— Гражданин Петровский, фото и видеосъемки не могут являться доказательством в суде.

— Ваша честь, но вы согласны, что мои претензии к бывшей супруге хотя бы обоснованы? — голосом, полным достоинства вещал Артем.

Судья иронически усмехнулась.

— Суду нужны весомые доказательства. Мы подключим отдел опеки и попечительства, дождемся их заключения. Ведение же вашей женой аморального образа жизни должны быть доказаны медицинскими справками или свидетельскими показаниями.

— Я понял, — кивнул Артем. — Предоставлю к следующему слушанию.

— А о детях вы подумали? — вдруг спросила судья. — Наверное, для вас и жены выгоднее заключить мировое соглашение, где вы определите место жительства детей. Настоятельно советую подумать, ведь дети совсем маленькие.

Артем занервничал.

— У нее даже жилья собственного нет! Вчетвером ютятся в тещиной хрущевке.

— Готовьте документы к следующему заседанию, — прервала его стенания судья.

— Хорошо, ваша честь, — кивнул Артем. — Я смогу доказать, что жене моей доверять сыновей нельзя.

Артем бросил в мою сторону злобный взгляд…

Когда нас выпустили из зала судебного заседания, я быстро собрадась и вышла на улицу.

С неба тихо падал снег. Вдохнула свежий, чуть влажноватый воздух.

Подняла голову, ловя пересохшими губами крупные хлопья снежинок.

И до меня вдруг дошла простая мысль.

Артем горел желанием меня уничтожить. Совсем! А если не получится, то смешать с грязью, растоптать.

И все для того, чтобы оправдать перед дядей предательство и измены! Убедить всех вокруг, что я недостойная мать, морально разложившаяся особа. Что к сыночкам меня и близко нельзя подпускать…

И даже то обстоятельство, что я устроила деток в элитный детский сад, уверена, он повернет против меня. Артем умел хорошее превращать в плохое. И как оказалось, извращать и подтасовывать факты тоже умел.

Интересно, у кого он раздобыл фото, где я выползала из лужи? Неудачное начало первого рабочего дня в фирме Романа…

Ведь совершенно безобидная ситуация! Я поскользнулась и кто-то поймал этот ракурс.

Да, я там в брызгах грязи, лицо перекошено… Но не потому что пьяна.

А потому, что грохнуться в лужу из дождя и мокрого снега очень неприятно и больно!

Выглядело же все так, что я возле остановки пьяной валялась, даже подняться не смогла!

Скотина. Сволочь мерзкая!

А дальше… Все так искусно перемешал на контрасте!

В маминой квартирке вещи навалены во время переезда — мне в минус! Я плохая хозяйка.

Детки в белых пижамках спят на шикарной кровати в спальне после евроремонта — ах, какие у папы жилищные условия… детки как в раю.

Но ведь это неправда, неправда!

Там нет любви, заботы, там мамы нет…

Я сжала пальцы в замок до хруста в суставах.

Артема не остановить. Он пойдет до конца.

Потому что добиться опеки над детьми, смешав меня с грязью — это для него единственный путь, чтобы не лишиться наследства.

Ему важно, убедить дядю и всех окружающих, что бывшая жена — никто и звать ее никак. Морально падшая женщина.

Только тогда Артем сможет оправдаться перед дядей за то, что оставил меня.

Якобы ради будущего своих детей.

А на самом деле рвался к опеке, которая давала ему доступ к наследству и деньгам.

Больше ничем объяснить наглое поведение Артема я не могла.

Мы подошли с ним к точке невозврата.

Ну что же… На войне как на войне.

И лучшая защита для меня — это нападение. Назад пути нет.

* * *

На следующий день в кабинете меня ждал сюрприз.

Динара, как ни в чем не бывало, сидела за своим рабочим столом.

— Доброе утро! Как здоровье? — поинтересовалась я.

— Спасибо, лучше, — кивнула она, перебирая бумаги. — Но глаз на меня так и не подняла.

Я решила не откладывать разговор с Динарой в долгий ящик. Работать вместе нам все равно придется.

— Ну и хорошо, что лучше. Я тебе сейчас на почту скину план работы на ближайшую неделю и папочки с материалами.

Динара удивленно распахнула глаза. Ее губы дрогнули.

— И ты… не будешь мне мстить? Не будешь наказывать «безработицей»?

— Как? — растерялась я. — Не слышала о таком…

— Это когда начальство устраивает тебе бойкот. Не дает заданий. А потом «чморит». Жалуется везде, что ты бездельница. Требует отчеты. А отчитываться не о чем!

— Даже так бывает… — протянула я.

— Варвара, не надо. Лучше сразу уволь. — В глазах Динары застыла тоска.

Я рассердилась.

— Что за глупости! С какой стати мне тебя увольнять? Заболеть может каждый…

— А ты поверила? Поверила в то, что я заболела?!

— Конечно, — ответила я и смутилась.

Я, действительно, поверила. А вот Роман… уверял меня, что Динара соврала.

Она усмехнулась.

— А он не поверил, я знаю.

— Это его проблемы, — ответила я.

В повисшем молчании ощущалась недоговоренность.

Я решилась:

— Ты зря тогда взбунтовалась. Я не была знакома с Романом до прихода на фирму. И планов никаких не строила.

— А сейчас? — спросила она прямо.

Я вздохнула.

— Динара, между вами сейчас что-то есть? Или закончилось? Он что-то обещал?

Я замерла, ожидая ответа. В висках шумными толчками забила кровь.

Динара нервно поправила роскошные волосы и начала нервно покусывать губы.

Я понимала, что говорить правду ей не хотелось. Но и врать, видимо, она не решалась.

— Мы с Романом давно в отношениях, — начала она. — Я все ждала предложения о свадьбе. Но он не торопился. Я изводила его намеками. Роман как будто не понимал. А за несколько дней, как взять на работу тебя начал попросту меня избегать. И что я должна была думать? Что?! — смуглую кожу щек Динары покрыл кирпичный румянец.

В ее глазах блеснули слезы, но она быстро справилась с собой.

— А к тебе подкатывал? — спросила она.

Мне не хотелось врать. Да и бесполезно. Все равно узнает. Но хотя бы моя совесть будет чиста.

— Подкатывал. Но замуж тоже не звал. Так что мы друзья по несчастью, — улыбнулась я.

В глазах Динары мелькнуло облегчение.

Она решила сменить тему разговора.

— Что у вас здесь нового? — поинтересовалась, взмахнув густыми ресницами.

— Работы полно! — пожаловалась я. — Еще с одной фирмой китайской договор подписали. Скоро делегация от них явится, на производство смотреть повезем. А ты говоришь «чморить» тебя! — я рассмеялась, до того смешным мне показалось слово.

Динара робко улыбнулась, сверкнув полоской белоснежных зубов.

— Я ведь вчера на работу вышла. А в кабинете никого нет. Лира сказала, ты сегодня придешь.

В груди защемило.

— Семейные обстоятельства. В суд ходила. Мы с мужем разводимся.

— Развели?

— Нет.

— Раздел имущества? Мне подруга рассказывала с этим обычно долго. Мужики каждую ложку пилить готовы.

— А моему дети понадобились… Отвоевать решил.

Я не выдержала и расплакалась.