Тридцать четыре

КУИНН

Меня не было всего десять минут, но это время было потрачено не зря; я легкой походкой вернулась в гостиную в полуночно-черных чулках, на самых высоких каблуках, с подвязками, туго обхватывающими верхнюю часть моих бедер.

— ТВОЮ Ж МАТЬ.

Джошуа ткнул локтем Эвана, который как раз наливал себе виски. Мне до одури захотелось того же, но до рождения ребенка мне придется довольствоваться лишь вкусом алкоголя на его роскошных губах во время поцелуев.

— Вернитесь на диван, — скомандовала я. — Оба.

Это был первый комплект нижнего белья, который я купила за очень, очень долгое время — с тех пор, как закончились мои последние серьезные отношения. Не то чтобы это были серьезные отношения, или что-то в этом роде.

О, они определенно серьезные, — напомнил мне голос в голове.

Да. Пожалуй, так и есть.

И я почти уверена, что это отношения.

Я вздохнула, прикусив губу: полагаю, в какой-то степени это тоже было правдой. Я понятия не имела, как долго продлится наше горячее маленькое соглашение, или как быстро парням наскучит мое общество, когда родится ребенок и они будут заняты совместным воспитанием. Но то, что у нас было прямо сейчас? Черт, я бы не променяла это ни на что на свете.

— Раздевайтесь, — властно сказала я им.

Джошуа потянулся к своей футболке и вопросительно посмотрел на меня; я кивнула.

— Штаны. Боксеры. Все.

Некоторых парней могло бы немного смутить переодевание рядом друг с другом на одном диване, но только не этих: они чувствовали себя в своей тарелке, им было настолько комфортно быть голыми друг перед другом, что сразу становилось ясно — они делали это всю свою жизнь. В армии, по-видимому, не было места скромности.

— Что теперь, госпожа? — сардонически бросил Эван; не отрывая от меня глаз, он сделал большой глоток виски.

— Теперь ты будешь сидеть там и смотреть, как я отсасываю твоему другу, — самодовольно ответила я. — Это твое наказание за то, что ты умник.

Я подошла к нему, всем своим видом устраивая настоящее представление; на мне был тугой черный корсет, который заканчивался прямо под моей обнаженной грудью: он великолепно приподнимал ее, и мои открытые соски были красиво округлившимися и уже затвердевшими.

Наклонившись, я ткнулась носом прямо в нос Эвана: мои волосы упали ему на лицо; мои руки скользнули вниз по его гладкой голой груди, обводя его собственные соски кончиками пальцев, пока я злорадно посмеивалась.

— Ты хочешь меня? — спросила я.

Его ответом было движение навстречу, чтобы поцеловать меня: как бы сильно я ни хотела утолить собственную жажду об его полные, восхитительные губы, я вовремя отстранилась.

— Что ж, тебе придется подождать, — горячо поддразнила я его. — Сначала я займусь твоим другом.

С этими словами я развернулась, предоставляя ему полный обзор на мою обтянутую стрингами задницу; тесемочка была крошечной: я искала что-то с открытым доступом, но эту штуку можно было так легко сдвинуть в сторону, что это не имело особого значения.

На мгновение втеревшись задницей ему в пах, я насладилась ощущением его растущего стояка: Эван бережно прижимал к себе стакан с виски, стараясь не расплескать его, пока я медленно вращала бедрами, ввинчиваясь в его бедра. Я чувствовала, как он становится больше. Тверже…

— Ты собираешься возбудить для меня эту штуку? — я кивнула Джошуа. — Или мне придется сначала трахнуть его?

В защиту Джошуа могу сказать, что он уже почти полностью возбудился, но его растерянный взгляд — и та скорость, с которой он схватил себя за член, — были абсолютно уморительными, и я едва сдержала смех.

— А… вот так-то лучше.

Его сильная правая рука обхватила растущую толщину, и странное чувство удовлетворения накрыло меня от того, что он послушно сделал, как ему сказали; наблюдая, как он поглаживает его вверх и вниз, я почувствовала покалывание по всему телу.

Подмигнув Эвану через плечо, я сползла с его колен и опустилась на свои; затем я проползла между ног Джошуа, лизнула его от основания до головки плоской стороной языка, а затем опустила рот на самый верх, отчего он издал долгий, удовлетворенный выдох.

— Мммммм… — промурлыкала я.

Вниз, все ниже и ниже, пока он не оказался глубоко в моем горле: следующие несколько минут я отсасывала ему, как порнозвезда, пуская в ход все уловки и демонстрируя каждый трюк; я делала все, чему научилась за годы удовлетворения бывших парней, а также то, что видела только в фильмах, которые слишком непристойны, чтобы упоминать их вслух.

К тому моменту, как он кончил, я уже поглаживала Эвана свободной рукой; задница Джошуа оторвалась от дивана, когда он взорвался ревом удовольствия, заливая заднюю стенку моего работающего, сосущего рта. Толчок за толчком, он наполнял меня таким количеством своего горячего семени, что я едва могла все это проглотить — но каким-то чудом я все же справилась.

— Ты порочная, очень порочная женщина, Куинн.

Эти слова принадлежали Эвану; Джошуа в этот момент, во всяком случае, был не в состоянии говорить.

— Да, так и есть, правда?

