Амелия Андреева

Силы покидают моё тело, потому что он, кажется, вытянул из меня всю жизненную энергию. Просто высосал её. Я только и делаю, что сжимаю в кулаки ткань его футболки под джинсовкой. Надеясь каким-то образом остановить данную экзекуцию… Но тщетно. Кажется, я научилась целоваться… Не знаю. У него такие мягкие губы… Они что-то со мной делают. Может дурость как-то передаётся через слюну? Боже… Да ещё и адреналин после такой поездочки меня захлёстывает. Накрывая с головой…

Когда он отпускает, я тут же разжимаю кулаки и пялюсь на него сердитым взглядом. Нужно было вообще сбросить его тачку в кювет, так чтобы он в больничку попал, блин. Оттуда бы точно не стал меня домогаться.

— Дашь мне сесть за руль, камикадзе? — спрашивает с улыбочкой, и я фыркаю, выходя оттуда и плохо ощущая собственные ноги. Чуть ли не падаю даже, но он, обходя тачку, придерживает за локоть. — Тихо ты… Потекла, что ли?

Едва замахиваюсь, как понимаю, что он снова сделает такую же пакость и замираю, усаживаясь на пассажирское сиденье. По зеркалам заднего вида вижу, что братик всё ещё стоит позади и с ужасом смотрит в нашу сторону. Кажется, я его напугала… А Назар… Он рассматривает свою тачку и хмурится.

— Пиздец ты её уделала… — возвращается за руль и смотрит на меня волком. А я между тем смотрю в ответ. Как бы не было плохо от его поцелуя. Грызу его точно так же. Ибо нечего меня пугать своим оскалом.

Молча отвернувшись первым, начинает движение, а я делаю для себя галочку. Сдался. Первым отвёл глаза. Моя взяла.

Дальше просто жду, когда мы прибудем на место. А потом…

— Нам надо поговорить, Амелия, — неожиданно произносит, а я начинаю смеяться.

— Ой, как вовремя… Слушай, идеально, я считаю. Может тогда обсудим моё мнение насчёт всего этого?! — выпаливаю я с издёвкой.

— Я не об этом… — говорит он, открывая бардачок и вытаскивает оттуда свернутые трубочкой купюры. — Возьми.

— Чего?! — тут же выпаливаю я, вытаращив на него свои глаза.

— Того. Бери… Очевидно ведь, что ты не просто так ту визитку взяла. Значит, нужны тебе. А у меня много таких. Сама сказала, я — бездарь. Вот они у меня просто так и лежат без дела.

— М-м-м… Как мило. Что ж… Тогда возьми эту трубочку и засунь себе в жопу, окей?!

— Как-то часто ты советуешь мне подобные вещи… Хочешь анала, что ли?

— Я хочу, чтобы ты отвалил от меня раз и навсегда, придурок озабоченный, — дёргаюсь в сторону, вновь столкнувшись с его паклями на своём локте, начинаю толкать его от себя, и мы дерёмся, расшатывая машину перед универом и случайно задевая автомобильный гудок.

Наконец мне удаётся вывалиться оттуда, только все вокруг смотрят на меня и шушукаются, а я пробегаю мимо, оглядываясь и понимая, что они только слышали нас, но ничего не видели, ведь стёкла у него все в тонировке… Наверное, подумали, что мы там… С ним… Господи! Сколько можно?!

Влетаю в уборную и вижу, как растрёпаны мои волосы. Приходится приводить себя в порядок, потому что выгляжу я и впрямь так, словно меня тискали…

На пары прихожу злая и расстроенная.

А там уже сидит он… Конечно, я прохожу мимо и иду на самый задний ряд, а потом понимаю, что зря, ведь он тащится прямиком за мной. Просто садится рядом, как мой личный секьюрити, который не понимает слов, и я ещё сильнее его ненавижу… эти взгляды. Мне кажется, что скоро девчонки побьют меня в женском туалете из-за него.

Сижу и медленно успокаиваюсь, пока это блондинистое чудище не пишет на краю своей тетрадки «Ты такая сладкая» и показывает свои каракули мне.

По коже бежит дрожь или что-то пострашнее. Мне кажется, что внутри меня керосин. Я боюсь всё вокруг спалить. Ярость, что окутывает пострашнее атомной войны. Из-за этого человека я чувствую себя уязвимой. Потому что он забирает у меня волю. Я никак не реагируют на написанное. Просто слушаю преподавателя, а он тем временем рассматривает меня, словно досконально изучая. Не знаю, что у него за мания, но он от меня буквально отлипнуть не может.

