Лилиан

— Вам не кажется, что эти пункты, мягко говоря, хрень собачья? С чего вдруг такие проценты?

Мой юрист пару раз похлопав глазами, смотрит на меня со смесью страха и злобы. Я отправляла её к нашим партнёрам уже пять раз, и каждый раз она возвращалась с совершенно хреновым договором. Это выводит меня из себя за считанные секунды. Она издевается надо мной!!! Кто взял её на работу? Ах да, чего это я, я же прекрасно знаю кто.

— Елена, я собираюсь уехать в отпуск, по-вашему мнению, вот это, — я почти швыряю в неё бумаги, от чего она вздрагивает, но, ловит листы. — Достойно того, чтобы существовать? Вы действительно издеваетесь?

Давно пора избавляться от неё, она плохой юрист, такой компании как мы, нужен лучший. В моей голове снова вспыхивает одно единственное имя, но я захораниваю эти мысли, продолжая смотреть на женщину, которую нанял мой брат. Хейгу голову надуло от радости? Как он мог взять её на работу?

— Елена, я жду твоего ответа в течении минуты, еще одна минута и я разозлюсь так сильно, что ты не выйдешь отсюда, а вылетишь, — юрист выдохнула, положив руки на стол и посмотрела прямо мне за спину. В этом их фишка, никогда не смотреть в глаза. Страх перед кем-то выше тебя, объединяет их. Но совершенно не помогает повыситься в моих глазах. Если ты не готов говорить и доказывать своё мнение — в компании Голден тебе делать нечего.

— При всём уважении мисс Голден, но…,- она сглатывает подбирая слова. Нижняя губа у неё дрожит, а верхняя почти испаряется, потому что она засовывает её себе в рот, начиная покусывать.

— Говори, — я отворачиваюсь от нее, прокручиваясь в стуле и уставившись на уже потемневший вид Нью-Йорка, красивые огоньки переливались, а некоторые подмигивали, раз за разом напоминая мне, что я тут одинока.

Эдриан и Виана остались в Голдене со своими детьми Дином и Диной, Хейг и Ари, путешествуют по всему миру, пробуя разные вещи. Ар пишет песни, учит детей кататься на конях, когда приезжает в город. Сейчас она часто пропадает в детском доме, имея какую-то историю...не лезу в это. А сам Хейг делает тоже самое, отдалившись от бизнеса. Теперь его детище — клубы для маленьких детей, которые хотят учиться чему-то. Эд так и остался главой компании, но его ещё маленькие дети требуют внимания, а Ви иногда нужно заниматься своей работой и составлять дизайны домов, она в этом действительно хороша.

А вот я, сижу тут, командую всеми, уже разрываясь на части. Без отношений, без детей, без понятия что делать дальше. Я опускаю подбородок, подавляя в себе желание вскочить и кинуть в дверь какую-нибудь вещь, чтобы утолить свою злость.

— Я стараюсь учесть желания всех сторон, — я резко разворачиваюсь, ударяя по столу кулаком. Вау, да я похожа на Эдриана в эти минуты. Вот что значит с кем поведёшься.

— Тебе не требуется угождать им, Елена. Тебе нужно угождать нам. Мне, чёрт возьми. Забудь о них, ты мой работник, я плачу тебе деньги. Разве не так? Ты должна облизывать меня! Эту компанию! Какого черта?! Какая разница что они вообще хотят, они лежат под нами. Какой ты юрист, если не знаешь элементарных правил? Надела лучшее платье, пришла к ним, ударила по столу и сказала, что если не сделают так, как хотим мы, останутся банкротами! Почему я должна тебя учить!!!

Я почти нависла над ней, пока не услышала хлопки. Раз, два, три.

— Вот она Лилиан Голден собственной персоной, злостная фурия.

Голос заставил меня вздрогнуть и медленно перевести взгляд на него. Надев дорогой костюм, он стоял в проёме двери подпирая косяк и скрестив ноги. Его тело, как всегда, возвышалось над всем этим миром, а может так происходило только в моих глазах. Я несколько раз моргнула, подумав, что вот он знак, пора отдохнуть. За два года ни одного дня отпуска, но Сакс не пропал, более того, он стал улыбаться пуще прежнего, да так ярко, что снова пришлось моргнуть.

— Какого хрена ты то тут забыл?

Я агрессивно сверкнула на него глазами, думая, что теперь придётся уволить ещё и секретаря.

— Елена, ты свободна, мне надо поговорить с твоей начальницей, — юрист вскочила, да рванула к двери, пока мой голос не прогремел на весь кабинет.

— Ты уволена.

Она замерла как вкопанная, пытаясь отдышаться. Но не поворачиваясь ко мне, промямлила что-то чего я не расслышала, но зато расслышал Райвен.

