Кейт проснулась после беспокойной ночи, ворочаясь и вздыхая в темноте. Необычные настенные часы, которые, казалось, светились сами по себе, показывали, что уже больше восьми. Для подъема это было возмутительно поздно. Она быстро нашла подходящую одежду среди множества нарядов в шкафу, на каждом из которых были бирки от портного. Ей стало немного легче от мысли, что она не просто очередная владелица этих модных нарядов.

Спустившись вниз, Кейт почувствовала запах кофе и каши и зашла на кухню.

— Доброе утро, мистер Арчер. О. — Кейт посмотрела на невысокого коренастого мужчину, который помешивал что-то в кастрюле на плите. Она видела его в поместье виконта Джиллингема, где он сражался бок о бок с Саймоном, но ни разу с ним не разговаривала. — Мне жаль. Я думала, вы мистер Арчер.

Мужчина удивленно приподнял бровь. Казалось, его совершенно не смутил вид женщины, спускающейся по лестнице утром. Очевидно, он уже поговорил с Саймоном о сложившейся ситуации. С надеждой.

— Хорошо выспался? Я взял на себя смелость приготовить завтрак. Меня зовут Ник Баркер. Я… коллега Саймона. — Он протянул ей чашку из тонкого костяного фарфора. — Он вышел. — Он кивнул на кофейник на плите и продолжил помешивать кофе.

— Без меня? — Она выругалась себе под нос, ловко поймав чашку.

Ник усмехнулся, словно вспомнив о чем-то.

— Он выглядел встревоженным. — Он указал подбородком на кофейник на плите и продолжил помешивать кофе.

Она налила себе чашку.

— Так вы еще и готовите?

— Еще и готовлю? — Ник рассмеялся, но без особого веселья. — Саймон любит рассказывать свою старую байку о том, что он шеф-повар.

Кейт неловко ухмыльнулась, а Ник продолжал посмеиваться.

— Его представление о кулинарии заключается в том, что он досконально изучил поваров в лучших лондонских клубах. Оставшись один, Саймон не смог бы поджарить даже селедку.

Кейт начала накрывать на стол. Она заметила, как Ник бросил на нее суровый взгляд, наблюдая за тем, как легко она передвигается по его кухне.

— Чувствуй себя как дома, — пробормотал он.

— Простите, мистер Баркер. Вы из тех холостяков, которых оскорбляет любая помощь со стороны женщины?

— Меня мало что может оскорбить. — Тем не менее его тон был настороженным.

В этот момент Кейт услышала, как хлопнула входная дверь. Она быстро пошла в прихожую и увидела Саймона, который бросал шляпу на стол.

— Что вы нашли? — воскликнула Кейт, и интерес к его находкам перевесил ее досаду из-за того, что ее не позвали.

— Я снова ходил в "Меркурий" и "Булвар". Я поговорил с несколькими слугами и постояльцами в надежде получить дополнительную информацию о полковнике Хибберте или найти кого-то, кто недавно видел Имоджен. В "Булваре" был один человек, который видел довольно крупную блондинку. По его словам, она была похожа на мужчину. Позже он услышал шум в комнате полковника.

— Хибберта убила женщина? — предположила Кейт. — Ссора на почве ревности? А как же оборотень?

— Свидетель был пьян. Его показания нельзя считать достоверными.

— Что нам теперь делать?

— Давайте пройдем в гостиную и обсудим это. — Саймон провел ее в залитую солнцем комнату, обставленную в очень мужском стиле. Здесь царил домашний уют, пахло кожей и деревом. Обстановка была слегка небрежной. Повсюду книги. В разных местах сложены использованные тарелки. На углах столов и письменных столов — кучки сгоревшего табака, высыпавшегося из трубок.

— Прошу прощения за беспорядок в доме. Я принесу кофе. — Саймон подошел к двери гостиной. — Ник! Кофе!

Из глубины дома донеслось невнятное ругательство.

Саймон без особого энтузиазма начал наводить порядок в комнате: складывал маленькие стопки книг в большие, сметал пепел от трубок со стола на пол.

Кейт раздвинула прозрачные занавески, чтобы выглянуть на улицу, и вздрогнула, увидев на кирпичном подоконнике рыжую кошку, которая странно смотрела на нее.

— Мистер Арчер, пожалуйста, не надо. Теперь уборка кажется бессмысленной. Что будем делать дальше?

— Конечно. — Он бросил стопку книг, которую держал в руках, и вытер руки о брюки. — Есть кое-что, о чем нам следует знать. Возможно, полиция захочет расспросить нас о смерти полковника Хибберта.

— Почему? Откуда полиция узнала, что мы там были?

