Назар Грек

Я просто не думал, что такой пиздец случится. Слово за слово, и мы решили не чухаться дальше. Попиздели о чувствах. Так я узнал, что этот Вован влюблён в Амелию ещё с восьмого класса и охуеть как жалеет, что вёл себя как мудак.

Я, конечно же, сказал ему, что уже поздно. А он, что уже это понял…

Как ни крути, мораль такова, что нехуй моросить, иначе твою женщину уведут раньше, чем ты успеешь моргнуть. Как-то так.

Дальше всё было просто…

Бокал за бокалом здравый рассудок куда-то уносило. Хорошо, что бабки я сразу же оставил в банковской ячейке, а то бы точно проебал их благополучно в тот же вечер. Потом мы встретились с теми самыми утырками, которыми требовали от него бабки. Он им их отдал, только парни захотели нажиться ещё сильнее… Доебались до него. В результате мы разодрались с ними, дали им пизды. С учётом того, что никто из них не ожидал, что я стану за него заступаться. Но вот…

Итог… После махача мы посетили следующее заведение, и я уже был никаким. Знал, что нужно ехать к зайчонку, только мне было стыдно звонить ей в таком угашенном состоянии.

А тут, как слышу новости о том, что она у родителей в гостях, у меня аж челюсть от напряжения сводит… Пиздец дела. Какого хрена она туда поехала вообще?!

Слышу отцовский голос и вопрос:

«Погоди… Алекс Андер… Твой отец?».

И жду, что же там такое происходит.

Но она сбрасывает трубку на самом интересном моменте, а я звоню снова. Не берёт… Отца набираю — тоже игнор. Потрясающе. Они там чё сговорились, что ли?

— Чё Назар, ровно?

— Я это… Поехал… За Мелой надо. Срочно…

— Ладно, я тоже до дома…

На кривых-косых ногах, подзарядив телефон за баркой, вызываю такси до родительского дома и жду, когда за мной приедет машина. Не знаю, что и думать… Чувствую себя идиотом. Она ему ещё и план мой от и до спалила… Молодчага вообще. Ничего не скажешь. Хотя я понимаю, что винить её тупо. Сам же накосячил. Вот что ей ещё было делать?

Машина приезжает достаточно быстро. И хотя меня неохотно принимают, ибо от меня воняет как от спиртовой бочки, но я всё равно договариваюсь с мужиком, чтобы довёз меня побыстрее. За доплату.

Чувствую, что в груди разрастается волнение за Мелу. Лишь бы ей отец гадостей всяких не наговорил, блин. Она же у меня… Ранимая, даже если очень сильная внутри. Но обидеть, как нехуй делать. Я тогда его точно придушу…

Доезжаем за полчаса. Укачало меня не хило… И в дом я заваливаюсь весь на эмоциях. Даже обуви не снимаю. Пру напролом в чём был.

— Амелия! Мама?! — кричу, увидев, как она появляется в дверях.

— Тихо ты, сын, чего разорался-то?!

— А что… Кто-то спит, что ли?

— Нет… Отцы общаются… — шепчет и смеётся.

— Какие, нафиг, отцы?

— Ваши… по видеосвязи, — говорит загадками.

— А? Мам… Я в говно, ничё не понимаю…

— Фу, Назар! Ну вот что ты… Служили ваши отцы вместе раньше. Андер и Грек… Запомнили друг друга, сейчас вот вспоминают былые дни… Мела там же…

Пиздец…

— Ты серьёзно?

— Серьёзно, блин, чего шутить-то?

— Ясно… Слушай… Ну… Я как бы дерьмово выгляжу…

— Да, я вижу…

— Не хочу с её отцом таким знакомиться… Позови её, пожалуйста… Сюда…

— Ладно, сейчас. И, Назар… Прекрати уже так себя вести, а… Я отца еле сдержала сегодня. Понимаю, что он не сахарный, но… Казино, сын? Серьёзно?

Я лыблюсь, а она треплет меня по пьяному лицу.

— Жди свою красавицу, — исчезает, прикрывая за собой двери, пока я разваливаюсь на диване и кое-как снимаю с себя обувь с курткой. И-то сил не остаётся ни на что, пока я не вижу своего зайчонка в дверях.

— Ты чего удумал, а?! — тут же идёт ко мне ошарашенная моим поведением, и я хватаю её за руку, потянув к себе.

— Ну чё… Значит, он успокоился?

— Успокоился, блин… Что произошло? Фу… От тебя так несёт…

— Я ужратый, — жалуюсь, увидев её растянутую в кривой усмешке мордашку.

— Я должна тебе спасибо за это сказать или как?

— Нет, конечно… Я сожалею… Зайчонок мой…

— У меня сейчас только что мир перевернулся. Я столько всего узнала о маме, об отце… О тёте… От твоего отца, между прочим! Представляешь?

— Не особо…

— Завтра расскажу тогда, потому что ты пьянь подзаборная, — ворчит она на меня, пока я её нюхаю.

— Мы тут ночевать будем?

— Я не знаю. Ты ночуй, конечно, раз такой пьяный… А я домой поеду…

— Ну, нееееет… Переночуй со мной… Малышка… Прошу тебя… Тут дохрена комнат, Мел…

— Ты такой наглец, Назар.

— Я в курсе… Маме ты понравилась… — улыбаюсь, когда она замирает возле моего лица и смотрит на меня с обидой, но уже немного оттаивает. По глазам вижу…

— Она мне тоже… А вот ты и твои поступки — нет.

— Я больше не буду… Правда… Малыш мой… Прости меня… — бубню жалобно и трусь лицом о её грудь. — Пиздец… Как приятно… Моя. Сладкая…

— Назар, прекрати, — шепчет злобно. — Мы в гостиной у твоих родителей!

— Это батин дом… Мама живёт отдельно… — не унимаюсь я, цепляясь щетиной о её кофту. Так и не побрился. Ещё сильнее оброс, блин… Барбос.

— В смысле? Как это?

— Вот так… Они редко выносят друг друга… Чтобы не бесить живут раздельно…

— Но они же… Не в разводе, да?

— Нет. Просто мама любит путешествовать и тусить, а отец — душнить. Вот и всё. Вырастешь — поймёшь.

— Значит… Мы тоже можем жить раздельно? — спрашивает она, моментально вызвав у меня напряжение во всём теле. Аж челюсть ходуном ходит.

— Ни за что, нахрен. Теперь только вместе, поняла меня? Вместе и навсегда, — тяну к себе и придавливаю всем телом к дивану, начав целовать, пока она смеётся и плюётся в истерике от моего выхлопа…

— Отстань от меня! Вонючка! Помогите!

Слышу, как мама заходит обратно и улыбается, глядя на нас, зато Мелка тут же подбирается и сдвигается от меня в сторону.

— Извините…

— Всё в порядке. Вы, дорогие, идите наверх… Я скажу, чтобы вам принесли еду в комнату…

Я киваю, мама уходит, а потом я обхватываю Мелкины пальцы, собирая наши руки в замок.

— Чего застеснялась?

— Как-то неудобно… Не знаю.

— Нормально. Пошли спать… Покажу тебе старую свою комнату… Где очень давно проводил холодные скучные вечера в своей постели.

Она косится на меня и качает головой.

— Не верю, что такие у тебя были, блондинчик…

— Ну и зря… Я не всегда таким был… Потом испортился, когда стал постарше.

— Значит, очень испорченный, да?

— Просто пиздец какой… — склоняюсь к её шее и кусаю за неё, ощущая как от её запаха мгновенно реагирует всё тело. Даже одурманенные алкоголем рецепторы просыпаются. — Пошли покажу?