Тимофей

Меня тянуло туда, где она, бесконечно тянуло. Всё что вокруг, это только пространство, где мы с ней существуем. Всё что нас окружает, это только дополнение к нашему с ней притяжению.

Мне казалось, я могу говорить не только за себя, но и за неё тоже. Ведь пришла ко мне на пляж, ведь переступила. И если раньше мне казалось, что женщине очень легко переступить через оковы, то теперь я совершенно точно понял, как нелегко было моей маленькой фее.

Я стремился к ней и желал, но совсем не думал о том, что завтра возможно мне придётся уехать и что будет тогда? Как я буду жить без неё?

Несколько дней я скитался по пляжу. Ждал, всматривался в силуэты. Ходил по той тропинке, что вела к её дому. Но какой из них? За каким из этих заборов она? Я даже залазил на деревья, чтобы рассмотреть обитателей, но нигде её не видел.

И снова ждал. Надеялся, ещё хотя бы на одну, прощальную встречу.

Но, девушка больше не приходила.

Я написал записку и приколол кнопками к дереву. Если увидит, то хотя бы поймёт, что я старался. Ждал. Приходил сюда, в надежде не встречу. И возможно приду ещё когда-нибудь.

Собирался я недолго, сбросил все свои скудные пожитки в сумку, вызвал такси. И уже через час, сидел в аэропорту, ожидая своего рейса.

В самолёте я всё думал, почему так нехорошо и неприятно? Почему осадок внутри и нет желания думать обо всём этом? Странно было понимать, но я не возражал против грустных мыслей. Возможно, эта поездка хоть немного, но всё-таки вправила мне мозги. Возможно, она была для меня даже полезной, так как неожиданно дала мыслям совершенно другой ход.

* * *

Домой приехал ночью. Постарался как можно тише, чтобы не разбудить Вику, открыть дверь. В прихожей свет включать не стал, по той же причине. Но когда поставил сумку на пол непонятный звук, долетел до моего слуха.

Что это?

Я прислушался, и выражение лица в зеркале было таким, что даже в темноте я увидел, как оно перекосилось.

— Давай, давай, о боже как ты это делаешь. Вика детка, о господи ты богиня. Ах, ах, как хорошо, да вот так соси, соси. Да, да.

Тут уже я не стал скрывать своего присутствия и прокашлялся.

— Черт, кто тут? — проговорил мужской голос.

— Заткнись Дима, — я ещё хочу, чтобы ты меня трахнул.

Голос Вики, такой похотливый. Я прокашлялся громче и включил в прихожей свет.

Всё стихло, возня послышалась из-за угла, будто кто-то прятался, или одевался. В общем, какая разница.

— Я всё слышал, можете выходить, — поспешил выкрикнуть я, чтобы парень, хотя бы не пытался выскочить в окно.

Из-за угла вышла Вика в кружевном корсете и трусиках, которые с трудом можно было назвать трусиками. Так — ниточка из кружева. С виноватым выражением и глупой улыбкой на лице, глянула на меня и я понял, она совершенно спокойна.

— Тимофей, ты приехал? — сказала, как будто и так не было ясно, что я приехал.

— Как видишь, — ответил я и прошел в гостиную, где за углом обнаружил парня, который тоже виновато улыбнулся.

— Привет, — выдавил он.

Да, видно старею я, так что ли? Малому на вид было не больше двадцати. И это больно ёкнуло где-то в сердце.

Я сел в кресло, включил телевизор. Какой-то тормоз был в голове, и пока я тормозил, парень быстро оделся. Когда за ним захлопнулась входная дверь, Вика вошла в гостиную и спокойно проговорила:

— Ты бы позвонил.

— Зачем?

— Чтобы я тебя встретила, как полагается.

— Не волнуйся, я не стану тебе ничего говорить про это, но надеюсь, ты и сама понимаешь, что больше нам нечего делать рядом друг с другом. Можешь оставаться в этой квартире. Завтра я съеду, а сегодня хочу просто поспать.

— Может, не будем вот так сразу решать. Сначала обсудим.

— Что тут обсуждать?

Я посмотрел на неё и понял, всё ненастоящее, какое-то наигранное, чужое. Что я делал здесь с ней три года? Ну, потрахались и разбежались, зачем жить вместе, если я трахаю кого-то там, а она сосёт кому-то здесь. Что это за пара?

Я понял, наши отношения давно не настоящие.