Ратмановка встретила нас ярким солнцем, звонкой капелью и порывистым ветром.
Я ехала вместе с Романом. За все время пути мы не обмолвились ни словом.
Он делал вид, что внимательно следил за дорогой, а я, удобно устроившись на заднем сиденье, смотрела на проносящийся мимо пейзаж за окном и предавалась невеселым размышлениям.
И надо же было Динаре предложить мне за завтраком ехать в машине вместе с Романом!
— Зачем? — удивилась я. — Меня вполне в Мицубиси устраивает.
Динара замялась и скосила глаза на Романа.
— Как-то неудобно, что он один едет, — прошептала она чуть слышно.
— Меня он не просил составить ему компанию, — ответила я резче, чем требовалось. — А потом, я не могу оставить наших китайских гостей.
Роман допил кофе и распорядился:
— Пусть Динара практикуется в китайском разговорном. А вы поедете со мной, Варвара Максимовна.
Возразить я не посмела.
Автомобиль плавно затормозил у уютного административного здания производственной базы.
— Давай дождемся наших, — прервал Роман напряженное молчание и вышел из машины.
Я кивнула и вышла следом, на ходу застегивая пальто и зябко ежась от пронизывающего ветра.
— Кстати, — произнес он, не отрывая взгляда от дороги, — не затягивай экскурсию для китайских коллег. У них природная любознательность и въедливость, но на все должен быть выставлен жесткий регламент. Я дополнительно переговорю с главным инженером мастерских.
— Хорошо, постараюсь.
Ладонь Романа легла мне на талию, подталкивая к входу в административное здание. Я замерла.
— Не стой на ветру, простудишься. Иди, я их один подожду.
От мягкой интонации его голоса у меня перехватило дыхание.
«Сейчас попрошу у него прощения. И… приглашу на выходные в гости. Кирюша с Дениской будут на седьмом небе от радости. Мама испечет пирог. А потом все вместе куда-нибудь сходим»
— Ты хочешь что-то сказать? — спросил Роман и осторожно заправил мне под шапочку выбившуюся прядь волос.
— Да, — выдохнула, словно перед прыжком в холодную воду.
И тут в моем кармане зазвонил телефон.
«Не возьму трубку, потом перезвоню» — подумала с отчаянием, не в силах вынырнуть из колдовского омута ярко-синих глаз.
— У тебя звонит телефон. Ответь. — Роман тактично отошел.
Пришлось доставать мобильник. Звонил Вячеслав Иванович, владелец фирмы, где работали Артем с Никой.
Я быстро зашла в коридор здания и встала возле окна.
— Варвара? Доброе утро.
— Здравствуйте, Вячеслав Иванович.
— Три дня назад вызвал на разговор вашего мужа. К сожалению, у нас разный подход к семейным ценностям.
— Не уверена, что они для него вообще существуют.
— Я сказал прямо, что если он намерен работать в фирме, ему придется пересмотреть взгляды на брак и связанные ним обязательства. Тем более, я не потерплю адюльтера между работниками. Иначе увольнение гарантировано.
— Спасибо огромное за поддержку! Все-таки справедливость существует.
— Всего доброго, Варвара. Все у вас наладится, вот увидите. — В трубку понеслись короткие гудки отбоя.
— Надеюсь, — пробормотала себе под нос, приложила лоб к холодному стеклу и посмотрела в окно.
К административному зданию, посверкивая тонированными стеклами, медленно подъезжал наш микроавтобус. Стоящие возле крыльца Роман и главный инженер производства Максим двинулись в его сторону.
Что ж, пора приступать к работе. Задача передо мной стояла не из легких. Потому что усмирить китайских гостей в их дотошности было непросто.
— Друзья, экскурсию завершаем! — с учтивой улыбкой обратился Генеральный к китайским партнерам. — Нас ждут с обедом, и потом, мы должны успеть вернуться в областной центр пока совсем не стемнело.
Даже не верилось, что экскурсия позади!
Я дрожащей рукой промокнула бумажным платочком покрывшийся испариной лоб. Ноги гудели от усталости, от шума работающих станков и механизмов раскалывалась голова.
