— Что ты здесь делаешь, тварь? — Меня схватили за плечи. — Вместе с моим братцем козни строишь? Ну я тебя… Рассерженной змеёй шипевший Даген не успел закончить. Я с силой впечатала колено ему в пах, вырвалась и со всех ног побежала прочь. Очень надеясь, что он остережётся меня преследовать, но… — М-мерзавка! Болевой порог у викинга десятого века оказался гораздо выше, чем у рафинированных мужчин века двадцать первого. В несколько огромных прыжков Даген догнал меня, схватил за одежду, дёрнул на себя. Затрещала ткань. Не удержав равновесие, я упала на землю, преследователь навалился сверху, блокируя мне руки и ноги… — Хэй! Что происходит?! Нас осветил свет факелов. Кто-то рывком стащил с меня ругающегося, как прораб, Дагена, кто-то поднёс огонь почти к самому моему лицу. — Тира! — постановил голос форинга Хельги, и я, не успев толком почувствовать облегчение, вновь напряглась каждой жилкой. А если он узнает? Хангерок ведь на мне тот же самый, в каком мы путешествовали вместе! Торопливо вскочила на ноги, попятилась, стараясь, чтобы это выглядело естественно, а по факту — стараясь выйти из светового пятна. И вдруг услышала размеренное: — Не зря в речах Высокого сказано: «Меньше от пива пользы бывает, чем думают многие; чем больше ты пьёшь, тем меньше покорён твой разум тебе». Ронгвальд! Метнувшись взглядом по незнакомым лицам, я остановилась на монументальном, как Атлант, ярле. А тот тем же тоном продолжал: — Хельги! Отведи нашего гостя туда, где он сможет хорошо отдохнуть, не тревожа других. — Стой, ярл! — Даген не на шутку всполошился. — Клянусь молотом Тора, я трезв! — Трезвый ты не стал бы бросаться на мою рабыню, — спокойно парировал Ронгвальд. — Она не… — начал было Даген и осёкся. Неужели нам повезло, и он не слышал разговора в доме врачевания? Иначе наверняка постарался бы меня выдать перед форингом и остальными дружинниками, чтобы разрушить планы ярла. — Ступай вместе с Хельги, — повторил Ронгвальд, и повелительные ноты в его голосе не оставляли сомнений: если Даген не захочет идти добром, его поведут силой. — И ты, тира, тоже ступай куда шла. Знал ли он, что это я? Наверняка. И наверняка именно он услышал наше с Дагеном столкновение. — Да, хозяин Ронгвальд, — пробормотала я. Поклонилась и со всех ног заспешила к палатам ярла, не оглядываясь и уже ни от кого не скрываясь. Этим вечером мне просто фантастически везло. И очень хотелось верить, что это везение не иссякнет до того момента, как я окажусь в безопасности опочивальни.

Не иссякло. Я беспрепятственно забралась на второй этаж, сменила одежду на «невестину» и замотала голову в платок, пряча лицо и волосы. И только после этого позволила себе буквально рухнуть на постель.

Боги Асгарда, вот это авантюра! И ведь выгорело же! Пускай утром мне собираться на свадьбу, а не в далёкий путь подальше от Вестфольда — всё равно выгорело! Ярл обещал развод и, я была уверена, сдержит слово. Заговорщики? Ну, им я не завидовала. Даже незрячий, Ронгвальд был опасным противником. Даген? Думаю, в том месте, куда его отправит Хельги, ему придётся просидеть не до утра, а гораздо дольше. И Ивар в надёжных руках целительницы, да и после его ждёт карьера в дружине ярла.

Пожалуй, впервые за мою вторую жизнь в конце чернющего туннеля будущего забрезжил свет. Реальный шанс, что я выплыву из этого чёртова водоворота, что наступит день, когда уже не надо будет молотить по воде руками и ногами, из последних сил держась на плаву. — Апчхи! Ну вот, и организм вспомнил, что он, вообще-то, простужен. Хорошо ещё, не вздумал чихать, когда я сидела в коробе или кралась к дому врачевания! Я шмыгнула носом и завозилась, устраиваясь на ложе. Всё, теперь спать-спать-спать. И пусть утром бой продолжится — теперь у меня есть сильный союзник. Улыбнувшись этой мысли, я закрыла глаза и почти мгновенно провалилась в глубокий сон.

***

— Хозяйка Бьорг! Просыпайся! Бьорг? Какая… Моё лицо! Не до конца проснувшись, я быстрым движением подняла руку к лицу и выдохнула: платок! Не забыла замотаться, оставила на ночь — молодец! А ведь могла бы понадеяться, что проснусь сама… — Хозяйка, я принесла завтрак. И баню уже топят. Баня! Ох, ка-айф! Я села на постели и наконец рассмотрела пришедшую меня будить тиру. Вроде бы та же самая, что приносила еду вчера. Интересно, у неё не возникло вопросов насчёт вечернего подноса? Но в любом случае расспросить я не могла — обет молчания, с одной стороны, оберегал меня, а с другой — заметно осложнял некоторые моменты. — Я позову, когда всё будет готово, — закончила рабыня, и я кивнула, давая знак, что поняла.

Девица скрылась в люке, а я, как и вчера, поставила на крышку сундук, размотала шарф и принялась за еду. Самочувствие было уже гораздо лучше; энергия, пусть и не била ключом, однако новый день не вызывал желания закутаться с головой в одеяло, лечь лицом к стене и послать всех и всё куда-нибудь подальше. «Отличное настроение, чтобы выйти замуж, — усмехнулась я про себя. — Надеюсь, продержусь в нём до конца». Допила принесённую сыворотку и только поднялась с сундука, как снизу в крышку люка коротко и уверенно — по-хозяйски — постучали.