Такой ярости в Артеме я не видела никогда.

Его глаза…

Это гром и молния одновременно.

Я задыхаюсь и даже ноги подкашиваются. Но вовсе не от того, что он сжимает меня своей огромной рукой с силой. А именно от этого взгляда.

Яростного. Безумного. От того, как дергается его кадык, а красивое лицо перекошено от ярости.

— Артем? Ты что? Я ведь недалеко отошла и тебя предупредила. Да пусти же. Ты меня напугал!

— Твою мать, Оксана! Ты в моем доме! Ты, черт возьми, моя жена!

— Я помню. И… Что?

— Я ведь предупреждал тебя.

Он нависает над моим лицом.

Не повышает голос, наоборот. Говорит очень тихо.

Но так, что у меня кровь в венах замораживается в лед!

— Отпусти меня, пожалуйста. Мне больно.

Но он меня будто и не слышит.

Тяжело дышит, с шумом выдыхая воздух сквозь сжатые зубы. А ноздри яростно раздуваются.

— Я сказал. Никаких любовников, черт тебя дери! Что в моем простом условии было тебе непонятно? Ни-ка-ких! Разве я так много прошу?

— Ты не просишь. Ты требуешь. И я не понимаю, о чем ты!

— Да. Да, я требую, черт возьми! Требую хоть малейшего уважения! А ты при первой же возможности сбегаешь из моего дома, чтобы поворковать со своим любовником! И не отпирайся!

Его лицо превращается в брезгливую гримасу.

— Я даже знаю, как его зовут! Тимур! Тимур, мать твою!

О. Боже. Мой.

Он принял нашего сына за моего любовника!

Еще бы понять, как много он слышал!

— Артем. Я разговаривала с Валентиной. Это моя тетка. Она приютила меня, когда я ушла из дома отца. Мне некуда было больше идти. Ты прекрасно помнишь, как он отреагировал и что я вынуждена была покинуть его дом!

— Не нужно мне врать, Оксана.

По его лицу на миг проносится гримаса… Боли?

Но Артем отпускает мою шею, хоть по- прежнему смотрит с дикой яростью и дышит так, как будто бы пробежал на скорость по всей округе.

— Не нужно. Черт возьми. Ничего не меняется, да? Натуру не изменишь! Ты обязательно должна крутить с кем-то за моей спиной!

— Чтооооо? Я???? Это ты, черт возьми, переспал со своей бывшей в ночь после нашей свадьбы! Ты говоришь о приличиях, а сам… Сам почти каждую ночь проводил со своей Кариной! Мог бы и потерпеть, пока мы не разведемся! Или хотя бы медовый месяц не закончится! Где твои приличия, а? Ты к Марату с Лилей тоже ее возьмешь? Кем она там будет прикидываться? Горничной? Твоей личной помощницей? Или ты правда думаешь, я поверила, будто ее контракт на съемках именно в нашей гостинице случайность?

Эмоции захлестывают.

Бьют через край.

Я не думаю, просто выпаливаю ему все на одном дыхании.

— Возьму, если нужно.

Артем шипит мне в лицо, снова опуская руку на мое горло.

— Хоть всех моделей из ее студии возьму с собой, черт тебя дери. И буду с ними развлекаться. Где захочу. И когда захочу!

Но весь мой боевой запал очень быстро проходит.

— За что?

Как бы я не хотела сейчас держать лицо, но не получается. Никак.

Я всхлипываю и обмякаю под его руками.

— За что ты меня так ненавидишь, Артем? Я ведь тебя любила. Ты для всех идеальный, обо всех заботишься! Только со мной почему-то… Такой.

— Какой? Какой, Оксана?

В его голосе я слышу тот же надлом, или мне только кажется?

— Ты жестокий со мной, Артем.

— В чем? В том, что я против твоих любовников?

Артем тоже выдыхает.

Как будто на него сейчас наваливается какая-то просто смертельная усталость.

— Так трудно потерпеть всего каких-то пару недель? Потом мы разведемся и делай, что хочешь.

— Нет никого.

Эта усталость в один момент накатывает и на меня.

— Просто нет, понимаешь?

— Оксана.

В голосе Артема я слышу предупреждающее рычание.

— Не нужно мне врать. Я на многое готов закрыть глаза. Даже на наше прошлое. Но только не на ложь, черт тебя дери!

— Прошлое? Как замечательно, что ты об этом помнишь! Помнишь, как я тебя любила? Как отдавалась тебе? Душой? Телом? Да всей своей жизнью, черт возьми! Я от всего была готова отказаться ради тебя! И отказалась! А ты! Ты просто растоптал меня! Вытер ноги и даже улыбался при этом!

— О, да! Да, Оксана! Я улыбался! Потому что мне было просто чертовски весело узнать, что моя невеста просто развлекалась с нищим простачком! С нищебродом, который так одурел от любви, что готов был горы ради тебя свернуть! Так ты меня называла, когда занималась жарким сексом со своим Юркой! Тебе было весело, да? Очень смешно. Ты ведь даже и не собиралась приходить на нашу свадьбу! Просто хотела повеселиться! У девочек, разбалованных папочкиными деньгами, свои развлечения, правда? Им тупо скучно и хочется веселиться.