Нашла взглядом Динару. Она стояла рядом с Михаилом и что-то говорила ему, с улыбкой заглядывая в глаза.
Я вздохнула.
Динара находилась сейчас в каком-то своем мире, и достучаться до нее оказалось невозможным. На просьбу заменить меня, чтобы хотя бы немного дать отдых голосовым связкам, она ответила отказом. Быстрый перевод ей пока не давался, видите ли, и она не хочет доставлять китайским коллегам неудобства!
Говорилось мне все это с глупой улыбкой и не отрывающимся взглядом от лица Михаила.
По мне, это был перебор. Но читать ей нотацию я не собиралась. Не то место и время.
— Прошу всех пройти в административное здание на обед! — громко позвал Максим, а я сипло перевела приглашение на китайский.
Скорей бы домой!
Теперь я радовалась, что поеду в машине Романа в тишине и спокойствии. Пусть Динара сама с переводом отдувается. Ехать долго, вот и будет ей языковая практика!
Вот и все, конец командировке. Как же я устала!
Буквально рухнула на заднее сиденье и, почувствовав, что машина тронулась, моментально отключилась…
— Варя, просыпайся, мы уже в городе, — буквально через пару минут, как мне показалось, донесся до меня голос Романа.
Я открыла глаза. За стеклом в сгущающихся сумерках проплывали городские огни, мелькали яркие строки бегущей рекламы, мимо с шумом проносились обгонявшие нас машины…
Вот и приехали.
Достала из кармана телефон, чтобы посмотреть время. Ничего себе, два часа в дороге!
Роман включил салонный свет. Наверное, решил, что хочу «покопаться» в соцсетях. Но я смотрела на его усталое лицо, отражавшееся в зеркале заднего вида, и виновато думала о том, что так и не объяснилась с ним. Не извинилась. Не пригласила в гости на выходные… На сердце легла тяжесть. Может сейчас попробовать?
— Тебя куда? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги.
— К себе. Останови, пожалуйста, возле автобусной остановки.
— Нет. Довезу до подъезда.
— Ладно, — согласилась я.
Но подъехать к подъезду не получилось. Поворот к дому перегородила аварийная машина технической службы. А с другого бока к ней впритык встал легковой автомобиль, почти невидимый в темноте двора.
Роман притормозил.
— Объехать не сумею ни с одной стороны, — поморщился с досадой.
— Спасибо, дойду. Два десятка метров всего осталось.
Роман вышел из машины, открыл мне дверку и протянул руку, помогая вылезти.
— До завтра, — попрощалась я.
Но Роман сжал мою ладонь.
— Ты хотела что-то сказать. Там, в Ратмановке, когда у тебя зазвонил телефон…
— Да, хотела, — призналась я и замолчала.
Меня охватила паника. Бешено колотилось сердце, задрожали колени.
— Нет, давай в следующий раз, — вызволила руку из плена горячей мужской ладони.
— Ну что же, значит в следующий.
Роман развернулся и направился к машине.
Я дождалась, пока его автомобиль тронулся с места и побрела к дому.
— Ну, здравствуй, жена! — раздался сзади голос Артема, когда до подъезда оставались считанные шаги.
Я развернулась.
— Здравствуй. Я тебе не жена.
— Нас только завтра разведут. А пока…
— Что ты хотел? — не стала спорить.
— А поговорить! — Артем подошел вплотную. Его глаза лихорадочно блестели, рот оскалился злобной улыбкой.
Я в испуге попятилась.
— Нам не о чем разговаривать.
— Стоять, — он схватил меня за запястье с такой силой, что я вскрикнула от боли. — Ты, сука долбанная, разрушила мою жизнь!
— Ты сам ее разрушил. Отпусти! — попыталась вырваться, но не тут-то было.
— Меня вчера понизили в должности. Я теперь не начальник отдела, а рядовой сотрудник! Директор заявил, чтобы я радовался, что совсем не уволил. Ему, видите ли, не нужны сотрудники, бросающие собственных детей. Придурок, повернутый на семье и детях! Какое его дело, с кем я сплю?