— Они не знают или не должны знать. И я подозреваю, что они не станут тратить много сил на такого человека, как он. Однако если им удастся связать Хибберта с Имоджен Анструтер, это выведет их на вас.

Она кивнула, досадуя, что не подумала об этом раньше.

— Что мы им скажем?

— Правду, конечно.

— Всю правду? — Она с сомнением посмотрела на него, скрестив руки на груди.

— Не всю правду. — Саймон рассмеялся и подошёл к Кейт. — Вся правда редко бывает нужна, именно поэтому я замел следы оборотня на месте преступления. Нет смысла загадывать ребятам из Скотленд-Ярда слишком сложную загадку. Мне также нужны туфли, в которых вы были вчера вечером, чтобы я мог их уничтожить. Пятна крови и всё такое. — Он открыл окно, и кот запрыгнул в комнату. — Не волнуйтесь, мы придумаем правдоподобную историю до того, как она нам понадобится.

— Не думала, что ты любишь кошек. — Кейт наблюдала, как животное бежит по коридору.

— Ну, он бывший хозяин этого дома, — загадочно ответил Саймон. — И он отказывается уходить.

В дверь постучали, и Саймон вздрогнул.

— Посетитель. Это необычно. На самом деле почти невозможно.

— Это полиция? — Глаза Кейт расширились. — Ты же говорил, что дом защищён.

Саймон вышел в коридор, где появился Ник. Оба выглядели встревоженными.

— Вы кого-то ждёте?

— Нет. А вы?

Мужчины медленно направились к входной двери. Ник стоял в стороне, и его рука начала мерцать слабыми вспышками молний. Саймон достал трость из плетеной корзины в виде кобры и обнажил шпагу.

Кейт услышала легкий треск и поняла, что это сжимаются ее кулаки.

Саймон коснулся панели на двери, и она стала прозрачной. Он от неожиданности отпрянул. Ник заметил его реакцию и наклонился, чтобы выглянуть.

— Кто это, черт возьми? — спросил Ник.

— Понятия не имею, как он нас нашел. — Саймон опустил шпагу и распахнул дверь. — Доброе утро, Хогарт.

— Сэр. — Массивный слуга Анструтеров спокойно стоял на крыльце, глядя на узкое лезвие в руке Саймона. — Мисс Анструтер здесь?

— Хогарт! — Кейт бросилась вперед, прежде чем Саймон успел ответить. — Что случилось? Ты что-нибудь слышал об Имоджен? — Ее вопросы звучали отчаянно.

— Мисс Имоджен нашлась, мэм.

Кейт не понравилось ни то, как он это сказал, ни его настороженный тон.

— Где она?

На противоположном от Вестминстера берегу Темзы, в районе Ламбет, стоял беспорядочно застроенный особняк в георгианском стиле, известный как Вифлеемская больница, которую часто называли просто Бедламом. Это было, пожалуй, самое известное медицинское учреждение во всем городе, и самое пугающее. Вежливые горожане цокали языками и отдавали должное прогрессивной концепции христианской доброты и научного подхода к лечению пациентов. Но чаще всего они с содроганием думали о безумцах с дикими глазами, кричащих в холодных мрачных подвалах Бедлама. И молились, чтобы это никогда не коснулось их самих.

Кейт чувствовала, что ужасно бледна, пока шла за санитаром в белом халате по просторному главному залу. Саймон и Хогарт шли следом, и их шаги успокаивали. К счастью, вокруг не было ни одного пациента, пускающего слюни и бессвязно бормочущего что-то себе под нос. В воздухе витал тошнотворный запах пота и каких-то химикатов. Медсестры и врачи в длинных халатах, хорошо одетые и серьезные, сочувственно кивали.

Санитар открыл дверь и отошел в сторону.

— Доктор Уайт вас примет.

Они вошли в просторный кабинет, и Кейт увидела пожилого мужчину за дальним столом. Его освещал яркий свет, льющийся из окон позади него. Он быстро встал и подошел к ним, вежливо застегивая пиджак. Он был седовласым, но двигался энергично. Сосредоточенный на своих мыслях, он взял руку Кейт обеими своими массивными ладонями.

— Мисс Анструтер, спасибо, что так быстро пришли. — Его голос был глубоким и успокаивающим.

— Как моя сестра?

— Пожалуйста, присаживайтесь. — Доктор Уайт указал ей на мягкое кожаное кресло, одно из нескольких в углу кабинета.

— Спасибо. Доктор, позвольте представить вам моего друга, мистера Саймона Арчера.

Доктор Уайт пожал Саймону руку.

— Мистер Арчер, мы с вами уже однажды встречались.

— Припоминаю. Три года назад на балу Королевского общества в память о сэре Джозефе Бэнксе.

