Назар Грек
У меня, если честно, уже выработался стойкий иммунитет на собственные фантазии. Поэтому, как только начинаю планировать что-то, мозг самостоятельно ставит какие-то блоки, вопреки моему желанию задуматься о том, как мы с ней могли бы жить вместе или что-то подобное…
Это ведь уже было… Я хотел. Я нуждался. И теперь думаю, что любой шаг вперёд способен отодвинуть нас назад на несколько… Не хотел признавать это, но…
Я боюсь.
— Давай, допивай и пойдём… Кажется, они уже подъехали… — говорит она, глядя в окно.
— Вот уж как представлю рожу твоего этого одноклассника…
Мелка хмурится и качает головой, убирая тарелки со стола.
— Не надо только, Назар… Я прошу тебя. И я клянусь. У меня ничего с ним не было…
— Ну если клянёшься… — ухмыляюсь я в шутку, но у меня, конечно, внутри до сих пор раздрай. И я встаю, подходя к ней сзади и придавив к раковине… Обнимаю за плечи. Целую в шею. Дышу ею. — Я просто ревную…
Если бы она только знала, как сильно я закипаю, когда думаю об этом. Даже если знаю, что моя. От макушки до кончиков пальцев…
— Не к кому…
— Есть…
— Нет. Если бы у меня что-то было, я бы поняла…
— Согласись, что бесит, когда на твоего любимого смотрят… Фиг поверю, что у тебя такого нет.
Я же знаю, блин, её характер. Сама как ядерная волна порой. И ревность её остро ощущается во взглядах. Я знаю о чём говорю. Да, быть может, она не такая вспыльчивая и более понимающая, но… Порой и глазами прострелить может. Буквально…
— Я… Не могу сказать, что ревную тебя ко всем подряд. Например, к Яне я тебя не ревновала… Просто удивилась, что ты всё ей рассказал…
— К кому? — изгибаю бровь, пытаясь вспомнить… Кто такая Яна, блин.
— Ну девушка, с которой ты говорил под моим окнами…
— А… Так она Яна?
— Ты что не знал её имени?
— Не-а… Она не захотела представляться. Удивлён, что тебе сказала… — ржу я, а Мелка искренне удивляется.
— Интересно…
— По сути, она, конечно, реально где-то мозги мне вправила… Помогла…
— А как вы с ней… Познакомились? — спрашивает она, и я улыбаюсь.
— Она подъехала, да? — угораю, на что Мелка не догоняет.
— А?
— Ну, ревность… М?
Сука, так и чувствую, что улыбка расползается по лицу, а Мела проводит ладонью по моей щеке и резко щёлкает по носу.
— Мечтай, блондинчик… — ускользает от меня, выныривая, и идёт в сторону прихожей.
— Погоди, ну… Эй! Ты как играть сейчас будешь… Розочка твоя не болит?
— Сейчас получишь…
— Хах… Ну, Мел, серьёзно…
— Всё хорошо. У меня ничего не болит… — отвечает и надевает толстовку, а я стою в джинсах.
— Ты что в них играть будешь?
— Ну тренировка же, играл ведь до этого в них… нормально…
— А не боишься порвать свои габанна? — издевается она, хихикая.
— Оу… А ты свои? Думаешь, я не вижу, чё это за штанишки… — дёргаю за гачу.
— Они хотя бы спортивные… И их мне отец купил… Я как не разбиралась, так и не разбираюсь… — вздыхает она, на что я задумываюсь.
— Ну, если хочешь шопься с моей мамой. Она тебе поможет научиться…
— Что?
— Что?
— Ну… Мы с твоей мамой даже не знакомы…
— И? — улыбаюсь удивленно. — Знакомиться не хочешь?
— Н… Не знаю. Хочу, наверное… Но сейчас точно не до шоппинга. Ты сорвал конференцию, и нас точно будут ругать в универе. Я уж молчу про ситуацию моей сестры… Всё очень сложно.
— А что сложного? Она залетела от того мудака. Пусть расхлёбывает.
Мела молчит и смотрит на меня таким взглядом. Описать не могу… Будто умалчивает о чём-то.
— Я не хочу сейчас об этом. Пошли вниз?
— Пошли, — вздыхаю и только хочу ощупать свою куртку, как она запрещает.
— Не-а… Пистолета тут уже нет и фиг ты его получишь!
— Ты гонишь, что ли?
— Нет, Назар! Не гоню! Этой хрени в моей квартире не будет! Я всё сказала! — рычит она на меня и тянет за руку… За собой. Я иду, конечно, но…
Чё-т я как-то на неё обижен…
Только несколько секунд, разумеется… Потому что на выходе из квартиры её руки смыкаются на моей шее, а мои — у неё на талии.
— Не хочу, чтобы ты дрался или был в чём-то таком замешан…
— Я и не замешан. Всё ровно…
— Ну вот пусть так и остаётся, — настаивает она, чмокнув меня в щёку и улыбнувшись. И её телефон вдруг начинает звонить. — Это Мир… — отвечает она. — Да?
— Ну вы где там, блин?! — ворчит на том конце провода, и я всё слышу, насмехаясь.
— Идём уже… Спускаемся.
— Резче будьте! — добавляет он, скинув, и я ржу.
— А напомни, кто капитан?
— Я! — тут же выпаливает она и тащит меня вниз с усердием, после чего мы, наконец, выходим из подъезда…
Время пять. На улице ещё светло, и солнце сегодня очень активно плавит валяющийся кучками снег под ногами. Мокро… Слякоть… Грязь. А ещё он… и его рожа.
— Уёбок, — цежу, сплёвывая, но Мела, естественно, преграждает мне путь.
— Так, всё, мальчики. Хочу разобраться на берегу. Мы тут коллеги все. Играть собрались. Но учти, Вова. Назар — мой парень. Так что всё… Забили.
Я стою и лыблюсь, словно меня провозгласили тут трёхкратным победителем первенства страны хер знает по какому виду спорта, да и не важно. Главное, что его бесячая рожа сразу же приобретает такую злобную и ничтожную гримасу, что мне хочется ликовать.
— Последняя треня перед дерби, не боишься? — отрезает мне этот чудила.
— А ты, сука?
— Парни, блин! — снова затыкает она нас. — Прекратили! А то обоих отправлю на скамейку запасных!
— А с кем тогда играть будете?
— Позову дворников! От них намного больше толку, чем от вас!
Мир ржёт и косится на меня в истерике. А я вздыхаю.
— Ладно, давайте уже, разыгрываем…
— Ты и разыгрывай, — бросает мне Мир, после чего я смотрю на Мелу, и та кивает.
— Ну ок чё… — подхожу вплотную к этому гамадрилу. И он тянет свой ебучий кулак, на который мне так и хочется харкнуть.
— Ты ответишь за то, что сделал, — добавляет агрессивно, но и я не уступаю.
— А ты за то, что заставил думать, что она хоть на секунду может быть твоей, гондонище.
Взгляд глаза в глаза, но коробка не место для разборок, и мы в голос завываем…
«Цу-е-фа!».