— Это все бред.

Я от удивления забываю, как дышать.

Только ловлю распахнутыми губами воздух.

— Бред? Ну да. Ваше видео видели все гости в ночь перед свадьбой! Вот тогда был бред. Согласен. Я чувствовал себя, как в полном бреду, черт возьми! Так что не говори мне о том, что кто-то кого-то там растоптал! И о чувствах. Тоже. Не говори со мной! Оставь их для своего Тимура!

— Ты любил меня, Артем? Тогда? Хоть каплю? Был хотя бы один день, один момент, когда я для тебя что-то значила?

Его кулак с хрустом влетает в дерево прямо над моей головой.

— А как ты думаешь, Оксана? Разве идиот-нищеброд способен любить, ммм? Ну конечно, нет. Мы с тобой были просто идеальной парой! Ты развлекалась, а мне было нужно выиграть спор!

— Артем…

Перед глазами темнеет.

Я не понимаю.

Ничего уже не понимаю!

— О чем ты говоришь? Какая измена? Какое видео?

— Уже поздно, Оксана.

Он устало протирает лицо рукой.

— Пошли в дом. И постарайся выдержать без своего любовника хотя бы следующую неделю. Если ему так не терпится, ничего. Уйдет, нового найдешь. Это же для тебя так просто.

— У Валентины пятеро детей, Артем. Я разговаривала с ее малышами. Не знаю, что ты услышал, но…

— Не нужно. Просто исполни такое простое условие. Твои оправдания мне не нужны, Оксана. Все эти слова ни черта не стоят. И давай больше не вспоминать прошлое. Его давно нет.

Мы молча возвращаемся в дом.

Артем все это время держится на расстоянии.

Но даже так я слышу, как тяжело и яростно он дышит. Кажется, его зубы сейчас начнут крошиться, так сильно сжаты челюсти.

— Артем.

Мне и грустно и смешно.

Хочется сгладить ситуацию, хоть на самом деле я сейчас обижена не меньшь.

Все прошлое всколыхнулось. Вырвалось наружу и теперь просто обжигает грудь.

— Не сейчас, Оксана. Все потом.

Резко обрубает, чуть ускоряя шаг.

Я остаюсь позади.

Глаза на самом деле щиплет, и мне совсем не хочется, чтобы Артем это увидел.

Представляю себе, как бы он встретился с моим «любовником».

Интересно, он понял бы, что Тимурка его сын?

Конечно бы понял. Ведь у него глаза Артема. Да и в остальном он просто его точная копия!

И что тогда?

Артем почувствовал бы стыд? Вину за то, что я родила и растила сына одна, без его участия? Раскаялся бы в том, что провел ночь перед нашей свадьбой со своей бывшей?

Я многое бы отдала за эту встречу. За то, чтобы в этот момент посмотреть в глаза Артему. Просто. Молча. Посмотреть. Увидеть в них понимание.

А после взять Тимурку за руку и уйти. Без всяких слов. Без обвинений и каких-то пояснений!

Но я помню, что говорил Артем Карине.

И сейчас у меня недостаточно сил, чтобы противостоять ему, если он захочет забрать у меня моего Тимурку!

А он мой. Только мой. И я никогда в жизни никому не отдам мое счастье!

И все-таки.

Однажды.

Когда я достигну всего, о чем мечтаю.

Стану достаточно сильной, чтобы не бояться, что Артем может забрать у меня сына…

Однажды они встретятся.

И тогда я увижу его глаза. И не скажу ни слова!

Мы так же молча возвращаемся в дом.

Артем не произносит ни слова.

— Через пять минут вернусь, — бросает он мне, когда мы заходим в нашу спальню.

Дверь за ним захлопывается, и я быстро переодеваюсь.

Обхватываю себя руками, забираясь в постель и плотно укутываясь одеялом.

Спать с ним на одной постели та еще пытка!

Да даже просто дышать одним воздухом в комнате, потому что он, мне кажется, раскаляется до предела каждый раз, когда мы остаемся наедине и в замкнутом пространстве!

Мне становится холодно под теплым пушистым одеялом. Все тело напряжено. Как натянутая струна.

Артем возвращается ровно через пять минут. Как будто так и стоял за дверью с секундомером.

Уходит у душ, хлопнув дверью.

Я притворяюсь, будто сплю.

Но сна ни в одном глазу, естественно.

Он возвращается и просто укладывается на другой край кровати. Благо, она достаточно большая и мы даже не соприкасаемся.

А я шумно выдыхаю.

Как выдержать целую неделю у Марата и Лили?

Ведь там будет намного сложнее, чем в наш медовый месяц в гостинице! И притворяться нужно будет двадцать четыре на семь!