Три дня спустя, утром, незадолго до того, как появился Кид, произошло нечто весьма странное. Шло занятие у сеньора Томильо, учителя математики и дальневидения. Аксель и Лола сидели вместе и очень внимательно слушали его объяснения. Вдруг посреди класса материализовались две фигуры.

Кто это был? Аксель и Лола со своими питомцами. Но вот же они, сидят по-прежнему за своими партами! Возникшая из ниоткуда парочка удивлённо огляделась и увидела своих двойников.

– Так вот оно что! – выдохнул Аксель Второй.

– Именно, – подтвердила Лола Вторая. – Нужно скорее предупредить их.

Аксель Два повернулся к Акселю, сидевшему за партой, и воскликнул:

– Вы в опасности!

– Осторожнее, когда встретите… – только и успела произнести Лола Вторая, так и не закончив предложение. Оба так же внезапно растворились в воздухе. Повисла глубокая тишина.

Аксель и Лола обменялись недоумёнными взглядами. А их одноклассники начали смеяться. Тринадцатый, как обычно спавший на парте, поднял голову и сказал:

– Что за шум? Вздремнуть не дают.

Сеньор Томильо хлопнул в ладоши, чтобы все успокоились. Затем подошёл к Акселю и Лоле и принялся их отчитывать:

– Вы считаете, что поступили хорошо? Сорвали мне урок, занимаетесь ерундой…

– Но мы же ничего не сделали! – запротестовал Аксель.

– Разве? Или это были не ваши двойники? Вот здесь, минуту назад.

– Мы ни при чём, – ответила Лола.

– Не врите мне, – нажимал сеньор Томильо. – У Акселя способности к мультилокации. Об этом знают все.

– Да, но сейчас это не я, – защищал свою правоту Аксель. – Я могу копировать себя, а не других людей. Все же видели: кроме меня появилась и Лола.

Учитель на секунду-другую задумался, затем произнёс:

– Хорошо, вопрос закрыт. После урока идите к завучу – пусть сеньор Тапиока с вами разбирается. Так, вернёмся к теме занятия!

Аркадио Тапиока, сидевший в кресле у себя за столом, посмотрел на двух учеников с отеческой улыбкой и спросил:

– Знаете ли вы, почему я завуч школы?

Аксель и Лола покачали головами.

– Дело в моей способности, – продолжал он. – У неё нет названия. Ну, пусть будет идиохитрозия. Непривычно звучит, правда? Способность заключается в том, что я чувствую ложь. Я знаю, когда хитрят, а когда говорят правду. Вот смотрю на вас и понимаю: вы со мной откровенны. И не причастны к появлению своих двойников.

Аксель с облегчением вздохнул.

– Но тогда… Кто же это?

Сеньор Тапиока пожал плечами.

– Как по-вашему, – спросил он в свою очередь, – эти сущности были живые или скорее как призраки?

– Как настоящие, – ответила Лола. – В точности как мы.

– Кто знает, – сеньор Тапиока снова пожал плечами. – В нашей школе часто случаются странности. Пока что никаких мер. Но если ситуация повторится, тогда решим, как с вами поступить.

На обратном пути в класс Лола заметила:

– А знаешь, нас что-то сильно беспокоило. Ну, не этих нас, а тех.

– Они – не мы, – ответил Аксель. И добавил:

– Нет, в самом деле, мы-то с тобой.

– Но от нас их было не отличить. Твой двойник сказал, что мы в опасности. А мой хотел предупредить о чём-то, но не успел, исчез.

– Что случилось-то? – сварливо спросил Тринадцатый. – Расскажете или нет? Я дрых, не слышал…

– Дрых? – перебил его Голиаф. – Ну и лексикон!

Тринадцатый презрительно фыркнул.

– Да, именно дрых, – гнул он своё. – Кемарил, давил подушку, откинулся бревном, ушёл в забытье, в объятия Морфея… Спал, чёрт возьми!

– Ах, он спал, – мышонок хихикнул. – Покорнейше прошу меня простить! Я был воспитан в приличном обществе, с вульгарщиной не знаком. Но кое в чём всё-таки соглашусь: слово «дрыхнуть» очень подходит коту. В этом он весь.

Тринадцатый проскрипел что-то себе под нос.

– С этим грызуном жди беды, – добавил он чуть погодя. – Ладно, так что у нас за проблема? Мы в опасности?

– Нет, – ответил Аксель. – Кто-то нас разыграл. Я всё тебе расскажу, не волнуйся. Мы в полной безопасности.

Знал бы он тогда, как сильно ошибался.