ДЖЕЙН

Спустя несколько дней

Похороны проходят тихо, без огласки. Мы стоим чуть поодаль, следя, как гроб опускают в выкопанную яму. Сегодня тёплый облачный день, солнечные лучи слабо пробиваются через белые взбитые перины. Ни листочек не качнётся — полнейший штиль.

— Джейн, — шепчет Карен, — это правда, что твой отец выгнал миссис Фитчер?

Киваю.

— И подал на развод, так что скоро она перестанет быть миссис Фитчер.

Со смертью Эннибет приворотное заклинание спало, и папа, наконец, сделал шаг в правильную сторону. Рой, узнав о том, что именно держало отца, воздержался от участия в выяснении отношений родителей. Мередит же объявила матери бойкот и совсем с ней не разговаривает. Перед этим она, собственно, высказала всё накопившееся о сверхнагрузке, гиперконтроле и несбыточных ожиданиях, которые её преследовали всю жизнь. Кажется, Мередит даже рада, что теперь не придётся становиться вожаком и нести эту ответственность.

— А что у вас с Тони? — робко интересуется МакКой, пытаясь спрятать улыбку.

Смущённо отвожу глаза и по-идиотски улыбаюсь. За последние несколько дней я чётко осознала свои чувства по отношению к этому парню. Он — тот, с кем я хочу находиться рядом до конца своих дней.

— Зовёт путешествовать, — отвечаю честно. — Говорит, хочет показать мир.

Карен расплывается в умиляющейся улыбке.

— И начнём мы, пожалуй, с визита к Леоне, — добавляю я.

Пора навестить сестру и признаться, что я немного перестаралась, желая выпроводить её из Хосдейла. Внушение Тони сделало своё дело, но теперь я чувствую укол совести. Думаю, она поймёт. Отчитает, конечно, в своей манере, но поймёт.

— А что у вас?

Блондинка заламывает пальцы и прикусывает губу. Её застенчивость говорит о многом, но произносит она совсем другое:

— У нас всё сложно.

Хмурюсь.

— Мне так не показалось, когда я в последний раз видела вас вместе. Вы кажетесь счастливыми.

В который раз ловлю себя на мысли, что после убийства Эннибет Карен выглядит умиротворённой. По всей видимости, девушке удалось принять себя через необходимость выбора между жизнью и смертью. Её не мучает совесть, она не боится последствий, — она живёт и наслаждается этим. Какими невообразимыми могут быть препятствия на нашем пути, чтобы в итоге мы обрели любовь к себе.

— Да, но Майкл решительно настроен стать вампиром, а Сара и слышать об этом не хочет. Пока сошлись на том, чтобы не поднимать эту тему в ближайшие два года.

Слова о сроке заставляют вспомнить ещё недавнюю проблему, когда мы боялись за жизнь Карен. Бегло осматриваю подругу на признаки недомогания:

— А как сама? Больше не было проблем с голодом?

— Нет, — с облегчением выдыхает она. — На самом деле, я уже начинаю забывать, что это такое.

К сожалению, миссис Корнелл, умеющая проникать в сознание других, погибла на утёсе. Надежда уже почти ушла, когда Стивен предложил попробовать переливание крови. В итоге мы полностью обновили кровь Карен, а Стивен, избавившись от проблемы ранее при помощи заклинания, восполнил свой запас кровью из донорских пакетов. И это, судя по всему, сработало. МакКой выглядит здоровой и довольной.

— Элла, кстати, уехала из Хосдейла сегодня ночью, — сообщает вдруг она. — Думаю, её мучает совесть.

И правильно делает.

Несмотря на то, что в итоге Элла сменила сторону, я считаю её врагом. В живых девушка осталась лишь потому, что в последний момент поддалась эмоциям и освободила Карен, которая и прикончила злую ведьму. Если бы не этот факт, она бы явно попалась кому-нибудь под горячую руку — слишком много тогда было желающих собственноручно расправиться с Эннибет.

Брендон, кстати, сбежал, как только запахло жареным. С той ночи в стае царит хаос: оборотни недовольны, что у их вожака сын прислуживал повёрнутой на пророчестве и желающей уничтожить магию женщине. По словам отца, совсем скоро кто-нибудь неизбежно бросит им вызов, разговоры об этом между оборотнями уже ведутся.

— А вот и наш Цербер, — по-доброму усмехаюсь я, когда к нам подходит Одри.

Подруга награждает меня ироничной ухмылкой. Ей не нравится, что этот титул присвоили ей, и уверяет, что удержание ворот в мир мёртвых закрытыми дело рук не её, а моей мамы, её мамы и Калеба. Именно они пришли к нам в нужный час и помогли. При мысли об этом каждый раз наворачиваются слёзы. Они пришли даже с того света, чтобы быть рядом и защитить нас. Сердце наполняется безграничной тоской и любовью.

— Получилось? — уточняет Карен, и Одри кивает.

— Да, поставила защиту. Теперь, даже если она воскреснет, так просто не выберется.

Наши взгляды устремляются в сторону рабочих, закапывающих гроб Эннибет. Больше здесь делать нечего. Мы разворачиваемся и покидаем кладбище, наслаждаясь непривычно прекрасной для Хосдейла погодой. Разговариваем о будущем, делимся планами, смеёмся.

— Рой пригласил меня сегодня выпить кофе, — произносит Одри, ловя на себе наши удивлённые взгляды.

Она краснеет и пожимает плечами.

— Не знаю, идти ли, я вроде как должна скорбеть по маме…

Склоняю голову на бок.

— Одри, не стоит загонять себя в стереотипные рамки только для того, чтобы оправдать ожидания других людей. Мы-то знаем, что твоя мама продолжает быть рядом.

Девушка широко улыбается. Её способности после произошедшего на утёсе раскрылись на полную, и теперь она гораздо чаще не только слышит, но и видит призраков. Возможно, кому-то это покажется жутким, но Одри этому рада: она уверена, что у миссис Корнелл всё хорошо, а значит, спокойна.

— Да, и, знаете, — добавляет ведьма, беря нас с Карен под руки, — у меня ощущение, что наше с Роем свидание — начало чего-то нового. Начало совсем другой, новой, истории.