Я оторвалась от его друга ровно настолько, чтобы поцеловать головку его члена, и одновременно подмигнула Эвану; затем я вылизала Джошуа дочиста, ни на секунду не разрывая зрительного контакта с Эваном.

Черт, это так охуенно горячо.

Я была с ними уже столько раз, но этот был особенным: обычно я была покорной, горячо принимающей, их абсолютной игрушкой; обычно я просто раздвигала ноги, улыбалась и подначивала их.

Но сегодня вечером, по какой-то причине, мне доставляло удовольствие брать контроль в свои руки.

Эван потянулся ко мне, и на этот раз я подошла: он попытался усадить меня к себе на колени, но я оттолкнулась от его груди и покачала головой.

— Нет, — поддразнила я. — Во всяком случае, пока нет, — мой взгляд опустился ему на пах. — Сначала… вот это. А потом ты получишь вот это.

Я указала на свое тело, словно ассистентка в телешоу, демонстрирующая один из главных призов; Эван пожал плечами, откинулся назад и сцепил пальцы за головой.

Я усмехнулась, опускаясь на колени между его большими, мускулистыми бедрами.

— Хороший мальчик.

Теперь настала очередь Джошуа смотреть, как я даю его другу то же самое, что только что получил он сам, и будь я проклята, если на этот раз я не справилась еще лучше. Эван стонал и рычал, зарываясь пальцами в мои волосы; я взяла его руки и положила их себе на грудь, чтобы он мог разминать ее, пока я ему отсасываю — с Джошуа это ощущалось просто потрясающе, и я хотела того же.

Однако прямо сейчас Джошуа уже был позади меня и тянул за мои стринги.

Блядь, Куинн.

Что-то на задворках моего сознания выругалось в мой адрес, и по тону было неясно, шок это или восхищение.

Просто… посмотри на это…

В своем воображении я ясно видела эту сцену: я на коленях, в самом шлюховатом нижнем белье, которое у меня когда-либо было; отсасываю одному парню, пока его друг смотрит и играет с моей задницей. В моем животе уже был один теплый заряд, и я собиралась получить еще один. После этого я планировала взять их обоих за руки, отвести наверх, а затем затрахать их до потери пульса.

— Медленнее… — услышала я шепот Эвана; его твердое тело внезапно напряглось от возбуждения. — Медленнее… глубже…

Я замедлилась, а затем уткнулась лицом ему в живот, забирая его до самого основания, плотно сжав губы; мой язык скользнул по нему, а его руки вернулись к моим волосам, где сжались в кулаки до побелевших костяшек.

— ОмојебаныйБОГ—

Эван кончил с такой силой, что чуть не выдрал мне волосы, но я даже не расстроилась: это было тааааак горячо! Было невообразимо сексуально чувствовать, как он извергается прямо мне в горло, полностью минуя рот, пока я изо всех сил старалась не подавиться его пульсирующим, дергающимся членом.

Мне нравилось их обслуживать; мне нравилось, когда они тянули меня за волосы; мне нравилось дарить им хотя бы малую толику того удовольствия, которое они дарили мне — эти мужчины, которые приняли меня под свою крышу, под свою защиту и сделали для меня так много.

Эти мужчины шли мне навстречу во всем: они уважали меня, они лелеяли меня; они поощряли меня следовать за своими мечтами, а затем даже помогли воплотить эти мечты в реальность — так быстро и решительно, что я и мечтать не могла сделать это сама. Не сейчас. Не после того, как они у меня появились.

Ты их любишь.

Да! Я действительно любила этих мужчин; как единое целое, как команду. Но и как отдельных личностей тоже.

И это нормально.

Медленно я отстранилась от опустошенного достоинства Эвана и опустилась на пятки: я посмотрела на него затуманенными глазами и увидела в его лице похоть, но вместе с тем и восхищение; я видела уважение в этих сине-зеленых глазах. И даже обожание.

Твою мать, я правда их любила.

— Выходи за меня.

Слова Эвана заставили мое сердце бешено заколотиться в груди, но в основном от растерянности.

— Ч-Что?

— Девушка, которая умеет делать то, что ты только что сделала? — он с улыбкой посмотрел вниз на свой все еще блестящий член. — На такой девушке женятся, когда ее находят.

Чье-то тело прижалось ко мне сзади. — Тогда тебе придется выйти и за меня тоже, — губы Джошуа нежно потянули меня за мочку уха, и я вздрогнула, когда его рука легла на мою задницу. — Потому что я ни за что на свете от этого не откажусь.

Конечно, они шутили, но даже при этом их слова заставили меня растаять; а еще в том, как они это сказали, проскользнуло нечто иное. Что-то странное.

Как будто, возможно — только возможно… они шутили не на все сто процентов.

— Значит, два мужа, хмм?

Я встала, прежде чем они взяли бы меня прямо здесь и сейчас, на полу в гостиной: это было бы не в первый раз, да и не самым худшим вариантом. Но сегодня в мои планы входила мягкая кровать, мощный оргазм и счастливый сон между двумя теплыми, красивыми телами…

— Я рассмотрю ваше предложение, — сказала я, протягивая руку каждому из них; когда их ладони скользнули в мои, я счастливо вздохнула. — Разумеется, пока буду трахать вас до потери пульса.