Чхве Сонъюн явно был недоволен происходящими вокруг него событиями. И что самое главное, он ловил себя на мысли, что подобного он не испытывал никогда в своей жизни.

Надо же, какая-то девчонка решила, что может запросто им командовать! И ладно бы только это. В любой другой ситуации он просто взял бы и ушёл. Но на этот раз его что-то держало.

Сонъюн пытался проанализировать ситуацию, держа бокал мартини в руке, но ничего не выходило. Каждый раз мысли возвращались к Юми Нам. Может быть, он был не совсем прав в своих суждениях, когда думал, что она такая же, как все?

Нет, то, что она особенная, стало понятно, уже на второй день. Но вот то, что она сумела так сильно влезть в душу парня — это вообще нонсенс.

— О чём задумался? — с лёгкой насмешкой спросил Джек Ли, сидящий напротив.

Друг пил какой-то разноцветный коктейль, который ему намешала прислуга. Он отпивал совсем небольшой глоток и тщательно катал его во рту, чтобы проникнуться вкусом.

— Да так, — лениво ответил Чхве.

Ему сейчас не очень хотелось говорить о своих мыслях. Более того, ему вообще сейчас не хотелось говорить. Но он сам позвал друга и теперь приходилось составлять ему компанию у бортика бассейна, отвалившись на спинку шезлонга.

— Опять о начальнице своей думаешь? — хмыкнул Джек и хохотнул в подставленную ладонь.

Но уже в следующую же секунду задор ушёл из его глаз под тяжёлым взглядом Чхве. Сонъюн поставил бокал на столик возле шезлонга, встал и сделал несколько шагов вдоль бассейна, глядя на далёкий город, расстилающийся внизу.

— Не хочу обсуждать эту тему, — сказал он, не поворачиваясь к другу. — Это не значит, что так будет всегда. Но сейчас не хочу.

— Э, да ты друг…

Джек Ли хотел возможно, сказать слово «влюбился», но оно осталось в его глотке, не посмев выйти наружу. Он предпочёл за лучшее отпить ещё глоток коктейля и во всю им насладиться.

На крыше элитного пентхауса повисло неловкое молчание. Такого прежде никогда не происходило между друзьями, поэтому Джек поспешил его нарушить, пока оно не приобрело какие-то большие, неприятные очертания.

— Слушай, завтра наши едут в лагуну на яхте кататься. Ты как, с нами? Можно будет и девчонок позвать, раз уж…

Один взгляд Чхве заставил Джека заткнуться. Сонъюн тем временем обошёл бассейн вокруг и встал напротив друга. Но смотрел он куда угодно, только не в глаза Джека.

— У меня завтра дела, — сказал он негромко, но тем тоном, который не терпит возражений. — У меня завтра много дел, которые мне нужно решить. На яхте я поплаваю как-нибудь в следующий раз.

И вот тут встал уже Джек Ли, заняв место всего в полуметре от друга.

— Знаешь, я должен признаться, что ни разу не видел тебя таким. Ты обычно нормально воспринимаешь мои слова и не подвержен столь удручающей серьёзности, и я бы даже сказал суровости. Если уж это дела амурные, то сам понимаешь, что, благодаря своему статусу, должен быть выше этого.

— Я сам разберусь со своими делами! — резко проговорил Сонъюн и поставил бокал на столик с такой силой, что в стеклянной ножке появилась трещина. — Не надо сейчас лезть ко мне, пожалуйста.

— Я бы с удовольствием, — улыбка на губах Джека превратилась в холодную узкую линию, практически лишив его губ. — Но ты сам знаешь, что твой отец самым тщательнейшим образом следит за твоими связями.

— В том числе и через тебя, я знаю.

— В том числе и через меня, — Джек склонил голову. — И я должен докладывать ему обо всех странностях в твоём поведении, как, впрочем, и обо всех твоих контактах с противоположным полом.

— Да нет там никаких контактов! — Чхве был явно раздосадован текущим разговором, так как терпеть не мог, когда на него давили.

— В этом, судя по всему, и проблема.

— Не твоё дело.

— Я ещё раз напомню, что твой отец будет крайне недоволен твоими поступками.

— Имею право выбирать себе объект интереса, — отрезал Сонъюн. — Тем более, если что, девица Нам — тоже из наших. Пусть и слегка низшего уровня.

— Ты не понял, — Джек развалился на своём шезлонге и стал любоваться отражениями огней в бассейне. — Глава корпорации не будет рад, что его сын торгует именем на стороне.