Когда пара заканчивается я иду на следующую. Свожу наши с ним контакты на минимум, и так до самого обеда, пока вдруг в коридоре ко мне не подходит Оксана…

— Ну, привет… Украла Грека, да?

— Эм… Он же не вещь, чтобы его красть. Забирай, пожалуйста, даром не нужен…

— Да я бы забрала, только он от тебя отлипнуть не может. Как заколдованный…

— Ну, конечно. Сижу ночами и колдую. С куклой вуду в руках, — отвечаю я, а она так смотрит, словно думает, что я правду сказала… Вот ведь дура, а…

— В общем, так… Амелия Андреева… Я хочу сказать тебе, чтобы ты отстала от него по-хорошему…

— Что за угрозы вообще, я не поняла?! — тут же наезжаю в ответ. — Ты реально думаешь, я тебя испугаюсь, что ли?!

— Меня, может, и нет… А нас всех — да, — уверенно говорит она, показывая мне на своих столпившихся позади подружек, а я делаю шаг в её сторону, подходя вплотную и смотрю прямо в глаза.

— Ну, рискните. Все у меня без волос ходить будете, понятно? — говорю максимально холодно. И если понадобится — всем, нахрен, надаю.

— То есть, мышка притворяется? Самой нужны деньги Грека, правда…

— Его деньгами хоть жопы себе подотрите, мне вообще пофиг. И на него, и на них. А если ещё раз услышу угрозы в свой адрес, начну с самой мелкой, — тычу я пальцем на одну из них. — С тебя!

— А чего с меня-то?! Я вообще молчу! — тут же возмущается она, пока они затыкают её.

— Я всё сказала! — ухожу в сторону столовой, чтобы перекусить и занимаю очередь. Выбираю, что взять, как вдруг рядом становится Назар.

— Давно не виделись, прям-таки соскучилась — выдавливаю с сарказмом. — Иди, тебя твои фанатки уже по кускам делят.

— Да мне одна только нужна…

— Ах, она не твоя фанатка, скорее, личный хейтер, — выдаю, улыбаясь женщине на кассе, которая пробивает мне компот и овощное рагу.

— Это всё, что ты будешь есть? Не боишься дизентерию тут поймать?

— У нас хорошая столовая. Здесь всё сертифицировано. Но таким как ты лучше ездить в центр до своего заведения… Выход вон там, — указываю я рукой, хватаю поднос и иду за самый крайний столик, присаживаясь и начав есть, когда он усаживается напротив и пилит меня взглядом.

— Завтра будем тренироваться?

— Назар, ты играть толком не умеешь… Тебя обведет любой одиннадцатилетка.

— А ты научи, — улыбается он, сверкая своей серёжкой, и я жмурюсь.

— Блин, ослепнуть можно. Сними уже эту херню, а. Как тёлка…

— Я нарочно не сниму. А ты, договоришься, сладкая… Я тебя прямо в толчке отымею…

Смотрю на него и качаю головой. Придурок нереальный. И он уже дважды меня целовал… Эта новость ещё ужаснее… Хотя нет. То, что он предлагал мне деньги кажется ещё хуже…

Ем и даже не смотрю на него, а он с кем-то переписывается. Наверное, с армией своих фанаток. Дальше я допиваю свой компот и только хочу унести поднос, как он перехватывает его за меня.

— Сам унесу, — цедит, чем просто дико меня удивляет.

— Может ещё смывать за меня в туалете будешь, а?! — кричу ему в спину и начинаю уходить оттуда…

Правда, как только делаю шаг из столовки, в меня со всего размаха прилетает стаканчик с горячим шоколадом… Хорошо, что он только на словах горячий, но это не отменяет того факта, что я по уши уделанная теперь. Резко оборачиваюсь и смотрю на рожу самой главной пигалицы, которая машет мне ручкой за столом. Вижу и реакцию Грека, но мне вообще плевать. Я предупреждала…

Секунды не проходит, как я хватаю эту дуру за волосы и со всей дури бью её лицом об стол. Девки вокруг кричат, а тем временем у меня в руках оказывается копна её волос… То ли нарощенная, то ли парик, но выглядит просто ужасно… А Грек стоит и ржёт прямо напротив меня…