Словно в подтверждении его мыслей к нему направилось несколько молодых аристократов. Он заметил их издалека, еще тогда, когда они переговаривались у колонны, загадочно поглядывая на него и гаденько ухмыляясь, предвкушая, очевидно, занятное развлечение.

Не трудно было догадаться, что они, как и напыщенный идиот, чьего имени от так и не вспомнил, в начале вечера, затевают какую-то пакость. Тому удалось застать его врасплох, но даже это не помешало Джозефу в конечном итоге выйти из словесной баталии победителем.

Возможно, час назад он предпочел бы отступить, избегая публичного скандала. Одно дело — спонтанная стычка с одним выскочкой, и совсем другое — заранее спланированная атака группой недоброжелателей.

Но теперь, разгоряченный шампанским и откровениями баронессы Вестфорд, Джозеф и не думал избежать столкновения. Напротив, в нем закипало холодное, радостное ожидание.

Он отставил на ближайший столик недоеденную тарталетку — которую не смог доесть, даже несмотря на терзавший его голод. Лениво сделал небольшой глоток кисловатого шампанского, которое сейчас с большим удовольствием заменил бы недорогим, дерущим горло джином с содовой и непринужденно прислонился к стене. Внешне он был расслаблен, его взгляд будто бы рассеянно скользил по танцующим парам в другом конце зала, но на самом деле он не упускал из виду приближающуюся группу. Каждый нерв был напряжен, ум — чист и остер, как отточенная бритва.

Они хотят зрелища? Что ж, он его устроит.

Он знал по именам по крайней мере троих из них и посчитал это неслыханной удачей. Они обступили его полукругом, словно гончие на охоте, готовые растерзать зверя. Вот только этот зверь мог раскидать всю свору, если оказывался достаточно силен.

Первым, с медовой улыбкой, заговорил высокий блондин с томными глазами — лорд Харрис.

— Ми-стэр Эттвуд, — намеренно растянул он обращение, будто пробуя на вкус несоответствие между простым титулом и роскошной обстановкой. — Вот уж не думал встретить вас здесь. Поговаривают, вы не покидаете пределов собственного особняка, словно готическое привидение, охраняющее свой золотой клад. А еще хвалят ваш... безупречный вкус.

Он сладко улыбнулся, обводя взглядом своих замерших в предвкушении спутников.

— Мы с друзьями решили разглядеть ваш наряд ближе и воздать ему должное, — с приторной любезностью добавил он, и в его глазах вспыхнул озорной огонек. — Вы не могли бы продемонстрировать его? Повернитесь, прошу вас. Покажите во всей красе этот... уникальный фасон.

Джозеф замер на мгновение, чувствуя, как десятки глаз упиваются его неловкостью. Интересно, месяц назад он обрадовался бы столь бесцеремонной, граничащей почти с оскорблением просьбе, или распознал бы за сахарной улыбкой издевку? Он не мог ответить на этот вопрос.

Джозеф лениво сделал глоток шампанского, насмешливо рассматривая молодых людей, и с удовлетворением отметил, как они поежились под его немигающим взглядом. Даже сахарная улыбка на губах зачинщика — лорда Харриса — утратила всю свою самоуверенность и казалась скорей застывшей гримасой.

Затем медленно, с преувеличенной церемонностью, призвав на помощь все свое самообладаниее, он выполнил просьбу, сделав полный оборот. Золотая вышивка, обильно украшавшая его сюртук, заиграла в свете свечей.

Закончив демонстрацию, он застыл лицом к своему «поклоннику», и на его губах расплылась холодная, змеиная улыбка.

— Удовлетворены? — мягко спросил он и смахнул несуществующую пылинку с лацкана самым изящным жестом, на который только был способен в этот миг, как будто невзначай продемонстрировав в купе с богатой одеждой массивный золотой перстень, — Хорошо понимаю ваше восхищение. Вам, должно быть, особенно интересно разглядывать работу мистера Портера, ведь любоваться его творениями — все, что вам теперь остается, к сожалению. — Джозеф притворно вздохнул, — Он великолепен, но берет за свои услуги довольно дорого и не обшивает… кого попало, — мужчина сделал вид, что задумался, — Кстати, это же ваш отец года полтора назад продал мне свои акции Гонконгской судоходной компании, чтоб покрыть ваши карточные долги? Вам должно быть будет приятно узнать, что они принесли мне пятнадцать тысяч фунтов только в прошлом месяце. Мир тесен, не правда ли? И как иронично, что теперь вы любуетесь тем, на что потрачена прибыль от вашей же прошлой собственности.

Лорд Харрис побледнел, будто его ударили, и чуть отступил, а Джозеф с холодным интересом обвел взглядом присутствующих, словно интересуясь, кто же будет следующим.