Чхве Сонъюн резко обернулся к Джеку Ли и посмотрел ему в глаза. Ярость столкнулась с безмятежностью. Конечно же, Джек был прав, и тут даже спорить не имело смысла. Однако, так не хотелось отступать. Чхве казалось, что ещё чуть-чуть и он добьётся своего.

— Хорошо, — выдохнул Сонъюн, — я постараюсь всё закончить поскорее. Но ты сам понимаешь, что наш спор требует моего присутствия в офисе Нам.

— Конечно-конечно.

— А то, смотри, вдруг я заподозрю тебя в нечестной игре.

В глазах Чхве блеснули искры.

— Я и не собирался доносить твоему отцу, — Джек пожал плечами, глядя на друга, — но ты же понимаешь, что за тобой наблюдают буквально все вокруг. Полагаю, твоему родителю всё давно известно. Поэтому просто по-дружески рекомендую тебе поторопиться. Ну не вышло соблазнить девицу, что ж, это всего лишь проигрыш пари.

— Хитрый жук, — Сонъюн взял треснувший бокал, разглядел трещину в свете фонаря, затем опрокинул остатки содержимого себе в рот и выбросил бокал в мусор. — Но я думаю, что успею выиграть.

* * *

Надо сказать, что произошедшее в поезде меня сильно позабавило. Хотя в целом я был согласен с Чаном, обратно надо будет ехать на высокоскоростном поезде. Традиции традициями, но о времени, которое никто не вернёт, кроме метрового хомяка с посохом, тоже надо думать.

Нас разместили прямо в общежитии университета физики, при котором располагалась и школа Кёнбук. Уж не знаю, чего я ожидал, возможно чего-нибудь стандартно-отельного, но нет, тут всё было практически по-домашнему.

Никаких тебе кухонь и туалетов штуки на этаж, как в пору моей российской юности. Комната на двоих, в которой есть всё: и кухня, и санузел, и душ, и гардероб, и ещё разные интересные штуки. Причём, отделка вполне себе на уровне, придраться особо и не к чему.

Единственное, что мне не понравилось, так это вид из окон и запах с улицы. Окна выходили прямо на корпус универа, причём, на ту его часть, которая уже сильно устала от времени.

Запах тоже был соответствующий: немного плесени, немного гнили, нотки каких-то продуктов из столовой, ну и слегка солёный ветер, который частично всё это перемешивал, частично уносил прочь.

— Мда, — протянул Чан, грустно выглядывая в окно, — и это будет последним, что я увижу в жизни? Безотрадно, конечно.

— Да ладно тебе, — я завалился на кровать с ногами, предварительно загнав под неё чемодан. — Было бы о чём переживать. Давай лучше выработаем стратегию, чтобы победить.

— В олимпиаде, в драке с ребятами из Вонджу, или меланхолию, которую нагоняет местный вид?

— Мы можем взять огромный телек, повесить его на место окна и врубить на нём что-нибудь. Например, камин.

— Интересненько, — Чан явно оживился, и тут у него зазвонил телефон.

Он сначала действовал неспешно, но затем увидев, кто звонит, засуетился.

— Да-да, малыш, уже приехали, ага…

Я не хотел это слышать, поэтому вышел из номера. Пусть уже воркуют без чужих ушей. И так им не судьба было остаться наедине в последнее время.

Я прошёл по освещённому коридору до лестничной площадки. Уже подумал, чтобы спуститься вниз и осмотреть окрестности университета, но в этот момент внизу послышались знакомые голоса.

Старшеклассников из Вонджу заселяли в то же общежитие, что и нас. Логично, конечно. Хотя я надеялся на то, что они заселяться где-нибудь на съёмной квартире, чтобы не жертвовать комфортом.

Ну что ж, приходилось мириться с тем, что есть. Наверное, даже лучше, что противники всегда будут под боком. Так проще не выпускать их из поля зрения. Правда, пока и самому, наверное, лучше не попадаться.

И я пошёл выше. Погружённый в свои мысли, даже не заметил, как выбрался на крышу. Оттуда вид был гораздо лучше, чем из окна. Прекрасно видно было бухту Суенман и даже остров вдалеке.

Современные постройки на берегу, уже подсвеченные, так как вокруг постепенно начинало темнеть, производили величественное и очень тёплое впечатление. Как будто я одной ногой уже в будущем, где все счастливы и радуются жизни.

Я даже засмотрелся, забыв о том, где нахожусь. В себя меня привёл телефонный звонок. Номер, высветившийся на экране, не был подписан, но смутно был мне знаком. Такое ощущение, что я с ним уже где-то сталкивался.

— Слушаю.

Я поставил телефон на громкую связь, продолжая любоваться видом с крыши, уже предвкушая, как буду проводить тут большую часть времени.

