'У деревьев есть глаза, у болота нету дна,

Наша мама Зима всегда голодна'

Сказать, что жизнь у Маленькой Королевы Эйи Мироры была сплошь конфеты, пряники да шелковые ленты — нет. И пожелать кому-нибудь такого же счастья дочери Константа никогда и в голову не приходило.

Ей очень повезло, что отец сам занимался подбором доверенных лиц, допущенных к новорожденной дочери. Сначала няньки и кормилица, а после наставница и учителя были людьми исключительных достоинств и талантов. А также отличались обязательной безусловной преданностью королевской семье.

Все в Зинзимоне знали, что молодой Король в одном из своих путешествий спас юную принцессу соседнего королевства, тайно женился на ней, а после, во время родов наследницы, потерял свою прелестную супругу.

В Зимний Замок король внес малютку Эйю Мирору в серебряных кружевных пеленках, покрытую россыпью кровавых лепестков — зим-рилов.

Эта волшебная девочка будто бы привела в Зинзимон благодать.

Король с дочерью часто в зимние месяцы находили новые места, где земля теряла свою кровь, которая на воздухе превращалась по воле Матушки-Зимы в драгоценные камни. И нигде в мире больше их никто и никогда не встречал.

История об огромной, но скоротечной любви короля Константа была известна всей стране. Так же как и то, что на могиле столь рано и неожиданно почившей супруги он поклялся больше никогда не жениться в память об их великой любви.

Так что фаворитки-то у Константа, как у любого уважающего себя и Двор Короля, были. Но и только.

В Зимнем Замке — основной королевской резиденции, росла наследница, вершился Суд, принимались и оглашались законы, собирался Королевский Совет, но балы и увеселения организовывались и проводились исключительно в Малом Летнем Дворце. И ходу придворным с фаворитками в Зимний Замок не было. Так же как и лихим друзьям Константа из гвардии, со времен юности поддерживающим любую безумную идею своего монарха.

Давно уже за всем Зинзимоном вместо Старых Богов присматривала Матушка-Зима, а она ни прихвостней и блюдолизов дворцовых, ни бунтарей и гуляк гвардейских не одобряла. И частенько сокращалаих поголовье.