— Она ненавидит, когда кто-то не выполняет её указаний, но ещё больше, когда кто-то выполняет указания человека, которого тут быть не должно. Ты должна была сидеть на месте, Елена, пока она тебя не отпустит, а не слушать мои просьбы, вот и всё. Начальница она, не я.

Он посмотрел на неё сверху вниз, а затем вновь перевёл на меня свой взгляд.

— Я напишу тебе рекомендацию, ты найдёшь новое место работы, но это место ты не тянешь.

Елена выскочила за дверь, разметав все листки по полу и хлопнув дверью. Ну почему они становятся хоть чуточку более агрессивными и активными лишь когда я их увольняю. Если бы она сделала это на сделке, то премия была бы её ещё пару недель назад. Я прошлась вперёд, встав у стола и облокотившись на него, пока Сакс собирал бумаги.

— Ого, какие проценты, с этим она действительно пришла к тебе?

— Было хуже, — я потёрла лоб, выпуская воздух из лёгких. Я устала, моё тело болит, а мозг кипит, я больше не могу. — Кажется, мне нужно снова задать тебе вопрос, какого ты тут делаешь, но я надеюсь, что ты сам ответишь на него.

Он медленно прошёлся глазами по всем листкам, потом кивнув будто сам себе, вытащил телефон.

— Бро, привет. Вы договор с Голден читали? Откуда такие проценты?

Я прикрыла глаза, мысленно улыбаясь. Может хоть об одной проблеме мне больше не придётся думать.

— Да, я теперь тут юрист, проблемы? Раздели эти проценты на два и вычти пятнадцать, — Сакс задумчиво посмотрел вверх, пока я мельком открыла одни глаз, чтобы на него посмотреть, — мне плевать, Джар. Либо так, либо все ваши открытые раны будут гнить и изливаться кровью. Я многое могу, не забывай. Думай, завтра в 10 позвони со своим решением, и я приеду к тебе заключать договор. И не смей искать выход из этой ситуации, я знаю все подводные камни. Я потрачу весь день, весь месяц или весь год читая этот договор, пока не буду уверен. Вам проблема — если вы скорее не подпишите.

Он отключился, прошёлся вперед к мусорке и выбросил договор в неё, повернувшись ко мне.

— Я надеялась хотя бы на минус пятьдесят процентов, а ты ещё и минус пятнадцать. Но более того, ты как бы наш конкурент, Сакс.

— Я вообще хорош, — он улыбнулся мне, а я не сдержалась от едкого комментария, проходя к выходу.

— Особенно если учесть, что минус пятнадцать, — я не успела договорить, Сакс впечатал меня в стену.

— Не договаривай до конца, демоница, — он приблизил ко мне лицо, а я, как всегда, впала в ступор под его пристальным взглядом. — Знаешь, как тебе идёт эта строгая одежда? Эта юбка, — он провёл рукой по моей ноге забираясь прямо под одежду и останавливаясь на поясе моих чулков. — Эта блузка, — он перевёл руку, медленно проходясь от ключицы до моей груди, сжимая её.

— Будь уверен, Рай, всё так просто в твоей жизни не будет, — я оттолкнула его от себя, залепляя пощёчину. — Ты два месяца где-то шарахался, а сейчас решил вернуться. И первое, что ты делаешь, это надеешься со мной трахнуться?

Я кривлюсь, как могу, показывая своё недовольство, но Сакс снова подходит ко мне улыбаясь ещё более угрожающей улыбкой, чем секунду назад.

— Лилит, ты же знаешь, я был занят в рабочей поездке, а теперь я вернулся домой и очень соскучился по своей малютке, — он притянул меня к себе, из-за чего снова получил пощёчину. Но в этот раз он отреагировал на это сжав мои ягодицы почти до боли. — Ты так сильно по мне скучала?

— Я не скучала по тебе, — ещё пару раз попробовав высвободиться, уже знала, что это проигранная игра. Помимо того, что я не могу из-за его стальной хватки, так я ещё и не хочу. Совершенно не хочу, чтобы он отпускал меня. Издав совершенно понятный и уже так знакомый этому монстру стон, я нападаю на его губы как изголодавшийся зверь.

Одна секунда и я парю над землей, а потом оказываюсь прямо на столе. Мои руки лихорадочно расстёгивают его рубашку, а потом просто рвут эти пуговицы, которые так сильно мне мешают. Сакс кусает мою губу, задирая юбку к самой талии. Блуждая по моему телу, как в первый раз, он постоянно ощущается как в первый раз.

— Сааакс, — я стону его имя, пока его губы исследуют моё тело, оставляя за собой электрические разряды.