— Здравствуйте, это Ли Джэвон, сотрудник страховой компании.

— Здравствуйте, Ли Джэвон…

Уже по тону я понял, что собеседник приготовил мне какую-то неприятную новость. Такие вещи я давно уже научился определять по голосу. Причём, по первым ноткам разговора.

— Хотел бы вам сообщить, что наша компания провела тщательную проверку всех обстоятельств пожара в вашем доме, и у нас возникли подозрения, что огонь распространился из-за умышленного поджога.

— И что это значит?

Я терпеть не мог все эти обтекаемые бюрократические формулировки, в которых теряется вся суть информации, которую надо передать.

— Это означает, что наша компания, к сожалению, не сможет компенсировать вам убытки по восстановлению дому, в связи с тем, что в нашем договоре чётко указано, что случаи поджога не входят в основной тариф страхования и должны…

— Так, стоп, подождите! — оборвал я страховщика, понимая, что он может словоблудить таким образом часами. — Насколько я помню, в страховой договор входил ущерб от пожара, поэтому не совсем понимаю, о чём вы?

— Действительно, — согласился со мной Ли Джэвон, но так, словно это ничего не меняет, — я вижу, что в вашем договоре прописано возмещение убытков в случае пожара. Но дальше мелким шрифтом указано, что это только в том случае, если пожар вызван естественными причинами. Удар молнии там… не знаю… фокусировка солнечных лучей…

— Вы сейчас серьёзно? — мне почему-то было смешно, хотя ситуация такой реакции не предполагала. — Пожар — есть пожар. И неважно, какие у него причины. Я застраховал свой дом от пожара, и даже, если его кто-то поджёг, я рассчитываю получить страховку.

— Я всё это прекрасно понимаю, уважаемый господин Хегай, но у нашей компании возникло подозрение, что пожар вызван специально.

— Это естественно, если обнаружены следы поджога!

Мне даже не верилось, что я участвую в подобном сюрреалистическом разговоре, но тем не менее.

— Так вот, господин Хегай, мы решили отказать вам в выплате страховки, считая, что случай не подпадает под условия договора.

Я смотрел на телефон и раздумывал. Вот если бы я не уехал в другой город, то завтра же нашёл бы этого Ли Джэвона и заставил бы его пересмотреть свою позицию. А тут… С другой стороны, этот самый Ли скорее всего лишь транслятор воли страховой. А она, разумеется, приложит все силы, какие только возможно, чтобы признать случай не страховым.

Но мне нужен мой дом. Я хочу восстановить его. В конце концов, он стал первым храмом хомяку с посохом.

Слышишь Белькьяу?

Но, если он и слышал, то не подал виду. Я не услышал даже перезвон колокольцев на его посохе.

— Если у вас нет вопросов, господин Хегай.

— Конечно же, у меня есть вопросы, — хмыкнул я. — Но, скорее всего, не к вам лично. Впрочем, начну я именно с вас. Как вы понимаете, я обращусь в суд по этому вопросу.

— Вы вправе обращаться, куда угодно, — со слащавой улыбкой, которую я слышал через расстояния, проговорил Ли, но тут его голос внезапно сменился. — Извините, мне некогда!

И нас разъединило.

Я с некоторым разочарованием глянул на телефон. Что ж, это ещё одна проблема, которую мне предстоит решить. Только и всего.

* * *

Кан Тэмин не считал свой бизнес сколь-нибудь заметным. Всего лишь страховая компания, которая работала в столице. Куда там до действительно серьёзных игроков? Но всё же, в течение долгих и долгих лет он кропотливо выстраивал связи с различными людьми, от которых что-либо зависело.

Снесло ветром крышу у помощника министра инфраструктуры? Надо выплатить щедрую компенсацию, чтобы потом к нему начали обращаться люди из круга общения этого самого министра.

Залило земли бизнесмена средней руки? Аналогичное решение позволяло уже появляться впоследствии на вечеринках среди этих самых бизнесменов, которые с удовольствием тоже начинали страховаться у Кан Тэмина.

И вот так годы и десятилетия уходили у него на то, чтобы создать своей компании одну из самых крутых репутаций в Сеуле. Да, на остальную Корею выйти пока не получалось, но опять же, это дело времени, не так ли?

Но приходилось кое-чем и поступаться. Если бы компания Тэмина оплачивала ущерб по абсолютно всем договорам, то, скорее всего, разорилась бы ещё на самой начальной стадии. Поэтому существовал негласный процент договоров, которые всеми силами тормозились. Ущерб по ним не выплачивался, деньги оставались в компании.

