Перебирая старые вещи, я сортирую их по принципу, наверное, самому беспринципному из принципов — по степени «протыкаемости» большого мусорного мешка. Потому что некоторые старые вещи угловаты и не хотят укладываться в полиэтиленовый мешок для мусора. Они сопротивляются из последних сил, пытаясь доказать свою полезность в «прекрасной будущей жизни», протыкая мешок своими острыми углами. Их искренне жалко, я подолгу держу каждую из них в руке.

Но чем дольше я смотрю на ту или иную старую вещь, тем все больше понимаю, что срок моей оставшейся жизни измерен гораздо менее продолжительным отрезком, чем жизнь этих старых вещей, которые я вряд ли уже успею хоть раз употребить.

И тогда на помощь мне приходят старые вещи, которые можно проложить по бокам полиэтиленового мешка: тряпки, разные коврики — они создавали уют своим хозяевам раньше. И теперь, провожая угловатые вещи в последний путь, они напоследок оказывают мне свою добрую и неоценимую услугу.