То, что сотворил со мной Атрэй, оставило на сердце неизгладимые шрамы, и оправиться я смогу еще очень нескоро. Но в этом я и сама виновата. Стоило быть осторожнее, узнать Атрэя получше и только тогда открывать ему свое сердце, а чувствам позволять захватить меня с головой.

Но способна ли я была так поступить, будучи влюбленной в Атрэя уже очень давно? И это лишь потому, что я не знала его настоящего…

Но теперь уже нет смысла гадать, как могло бы быть, если бы… Ничего уже не исправить. Придется продолжать жить с тем, что имеется, и как-то выкручиваться из бедственного положения. Но с чего начать?

Сбегать до того, как меня привезут в место моей ссылки совершенно бессмысленно. Очевидно же, что слуги сразу доложат Атрэю о моем побеге, и он не заставит себя ждать. Найдет меня, схватит и придумает для меня куда более жестокое наказание, чем уже задумал. А подвергать себя еще большей опасности я не хочу.

Но что если оттуда сбежать будет совсем невозможно? Что мне делать тогда?

— О, Боги, — тихонько причитаю я. — Прошу вас, помогите мне. Укажите верный путь, молю вас!

Пушистик на моих коленках тут же вскакивает на лапки. Смотрит на меня большими и круглыми глазами как-то вопросительно. Может, с ним поделиться своей проблемой?

Вряд ли, конечно, он меня поймет. Но была не была!

— Меня везут в какое-то страшное место против моей воли, — тихонько обращаюсь к зверьку. — Мой истинный решил избавиться от меня, чтобы я не мешалась у него под ногами. У него уже есть любимая, с которой он счастлив. Но я тоже хочу быть счастливой, понимаешь? Хочу учиться в Академии и жить своей жизнью, а не сидеть в заточении до конца своих дней. Правда, я пока не знаю, куда меня везут. Но ты ведь поможешь мне оттуда выбраться?

Котенок еще несколько мгновений внимательно смотрит на меня. А потом устало прикрывает глазки и снова плюхается ко мне на коленки.

Похоже, не понимает. И для чего же тогда тебя послали мне, чудный зверек?

Прижавшись щекой к холодному стеклу, я наблюдаю за окном лишь глухую черноту. Сегодня даже звезды в небе потухли, и луна не озаряет путь своим призрачным сиянием.

От нервного истощения я незаметно погружаюсь в тревожный сон, который мне дарит новую порцию переживаний, будто и так мало.

Просыпаюсь от резкого толчка и сквозь сон едва успеваю выставить руки вперед, чтобы не впечататься лицом в твердую поверхность.

Карета стоит на месте. За окном уже рассвело, но густой туман не дает мне разглядеть место, в котором мы остановились.

Раздается щелчок замка, а затем и распахивается дверь.

— На выход, — грубо отзывается стражник, заглядывая ко мне.

Вспоминаю про своего пушистого друга и судорожно оглядываюсь по сторонам, но нигде его не нахожу.

Интересно, куда он делся? Или все же пушистик мне привиделся?

— Мне силком вас вытаскивать? — напирает стражник.

Надо же, какой вежливый, на «вы» обращается.

— Не нужно, я сама, — хмыкаю в ответ и выхожу из кареты.

Стражники тут же берут меня под руки и ведут вперед. А куда именно — до сих пор не видно из-за тумана. И поэтому мне становится еще тревожнее и страшнее.

Каждый мой шаг эхом отдается в груди, включается паника.

Может, все-таки стоит сбежать сейчас, пока не поздно? В густом тумане они запросто могут меня потерять.

— Ай! — вскрикиваю театрально и подгибаю ногу, повиснув на руках стражников. — Нога! Очень больно!

— Что с ногой? — спрашивает один из стражей.

— Не знаю. Резкая боль, — хнычу я. — Отпустите руки, пожалуйста. Дайте посмотреть, что с ногой.

Переглядываются. Кажется, не верят мне. Оно и понятно. Но через несколько долгих мгновений все же отпускают меня.

— Спасибо, — произношу я на выдохе и опускаюсь на землю.

Снимаю туфлю и склоняюсь к ступне, делая вид, что рассматриваю ее.

Так, отлично. А дальше-то мне что делать? С низкого старта сбежать вряд ли мне удастся.

— Ну, что там? — хмыкает стражник. — Долго нам еще ждать?

— Да не пойму я! — вскрикиваю жалобно. — Или ждите, или несите меня на руках!

И вот кто мог подумать, что этот недовольный громила возьмет и послушается меня?!

— Быстрее отведем ее, быстрее домой вернемся, — произносит он и склоняется ко мне, чтобы взять на руки.

Но внезапно где-то неподалеку раздается треск, и стражник резко распрямляется.

— Что это было? — спрашивает он у своего напарника.

— А мне почем знать? — отзывается вроде бы непринужденно, но в голосе все же слышатся нотки беспокойства. — Сходи и проверь.

— Сам иди, — хмыкает он. — Да и зачем проверять? Не все ли равно?

— А если хищник какой? Вернемся, а от наших коней одни копыта останутся. Как тогда домой возвращаться будем?

— Ладно, тогда давай пока вернем ее в карету и вместе сходим проверить.

Согласно кивнув, один из стражей подхватывает меня на руки и возвращает в карету, заперев за собой дверь. Слышу, как они переговариваются, и с каждым мгновением их голоса становятся все более приглушенными.

Ушли и бросили меня здесь. А если дикий зверь напугает лошадей, и они унесут меня невесть куда? Хм-м, а это было бы просто прекрасно!

И только я успеваю об этом подумать, как дверной замок щелкает, но дверь не открывается.

Зверь вряд ли справился бы с такой задачей, а стражники ушли, я сама слышала. И они явно не стали бы выжидать, пока я выйду сама.

С опаской дергаю ручку, толкаю дверь вперед и отскакиваю назад. И надо же, мой волшебный зверь! Это он открыл замок!

— Спасибо, — тихонько шепчу я, чтобы меня не услышали.

Оглядываюсь, решая, в какую же сторону бежать, и вспоминаю о своей недавней мысли про испуганных лошадей.

Если кареты не окажется на месте, то стражники решат, что я все еще в ней, и в первую очередь пойдут ее искать. Так я выиграю время и собью их со следа.

Берусь за поводки и что есть силы дергаю их. Но лошади как стояли, так и стоят.

— Ну же, вперед! — негромко прошу я и бью ладонью одну из лощадей по крупу.

И снова никакого результата.

И тут мой волшебный зверек внезапно вырастает в размерах, издает шипение, и лошади тут же срываются с места, шумно выпуская воздух из ноздрей.

А теперь и мне надо бежать!