— У вас феноменальная память, сэр. Кажется, в тот вечер вы ухаживали за недавно овдовевшей леди Хаусворт. Очень любезно с вашей стороны поддержать ее в горе.

Кейт взглянула на Саймона, но тот никак не отреагировал на этот комментарий, лишь поджал губы.

Доктор Уайт сверился с золотыми часами, висевшими на сверкающей цепочке на его жилете. Он взял со стола коричневую папку и сел напротив Кейт.

— Я знаю, что вы встревожены, мисс Анструтер. Это вполне объяснимо. Позвольте мне рассказать вам все, что мне известно.

Доктор достал из кармана очки и водрузил их на нос. Он открыл папку и пролистал несколько листов с мелко исписанными заметками.

— Итак, ваша сестра была замечена на улицах Вестминстера две ночи назад в состоянии сильного возбуждения и помрачения рассудка. Такое случается с некоторыми людьми, но наблюдателям было ясно, что ваша сестра, женщина благородного происхождения, а не какая-нибудь пьяная бродяжка. К ней подошел констебль и заметил, что она не в состоянии адекватно объяснить, что с ней происходит, и ведет себя агрессивно и опасно. Поскольку это не было очевидным следствием употребления алкоголя или наркотиков, констебль доставил ее сюда. Ее осмотрел и допросил один из наших врачей. В момент просветления она заявила, что является дочерью сэра Роланда Анструтера. После этого меня вызвали на консультацию, поскольку я видел обеих его дочерей на различных мероприятиях, и я подтвердил, что она младшая дочь сэра Роланда. — Он отложил бумаги в сторону. — Затем я отправил сообщение в Хартли-Холл, и вот вы здесь.

— Что с ней не так? — спросила Кейт.

— Честно говоря, не знаю. Но позвольте вас предупредить: психические расстройства не так просты, как физические недуги. Тем не менее у меня не было возможности сделать что-то большее, чем беглое наблюдение. К тому же она постоянно находится под действием сильных успокоительных, чтобы сдерживать её неадекватное поведение.

— Она упоминала человека по имени Хибберт? — спросила Кейт.

Доктор Уайт на несколько секунд уткнулся в свои записи.

— Нет. Он был для нее кем-то важным?

— Был.

Доктор неловко покосился на Саймона.

— Могу я говорить с вами откровенно, мисс Анструтер?

— Да, — ответила Кейт. — Вы можете говорить что угодно в присутствии любого из нас.

Он понизил голос.

— Осмотр вашей сестры дает мне основания полагать, что с ней жестоко обращался какой-то мужчина. Мне очень жаль, что приходится вам это говорить.

Кейт вцепилась в подлокотники кресла, едва сдерживаясь, чтобы не разорвать их.

— Может ли это насилие объяснить ее тяжелое состояние?

Доктор Уайт снял очки и задумчиво покрутил их в руках.

— Я не уверен. Несмотря на наше стремление классифицировать все формы жизни, человеческий разум сопротивляется самым изощренным научным методам. Каждый человек, уникальная личность со своими неповторимыми реакциями на эмоциональные потрясения. Мисс Анструтер, вы бы назвали свою сестру здравомыслящей молодой женщиной?

Кейт уверенно посмотрела вниз, а затем снова подняла глаза. "

— Да. Как обычно. — Доктор Уайт сделал паузу, чтобы поправить галстук. — Я бы посоветовал вам забрать сестру домой.

Кейт заметно расслабилась.

— Спасибо, доктор. Значит, вы считаете, что с ней все будет в порядке, когда мы заберем ее домой?

— Я не могу этого утверждать, но настоятельно рекомендую вам в обозримом будущем держать ее дома. Нормальная обстановка пойдет ей на пользу. И, честно говоря, женщине ее положения и происхождения не место здесь. Мне удалось сохранить в тайне ее личность, чтобы снизить вероятность того, что общественность узнает о том, что дочь сэра Роланда Анструтера какое-то время находилась в нашем учреждении. Я хочу любой ценой свести к минимуму вероятность скандала. Я изъял все документы, которые были заполнены при ее поступлении. С этого момента ее здесь не было.

— Спасибо, доктор Уайт.

— Я дам вам сильнодействующий опиоидный настой, который поможет вам успокоить ее. Боюсь, я не могу дать вам особых надежд на ее выздоровление, но я не хочу лишать вас надежды.

Кейт воскликнула:

— Не слишком ли это радикально?

— Я понимаю ваше беспокойство, но помните, что вы ее не видели. Я не знаю, как она вела себя раньше, но могу лишь предположить, что она не была в таком состоянии, как сейчас. — Он пристально посмотрел на Кейт. — Вы ведь не держали ее взаперти?

— Нет, конечно нет.

Доктор Уайт надел очки и странно, неуместно улыбнулся.

— Что ж, теперь будете.