парнях. Они были так чутки и сострадательны друг к другу; мне нравилось видеть это.

«Чему ты улыбаешься, сладкая?» — спросил Фишер.

Я оглядела каждого из моих мужчин. «Мне просто нравится, как мы все вместе. Та любовь, которую вы испытываете друг к другу, делает меня такой счастливой». Мне также нравилось видеть их вместе. Прикасающихся. Целующихся. Мои щеки залились румянцем, и Фишер тихо застонал.

Глаза Слоана сузились на мне. «О чем ты думаешь, котенок?»

Все глаза были на мне, и я заерзала на стуле. «Ни о чем», — солгала я.

Брам усмехнулся. «Ты думаешь о нас голыми, не так ли?»

«Она точно думает», — поддразнил Кай.

«Вместе. Она думала о нас голыми. Вместе», — подсказал Рыбка, и я притворилась возмущенной, что он выдал мои секреты. Но это не было секретом.

Фарис драматично ахнул и подмигнул мне, высовывая свой пирсинг в языке между пухлыми губами.

«Ладно. Да, я признаю. — Я понизила голос до шепота. — Это просто так горячо. Горячее всего, что я когда-либо видела. Так что, пожалуйста, если вы хотите сделать что-то подобное, просто следуйте туда, куда ведут ваши члены».

Кэм расхохотался, и остальные присоединились. «Ты поощряешь нас спать вместе?» — спросил он, когда успокоился.

Я пожала плечами. «Пока мы верны людям за этим столом, я не вижу в этом проблемы». Судя по количеству ерзаний на стульях и незаметных рук, скользнувших под стол, у них тоже не было проблем с этим. Я улыбнулась и развернула салфетку. Служит им правильно, пытаясь завести меня.

Джоанна вернулась с нашими напитками в этот момент, и мы сделали заказ.

«Хорошая идея — вытащить нас из дома, Рыжая». Слоан поднял свой бокал за меня и сделал маленький глоток.

«Ну, это была не только моя идея, — ответила я, разглаживая рубашку. — Это была идея Кая».

Следующие пятнадцать минут мы говорили и смеялись. Ароматы жареного мяса и чеснока разносились по открытому залу, и я была уверена, что мы все готовы наброситься на еду, как только Джоанна и другой официант появятся с нашими заказами.

«Наслаждайтесь», — сказала она нам с улыбкой, убедившись, что нам больше ничего не нужно.

«Выглядит просто офигенно», — весело сказал Кай, осматривая свой рибай. Парни предупреждали меня, что он может быть немного придирчивым к еде, когда ест вне дома, чему он с радостью признался.

Я уставилась на свою тарелку. Я тоже заказала рибай с печеной картошкой и грилем из спаржи. Запах чего-то ужасного ударил меня по лицу, как пощечина, и я почувствовала, как побледнела. «Что это за запах?» — процедила я, пытаясь дышать через рот.

«Я заказал брокколи с начинкой — может быть, это оно?» — спросил Кэм, указывая вилкой на кучу зелени, щедро покрытой расплавленным сыром. Я схватила бокал с диетической докторской пепси и сделала глоток.

«Ты в порядке, сладкая? Ты была... немного не в духе сегодня вечером», — осторожно спросил Рыбка, как будто имел дело с бомбой замедленного действия. Я полагаю, в некотором смысле, так оно и было.

«Да, — вздохнула я. — Прости. Просто много всего произошло. Мне нужно просто насладиться вечером с моими мужчинами».

«Я согласен с этим заявлением, Детка. Позволь нам позаботиться о тебе и показать тебе хороший вечер». Брам отрезал кусок своего стейка, как раз когда я взглянула, и я заметила кусочек сырого мяса.

«О боги, извините меня на минуту». Я резко встала, чуть не опрокинув стул в спешке добраться до туалета. Я не оглядывалась, чтобы увидеть, идет ли кто-то за мной; я знала, что хотя бы один из них последует. Я обеими руками толкнула дверь в женскую комнату и направилась к самой большой кабинке как раз вовремя.

Жестокий. Это было лучшее слово для описания того, что произошло в той кабинке. Меня никогда так сильно не тошнило в моей жизни.

«Росток?»

«Ммм? Здесь. Одну секунду», — выдохнула я, хватая туалетную бумагу и вытирая рот. Смыв все, я вышла из кабинки и увидела Кая, прислонившегося к стене у раковины.

«Что происходит, Детка? И не говори, что ничего, потому что я знаю, что что-то есть», — твердо сказал он. Я не ответила, сосредоточившись на мытье рук. Он протянул мне бумажное полотенце, когда я закончила, и приподнял брови с ожидающим видом.

«Давай вернемся за стол», — мягко сказала я.

Он прищурился, оценивая меня. Его взгляд начал скользить по моему телу, и мне нужно было остановить это, прежде чем он догадается, что на самом деле происходит. Я хотела рассказать им всем вместе.

«Ты только что блевала здесь как ненормальная. Ты не вернешься за стол — я отвезу тебя домой», — сообщил мне Кай, беря меня за руку и открывая дверь.

«Что? Нет. Я в порядке. Мне уже намного лучше», — выпалила я, слова вылетали быстро.

«Мы можем попробовать снова скоро. Ты явно заболеваешь, и Альфа во мне настаивает, чтобы я отвез тебя домой, уложил в постель и позаботился обо всем, что тебе может понадобиться. Так что, пожалуйста, Детка. Пойдем домой», — сказал он, беря мою руку и прикладывая к своему сердцу.