— Ты получил по заслугам. Закон бумеранга никто не отменял.
— Какой еще бумеранг? Это все ты! — прошипел с ненавистью мне в лицо. — Ты настроила его против меня и Ники! Да, представь, она тоже слетела с должности! Рабочее место, видите ли, не место для любовных интрижек. У Ники забрали все перспективные разработки! А ее вот-вот должны были повысить!
— Так ты пожаловаться пришел ко мне на тяжелую жизнь? Извини, помочь ничем не могу.
— Да, пожаловаться! На что нам жить? У меня кредиты, их надо выплачивать, а чем?! Ника рыдает, она привыкла к другому уровню жизни. Закатывает истерики, обвиняет, что я не оправдал ее ожиданий. На что теперь путешествовать, поддерживать красоту и здоровье? Какие салоны красоты — в захудалую парикмахерскую бы сходить! Какие элитные клиники — будем теперь неделями талон на прием в муниципальной поликлинике ждать!
— Что ты хочешь от меня конкретно? Извини, мне нужно домой.
— Уговори дядю, чтобы помог мне деньгами! И попроси, пусть выделит долю в наследстве. Уж тебе-то он точно не откажет!
— Пошел вон отсюда, — произнесла громко и отчетливо. — Ты не человек. Ты скотина. И не жди, Филиппу Алексеевичу говорить ничего не буду.
— А я сказал, будешь, — Артем резко дернул меня на себя, а потом с силой оттолкнул.
Я вскрикнула и упала навзничь.
Бывший муж склонился надо мной. В его глазах читалась неприкрытая ярость.
— Будешь! — он занес надо мной кулак.
Я сжалась, прикрыв голову руками.
— Быстро отошел от нее, — услышала натянутый от гнева голос Романа. — Кому сказал!
Кулак Артема замер в воздухе.
— А ты кто такой? — оглянулся и нагло протянул: — А-а-а, видел тебя! Трахальщик Варькин? Иди мимо, за углом подожди.
Роман сделал неуловимое движение и через секунду его пальцы сомкнулись на горле Артема. Бывший муж даже не успел среагировать, только дернулся всем телом и захрипел.
— Я. Тебя. Предупреждаю. Не смей. До нее. Дотрагиваться. — отчеканил Роман и продолжил сдавливать пальцы. Он побледнел от ярости, губы сжались в тонкую полоску.
Лицо бывшего мужа приобрело синюшный оттенок, скрюченные пальцы беспомощно царапали одежду Романа.
Я стремительно поднялась и бросилась к Генеральному.
— Ты задушишь этого слизняка и сядешь в тюрьму. Отпусти, слышишь!
Он, тяжело дыша, медленно разжал пальцы.
— Исчезни, гнида, — процедил сквозь зубы. — Увижу еще раз около Вари, пеняй на себя.
Роман отвесил скулящему Артему смачного пинка, и тот, упав на коленки, пополз по дороге.
Роман с минуту смотрел ему вслед. А потом шагнул ко мне и крепко прижал к себе.
— Как ты? — спросил хрипло, убрал волосы с моего лица и заботливо набросил капюшон.
Я даже не обратила внимания, что шапка валялась в подмерзшей луже. Наверное, упала, когда Артем меня пихнул.
— Нормально, — ответила я и обхватила лицо Романа руками. — Почему ты вернулся?
Он убрал мои ладони от лица, перевернул и медленно поцеловал запястья.
— Потому что люблю! Еду, и словно толкнуло что-то — назад, и скорей! — Роман лихорадочно принялся шарить руками по моему телу. — Нигде не болит?
— Болит, — кивнула я. — Очень болит. Вот здесь, сердце. — Приложила его руку к груди. — Прости меня. Помнишь, наш спор о любви? Ты убеждал меня, что любовь существует, а я была уверена, что ее нет. Так вот, я поняла, что спор тебе проиграла. И может действительно… нам стоит попробовать?
— Так и я о том же, — счастливо выдохнул Роман и нежно поцеловал меня в губы. — Теперь все будет хорошо. Потому что я рядом.