— Давно хотел сделать это с тобой на этом чёртовом столе, но… смотри, — он поднимает меня, заставляя обвить его талию ногами. Я не выпускаю его мощное тело из своих объятий, наблюдая, как он приближается к окну.

Поднимая моё тело, он разворачивает меня лицом к стеклу, и чуть нажимает на мою спину.

— Смотри, Лилит, это всё твоё. Лишь одно твоё слово, один вздох, и ты получишь всё, что угодно.

— Я хочу тебя, — я застонала, когда он вошёл в меня грубым толчком. Моя грудь, пусть и в рубашке упиралась в окно, добавляя наивысшее наслаждение.

— Всё, кроме этого, — почти неслышно произносит мой любовник, но я слышу, и только хочу спросить, что это значит, как...

Он резко разворачивает меня и толкает поясницей и попой на стол, я смотрю на него и не могу вздохнуть, его идеальный голый торс уже покрылся потом. Это зрелище сворачивает все мои внутренности в узел, от чего я снова издаю стон. И забываю все вопросы и слова.

— Твою мать, Лилит, ты просто, — рычить на меня, продолжая приближаться, — Раздвигай, — командует, резко разводя мои ноги.

— Саааакс, — я стону достаточно громко, чтобы он понял, что я больше не могу. — Быстрее уже.

Я падаю на стол спиной, но такое меня не устраивает. Намереваюсь встать, но Сакс кладёт руку мне на грудь, заставляя оставаться на месте, а сам опускается вниз к моему пупку. Я издаю хриплый стон, прикусываю губу, и чувствую привкус металла. Это ещё больше возбуждает меня.

— Я затрахаю тебя до смерти, Лилиан, — он кусает мои складки, заставляя поднять задницу, а потом так же резко опускает меня.

— О, Райвен, не останавливайся, — я почти хнычу, хватаясь за его волосы и наклоняя к себе.

— Моя ненасытная демоница.

Я хочу его всего, хочу его рот, хочу его тело, хочу его член, его мозг, его чёртову жизнь. Я хочу Сакса Райвена каждым нервом своего тела. Искры рассыпаются по всему телу, пока он возвращает своё лицо к моему с улыбкой чесширского кота.

Мне не хватает воздуха, я не могу дышать. О боже мой.

— Боже, — он снова входит в меня, но на этот раз мягко и нежно, смотря мне в глаза с такой любовью, которую я никогда в нём не видела.

Его дыхание обжигает, губы накрывают мои, когда я хочу издать очередной стон. Он двигается в чертовски приятном темпе, но мне нужно большее. Мне нужно всё.

Я толкаюсь в него быстрее, хватая за ягодицы и помогая руками. Сакс снова рычит, прикусывая мою губу и увеличивая темп. Он понимает, что мне этого мало, он знает меня, как никто другой. Он начинает двигаться настойчивее, как необузданный зверь. Я уже почти кричу от переполняемых меня эмоций. Вскинув голову, смотрю на его лицо, на его губы, в его глаза, понимая, что он делает то же самое. Смотрит на меня, только увеличивая темп. Глаза в глаза. Остро, горячо.

Я содрогаюсь всем телом, понимая, что этот оргазм не похож ни на один другой в моей жизни. Он яркий, острый и такой нужный мне в данную минуту.

Сакс делает пару толчков, а после прижимается ко мне целуя в лоб. Лоб? Он никогда не целовал меня в лоб.

По внутренней стороне моих бедер скатывается влага, но я не уверена, чья она, поэтому решаю не начинать думать об этом. Всё равно пью противозачаточные. Смотрю, как Сакс отстраняется от меня, надевая трусы. А я прижимаюсь щекой к столу, продолжая дышать.

— Завтра я разберусь с вашими проблемами, выжму из них всё.

Сакс оповещает меня, ища рубашку, а я сажусь на стол смотря на него прямо в упор.

Больше никаких игр.

— Кто мы друг другу?

Я застаю его врасплох, так как джинсы в его руках, так и не отправляются на его ноги, а застывают так же, как и он сам. Сакс не поворачивается, будто специально не смотрит на меня.

— Две недели Сакс. Я уезжаю на две недели. Через две недели ты либо даёшь ответ на мой вопрос, либо больше никогда в жизни не заходишь ни в этот кабинет, ни в мою жизнь. Я не буду твоей игрушкой для секса. Я хочу либо всё, либо ничего. Хватит уже этих игр, мы больше не дети.

Сакс оживает, надевает джинсы, а потом не смотря на меня произносит.

— 143, Лил.

Он выходит за дверь. А я спрыгиваю со стола, подходя к окну, ещё раз смотря на город.

Две недели, всего какие-то две недели. И я либо буду его девушкой, либо он потеряет меня навсегда. Либо всё, либо ничего.

Хватит игр.