Лилиан

— Где он?

Я встаю прямо напротив Саманты, которая идёт одиноко по коридору. Она как всегда уткнулась в книжку и ничего не замечает, но что-то всё равно неуловимо изменилось. Волосы, она распустила их, а кофта...в +35 никто не будет носить кофту с длинными рукавами. Она носит. Причём с того самого момента, как исчез Сакс.

Хейг говорит, что дело, которое произошло в их семье настолько засекречено, что даже через свои хакерские каналы выяснить ничего не удалось. Возле их дома была скорая и полиция. А потом, просто, пух, и Сакс пропал. Я думала сойду с ума первые два дня, пока Эдриан не придёшь и не сказал, что все ации, все документы и все имущество переписано на Сакс. По причине того, что мистер Райвен отправлен в реабилитационный центр. Не матери, а ему.

Сэм поднимает руку, чтобы поправить свои волосы в сотый раз, ведь ей точно неудобно носить распущенные волосы. И я замечаю это. Синяки. На запястье. Они скрыты, под слоем тональника, но не незаметны.

— Пошли, — я беру её за локоть и веду в первый попавшийся кабинет. Он оказывается свободен. Спасибо.

— Ты в порядке?

Любые вопросы подождут, кроме этого.

— Нет, да. Знаешь, — Саманта прикусывает губу, опускаясь на парту. — У меня нет подруг, потому что все пытались залесть в койку моего брата через меня. А вот ты, — она начинает меня разглядывать, чувствую себя зверушкой в зоопарке. — уже в его койке, плюс, ты ведь понимаешь что это, когда все хотят твоего общения только из-за твоего семейства.

Да, понимаю, но у меня есть Анна. Я тактично молчу. Вряд ли нужно сейчас говорить такие вещи.

— Он рассказал тебе, что мы вместе?

Я прищуриваю глаза, опускаясь на соседнюю парту.

— А вы вместе? — её голос звучит удивлённо, ведь она...удивлена. — В любом случае, у него ваша фотка у кровати, а на потолке звёзды. Твоя же фишка. Пометила территорию?

Я прикусываю язык. Она намного грубее обычного, намного. Мне некомфортно, хочется защищаться, но я пока не понимаю почему.

— Что случилось?

Я снова смотрю на неё, пристальнее, чем до этого, Саманта собирает волосы в хвост и на её шее красуются следы. О боже. Её душили?

Я вскакиваю.

— Сядь назад. Ничего серьезного. Лучше прикуси язык об этом, если не хочешь, чтобы я трепалась о твоей личной жизни.

Ого. Вот это...да. Точно. Она изменилась.

— Сакс не будет рад, если я скажу тебе где он.

— Если бы ты не хотела говорить, то просто сказала бы, что не знаешь. Ты волнуешься о нём. И, видимо, понимаешь, что я могу ему помочь. Так что, какой бы ты сейчас стервой не была — скажешь. Вопрос в чём? Тебе что-то нужно взамен?

Сэм кривит губы, а потом растягивает в улыбке. Она похожа на брата, но только когда улыбается. В остальном, есть в ней что-то пугающее. Может и у Рая есть такое, но я его не боюсь, так что не замечаю.

— Верни мне брата. Он в домике в лесу. Адрес не знаю, но, думаю, если вы правда "встречаетесь", — она делает ударение на этом слове, будто блевать хочет, будто это что-то противное, поганое, грязное, — я выставляю руку вперёд, давая понять ей, чтобы она заткнулась.

— Я не знаю, кто залез тебе в зад, Саманта Райвен. Но не надо разговаривать со мной так, будто я какая-то шлюха, ясно? Тебя побили, я вижу… Окей. Мы живём в этом гребанном мире так, как сами выбираем. Хочешь становиться стервой? Без проблем. Хочешь оставаться заучкой? То же без проблем. Но не дай какой-то гадкой мелочи тебя сломать, чтобы не случилось ты тут. Этого мало?

Я встаю, направляясь к выходу. К счастью адрес мне не нужен, я и так знаю, где искать Рая.

— Лилиан, — я слышу за собой снова нормальный и добрый голос Сэм. — Он ещё хуже чем я, но не говори ему таких речей, он лишь рассмеётся тебе в лицо.

Я сама решу, что мне говорить ему.

Но и тут я прикусываю язык.

Чтобы не произошло, она не виновата, что защищается.

Сакс

Время будто замедлилось. Сколько я тут?

Не нахожу телефона.

Взгляд расплывается, руки снова тянуться к виски. Я выпиваю, откидываясь на стенку джакузи.

Тихо. Очень, сука, тихо. Это давит на меня сильнее, чем если бы я был в мегаполисе.

Видения — галлюцинации?

Я ничего не вижу. Не меняется абсолютно ничего. Кроме моего состояния.

Я хочу удушиться.

Сильнее всего на меня подействовало то, что отца больше нет. Я думал станет легче. Легче не стало.

Я монстр.

Такой же как и он.

Может даже хуже.

Могу ли я расчитывать на то, что когда-нибудь смогу иметь семью? Нет. Я слишком сильно боюсь причинить вред. И видимо хоть этим я отличаюсь. Отец не боялся. Он причинял.

Эмоциональная нестабильность.

Когда-нибудь это меня настигнет.

Снова глоток.

Мозг отключается.

Галлюцинация приходит именно в этот момент.

Моя самая большая слабость.

Лилиан садиться рядом, целует моё плечо, проводя руками по спине. Она так красива.

Она полностью голая, и я любуюсь ей. Хотя бы в моей голове она рядом. Хотя бы немного. На одно мгновение.

— Я люблю тебя.

Я закрываю глаза, хотелось бы мне, чтобы это было правдой. Чистой. Кристальной правдой. Но я не смогу этого сделать. Любить смогу. А вот позволить ей быть со мной? Нет.

Руки начинают ласкать мой член, проводя по нему туда сюда. Я стону.

Открываю глаза.

— Ты настоящая?

Лилиан передо мной поднимает голову и смотрит на меня. Кристально голубые глаза, без проблеска гнили. В моих такого точно нет.

— Ты так сильно пьян?

Лилит целует меня. Целует. И ещё целует, оказываясь сверху.

— Люблютебя.

— Любовь — слабость.