Обычно страдали люди, для которых это не было критично, но и дальше разнести они слух о нечистоплотности страховой не смогли. Всё это делалось очень аккуратно, и на подобных договорах сидели специально обученные люди.

Совсем недавно туда же влился Ли Джэвон. Его посвятили в то, как именно подкованными юристами составлены договоры, и его дело было обзванивать клиентов, указывая им на то, почему именно ущерб не может быть покрыт страховкой.

Работа, конечно, нервная. Но и оплачивалась она довольно щедро. Кан Тэмин, понимал, что в персонале заключена немалая доля успеха, поэтому оплачивал подобные звонки процентами от несостоявшейся выплаты.

Ещё одной его слабостью было пройтись между рабочих мест своих подчинённых, чтобы послушать, как идут дела. Обычно он не вмешивался. Более того, постепенно искал тех, кому сможет делегировать всю работу по страхованию.

И вот в один из таких моментов, он услышал, как Ли Джэвон обращается к кому-то по телефону.

— … понимаю, уважаемый господин Хегай, но у нашей компании…

Внутри у Тэмина разлилось неприятное предчувствие. Он, не обращая внимание на работника, который отрабатывал очередной звонок с отказом в возмещении ущерба, прошёл внутрь небольшой клетушки рабочей зоны и уставился на документ, лежащий перед Джэвоном.

Недвижимость, о которой шла речь, была записана на имя Михо Хегай. Но вот человек, указанный, как контактное лицо, с которым общался Ли, был Гису Хегай.

Кан Тэмин на несколько мгновений даже замер, слушая, что несёт его работник.

— Вы вправе обращаться, куда угодно, — проговорил Ли Джэвон, посмотрел в этот момент наверх и увидел страшное лицо своего начальника, после чего поспешил сказать: — Извините, мне некогда, — и повесил трубку.

После этого он ничего не понимающими глазами уставился на хозяина компании и спросил:

— Что-то не так?

— Ты с кем сейчас разговаривал⁈

Голос Кан Тэмина не предвещал ничего хорошего. Ли Джэвон поискал глазами договор, по телефону из которого и созванивался, но понял, что на прежнем месте его уже нет. Стопка бумаг была зажата в подрагивающих пальцах хозяина.

— С Гису Хегай, — ответил работник и невольно сглотнул. — Он у нас проходит по невозвратному ущербу.

— Гису Хегай? — проговорил Кан Тэмин не своим голосом.

— Именно.

— По невозвратному ущербу?

— Точно.

— Тц… твою мать… — еле слышно прошептал он, а потом продолжил. — Ты вообще знаешь, кто такой Гису Хегай?

— Наш клиент, — уже очень осторожно ответил Ли Джэвон. — А что?

— То есть, ты не знаешь, кто такой Гису Хегай?

— Не слышал.

Ли покачал головой и именно в этот момент понял, что тучи над ним сгустились. Причём, настолько внезапно, что он это даже не успел толком осознать. Ситуацию необходимо было срочно спасать. Вот только каким образом?

Тэмин же пролистал несколько листов договора, вчитываясь в цифры и формулировки отказа. Затем пролистнул ещё несколько листов и бросил документы на стол перед Джэвоном.

— Значит так, ты сейчас же всё исправляешь! Ты полностью покрываешь страховку по этому случаю, ясно?

— Ясно, но…

— Никаких «но»! Делай, что говорю. После этого ты звонишь этому Гису Хегаю и говоришь, что произошла чудовищная ошибка. Что ты перепутал документы. Что его договор завалился за стол. Мне не важно, что ты придумаешь, но мне надо, чтобы Гису Хегай остался доволен.

— Хорошо, хорошо, — поспешил заверить начальника работник, взял документ и тоже принялся его листать, выискивая нужные страницы, чтобы переделать формы. — Но кто такой этот самый Хегай?

— Если ты этого не знаешь, то лучше и не знать, — покачал головой Кан Тэмин. — Но, если это дело каким-то образом повлияет на меня и мою жизнь, пеняй на себя. Я тебя уничтожу!

С тем хозяин компании и вышел прочь, громко хлопнув дверью в свой кабинет. Там он открыл бар и налил себе сто грамм крепкого виски, который выпил одним глотком.

Его компания чуть было не отказала человеку, который общается с министром инфраструктуры и транспорта, знаком с президентом, видными деятелями политики и много ещё с кем.

Но к счастью, он успел остановить это. Кан Тэмин хотел верить, что успел.

А его работник сидел над договором, менял формулировки и бормотал себе под нос.

— Да кто такой этот чёртов Гису Хегай?