Глава 25



Пульс грохочет в ушах.

«Ты выйдешь замуж за Зевейра».

Это не входило в план.

От мысли о браке с Зевом внутри разливается тепло, но я тут же подавляю это чувство. Не так-то просто меня провести. Это уловка — способ загнать в ловушку. Унизить. Он знает, что отец никогда не согласился бы выдать наследницу за второго сына, будь тот хоть трижды командором.

Изменить условия сделки сейчас, когда я в его власти…

Внутри разгорается гнев — неукротимая приливная волна ярости из-за этого вопиющего оскорбления Тундрейна.

— Мой отец был поставлен в известность об этом «изменении планов»? — спрашиваю я сухо. Не могу сдержать ледяные нотки, зазвеневшие в голосе.

Зев застывает, словно изваяние, рядом со мной.

— Пока нет, — Варад холодно усмехается, сложив длинные пальцы «домиком» под подбородком. — Мы даже не были уверены, что ты жива. Мы немедленно отправим гонца с радостной вестью. И твоим решением. — Он приподнимает густую бровь. — Ты ведь выйдешь за моего второго сына, да?

Он буравит меня взглядом, словно бросая вызов.

Проклятый приливами, манипулирующий убийца.

Собравшись с силами, я прерывисто вздыхаю.

— Я…

— Мне нужно поговорить с Майей.

Рука Зева сжимает мое запястье, как тиски. Протесты Варада остаются без внимания, Зев просто выволакивает меня из тронного зала. В коридоре он врывается в первую же попавшуюся дверь.

Там идет какое-то собрание: чопорные советники сидят вокруг круглого стола. С нашим появлением воцаряется тишина, на нас устремляются озадаченные взгляды.

— Вон, — рычит Зев. — Живо.

Едва слова слетают с его губ, как все вскакивают, стулья скрежещут по каменному полу, и советники поспешно выходят, склонив головы, лишь бы не навлечь на себя гнев принца.

Как только дверь закрывается, я разворачиваюсь к нему.

— Ты знал? — шиплю я, тыча пальцем ему в грудь.

Он поднимает руки в знак капитуляции.

— Клянусь, я не знал, Майя. Когда я покинул Арбинж, я отправился за тобой, чтобы ты вышла замуж за моего брата.

Я начинаю мерить шагами зал.

— Если твой брат женится на принцессе Волки, а я выйду за тебя, Арбинж свяжет себя узами и с Волкой, и с Тундрейном. Это сделает его сильнее, чем когда-либо.

— Да, — тихо отвечает он, следя за мной своими серыми глазами, пока я хожу туда-сюда.

— Фарамир станет королем Арбинжа и Волки. А когда я стану королевой… ты будешь королем Тундрейна. Твой отец намерен управлять моим королевством, не отдавая при этом ни капли своей власти.

— Да, — повторяет Зев, сжимая и разжимая кулаки.

Ноги сами приносят меня к огромному окну. Я смотрю вниз на столицу, мысли лихорадочно скачут в голове.

— А если я откажусь выходить за тебя… — задумчиво произношу я. — Твой отец может бросить меня в темницу. Убить. Или чего похуже. — Мой взгляд встречается с глазами Зева. — Он не позволит мне вернуться домой.

Зев подходит и встает рядом.

— Нет. Не позволит.

Я делаю глубокий, прерывистый вдох.

— Твой отец хочет, чтобы я отказалась. Хочет, чтобы я дала ему повод.

Зев кивает. Я не могу прочесть его выражение лица — он абсолютно невозмутим.

Долгое время я молчу, глядя на город, который меня ненавидит.

Я не могу вернуться домой.

Даже если бы захотела. Я не подведу свой народ.

Я приехала сюда ради мира. Ради Тундрейна.

Есть только один путь.

— Да, — мой голос звучит тихо, но решительно.

Зев хмурится, и я добавляю:

— Я выйду за тебя.

Он моргает. Его губы шевелятся, будто он хочет поспорить.

— Майя… — мягко говорит он. — Ты не обязана это делать.

— Обязана. Если откажусь — никакого союза не будет. Твой отец меня устранит. Или нападет на Тундрейн. Если мой отец не нападет первым. Война разорит королевство. Я должна выйти за тебя. — Внезапно в голову приходит нежеланная мысль. — Если только… если только нет кого-то другого.

— Нет, — он твердо качает головой и морщится. — Никого другого нет. Просто… — Боль искажает его красивое лицо. — Это должен был быть твой выбор.

Я кладу руку ему на предплечье.

— Это и есть мой выбор, — шепчу я, глядя на него снизу вверх. — Я выбираю выживание.

На его лице появляется страдальческое выражение, словно это был не совсем тот ответ, который он хотел услышать.

Я подхожу ближе, пока наши сапоги не соприкасаются.

— Ну так что? — тихо спрашиваю я. — Ты женишься на мне, Зев?

Столько эмоций проносится по его лицу — мне не прочесть их все. Но последняя из них — стальная решимость, смягченная нежностью.

Он берет мое лицо в ладони, мозолистые пальцы бережно касаются кожи. Лбом он прижимается к моему.

И…

— Да, — выдыхает он сдавленным шепотом.

Тяжело сглотнув, он смотрит на меня, и его серые глаза наполняются любовью.

— Да, я женюсь на тебе.

Его взгляд такой интенсивный, что я едва не отвожу глаза. Он благоговейно проводит большим пальцем по моей щеке.

— Мне следовало сделать это в ту ночь, когда мы танцевали под звездами, — бормочет он, и его дыхание касается моих губ. — Знай, что это навсегда останется моим величайшим сожалением.

И затем он целует меня.