Я не хотела причинять ему боль. Или кому-либо из них, когда-либо. У каждого из нас разные желания, надежды и порывы — вещи, которые делают нас теми, кто мы есть. Для Кая забота о его паре, когда она плохо себя чувствует, была чем-то, что стояло на первом месте в списке его потребностей.

«А как же еда? Остальные?» — спросила я, уже смирившись с тем, что уйду.

«Они сейчас упаковывают все в коробки. Мы устроим пикник дома, в гостиной. Как тебе такой вариант?» — спросил Кай с маленькой улыбкой на губах.

«Это на самом деле звучит очень приятно». — Я вздохнула, даря ему в ответ слабую улыбку.

Парни были все на взводе. Я чувствовала, как каждый из них наблюдает за мной, пока мы собирали наши вещи в ресторане и направлялись на улицу. Кай отвез меня домой на машине, а Кэм отогнал мотоцикл Кая обратно. Слоан был приклеен ко мне с того момента, как я вышла из туалета в ресторане, а затем, когда мы вернулись домой, он открыл мою дверцу и проводил меня в дом. Убедившись, что я уютно устроилась в углу дивана с пледом, он исчез на кухне. Я протестовала, когда он загнал меня сюда, говоря, что мне нужно взять свою еду, но Слоан не слушал.

Фарис сразу же вошел и теперь прижимался ко мне.

«Ты в итоге попробовал стейк Брама?» — спросила я его, переплетая наши пальцы.

Он покачал головой, вздохнув. «Нет. Мы все были очень обеспокоены, Светлячок».

«Мне жаль, — пробормотала я. — У нас есть одно групповое свидание среди всего этого дерьма, и...»

«Эй, эй, без этого», — отчитал Рыбка, присоединяясь к нам на диване. Он протянул мне стакан воды, который я сразу поднесла к губам, пока он ставил свою тарелку на журнальный столик. «Слоан просто режет твой стейк, так что это займет секунду».

Я поперхнулась, маленькие струйки воды потекли по моему подбородку, пока я проглатывала и кашляла несколько раз. Мой милый Гадюка принялся массировать мою спину, пока я не пришла в себя. «Прости, ты сказал, что Слоан режет мой стейк?»

Фиш одарил меня улыбкой. «Да, именно это я и сказал. Он как новый человек».

«Не давайте Слоани Балони слишком много кредитов. Ему пришлось играть в камень, ножницы, бумагу и со мной, и с Кэмом, чтобы получить эту честь», — объявил Кай, двигаясь по комнате с той грацией, которая была присуща только ему.

Как раз в этот момент к нам присоединились Брам, Кэм и Слоан.

«Держи, детка», — сказал Кэм, ставя мою тарелку на колени и быстро целуя меня в лоб.

«Спасибо», — ответила я, улыбаясь моему огромному светловолосому парню. Звездами, он был чертовски сексуален. Я видела, как его глаза потемнели, словно он знал, о чем я думаю.

«Детка, я подумал, что, возможно, спаржа вызвала твое недомогание раньше. Она сильно пахла, поэтому я попросил Джоанну упаковать и салат. Если ты предпочтешь его вместо этого, просто скажи слово», — небрежно объяснил Брам, как будто такой уровень внимательности был обычным делом для любой женщины.

«Энергия папочки», — объявил Фарис, закидывая руку на спинку дивана. Я откинула голову назад и рассмеялась, потому что он был так прав.

«Похоже, у тебя появилась конкуренция, Громовой Папочка», — поддразнил Кай, подмигнув Кэму.

«Ну, вы все скоро станете папочками, так что не дразните его слишком сильно», — сказала я, откусывая кусочек картошки, а затем подняла глаза, когда все звуки поддразнивания и шуток прекратились. Вдруг стало так тихо, что я слышала сверчков снаружи. Буквальных сверчков.

«Прости, что ты только что сказала?» — спросил Фишер, его рот был слегка приоткрыт.

Сын шлюхи. Мои щеки залились румянцем, когда я оглядела комнату, и на каждом лице застыл спектр эмоций, от шока до надежды и страха.

«О боже мой, ты беременна?» — слова Кэма вырвались резким, сдавленным голосом. Он поставил свою тарелку на стол и втиснулся на пол рядом со мной, его руки были на моих бедрах. «Это правда, маленькая ведьма?» Его изумрудно-зеленые глаза сияли любовью и слезами. Когда я кивнула, он зарылся лицом в мои колени, его плечи дрожали.

«У меня будет детеныш? Святое дерьмо, где мы будем его держать?» — прошептал Кай.

«Сладкая, это потрясающе. Я так тебя люблю», — пропел Фишер, протягивая руку к моей.

«Нам нужно немедленно составить список. О, реестр. Вот что нам нужно. Я сейчас открою Таргет. Моя сестра всегда хвалила их детский отдел», — затараторил Кай, вскакивая и расхаживая, нажимая на своем телефоне.

«Детка, — хрипло сказал Брам, вытирая щеку. — Когда ты узнала?» Он и Слоан стояли, Кай расхаживал между ними.

«Только пару дней назад», — солгала я. Технически я подозревала с тех пор, как нашла рисунок в сгоревшем доме Миранды, но я считала разговор с Вейрином официальным моментом.

«Я хочу принимать роды», — вставил Фарис, и Слоан быстро убил эту идею.

Я приподняла брови. Прости, мистер, но я думаю, у нас будет разговор по этому поводу.

Все теперь говорили, еда была забыта. Я провела рукой по волосам Кэма. Он до сих пор не отрывался от моих колен, и я не хотела его торопить.

Я не была уверена, какой реакции ожидала от них, но я еще не раскрыла самую важную часть. В разговоре наконец наступил перерыв, и я прочистила горло.

«Их двое. Младенцы. У нас будут близнецы».