21

В свое время Андрей слышал про то, что дескать в Калифорнии можно было собирать по два урожая в год. Может так и было и еще будет в будущем и даже на полуостровной части и сейчас так обстоит, но на севере вышло по классике. Может все дело в пониженной температуре. Но как бы там ни было урожай все же собрали приличный в районе сам-десять. Может тут дело в том, что вспахали целину и земля еще не истощена.

«Надо будет в Чили наведаться потом за селитрой, — подумал Градов. — Это не только порох, что так же не помешает сделать, но и удобрение…»

Вроде бы все было хорошо, как с урожаем, так и с приплодом в стадах животных, да и жены руссов ходили все беременные, да и мужики подуспокоились, баба под боком и бухло теперь есть из чего сделать — лепота! Вот только Градову было не до веселья. Он пытался увидеть будущее и не видел его, а если и видел то только в черных тонах.

Если все оставить как есть, то максимум чего он сможет добиться это создание… индейского государства. Ведь метисы, что вскоре родятся будут брать индейских жен и все вернется на круги своя. Рвать себе жопу ради такого будущего Андрей не собирался. Это ему было совсем не интересно.

Требовалось русское население, да так чтобы оно преобладало в процентном соотношении. И в принципе если все сделать как надо, то можно организовать поток переселенцев.

— Вот только это тоже все бессмысленно без организации собственного производства и в первую очередь оружия…

Градов опасался, что американцы просто сомнут его государство. А то и то и того хуже, те кто придет к власти в республике добровольно войдут в состав США. Американцы хорошие ученики, а учителями у них англичане, а точнее всякие масоны, а те умеют играть в долгую.

— Подкупят кого-нибудь, а потом за десять-пятнадцать лет, вливая деньги в формирование общественного мнения, приведут их на вершину власти и… и все. Ну, или «цветную революцию» устроят.

Против такого итога есть только одно решение — нужно работать уже сейчас, чтобы США не состоялось как государство. Не росло дальше на запад и юг.

Андрей поморщился. В этом случае большая часть золота будет тратиться не на собственное развитие, а на сдерживание развития США.

«Нельзя чтобы США купило ту же Луизиану у Франции, — подумал он. — Значит придется вкладываться в то, чтобы там произошла своя война за независимость и возникло независимое государство. С другими потенциальными штатами вести схожую игру, плюс придется создавать индейские государства, снабжать их оружием…»

И тут снова встает вопрос о собственном производстве. Придется производить десятки тысяч винтовок, а потом фактически бесплатно их раздавать.

«СССР в свое время дораздавался», — хмуро подумал Андрей.

Повторять столь негативный опыт не хотелось. А поиметь что-то с индейцев не представлялось возможным. Они ничего не имеют, голодранцы.

При этом работать придется на покупном сырье, потому как своего нет. А у кого покупать? Разве что у тех же индейцев, но сначала надо найти на их землях залежи железной руды, богатой и доступной. Уголь опять же нужен.

— Нужны станки… только где их покупать? У немцев? Но напрямую не купить… такие станки наверняка кому попало не продадут. Придется искать посредников… причем лучше всего иностранных. А где их найти?.. Проклятье!

В общем вопросов было вагон и маленькая тележка, так что у Андрея руки невольно опускались и ему хотелось в который раз все бросить и смыться, да горя не знать, а то голова просто лопалась от проблем.

— Ладно… начнем пока с малого… а именно с закупки людей.

Но нельзя просто взять и отправиться в Россию на своих кораблях. Даже если удастся проскочить мимо испанцев с англичанами и попасть в Россию, то там их попытаются арестовать родные власти. Павел Первый если он до сих пор на троне, их повесит за шею.

Значит и в этом деле требовался посредник.

Как ни плохо Градов знал историю освоения Аляски, но даже он помнил про такого деятеля как Баранов. Купец, а значит с ним можно говорить на понятном денежном языке. Ведь не упустит же он возможность хорошо заработать?

Можно было воспользоваться его ресурсами для того, чтобы как минимум попасть в Россию, а в идеале проводить закупку населения через него, дескать это РАК проводит покупку людей, ну а то, что с ними дальше случается мало кого волнует. Для отчетности можно написать, что померли в дороге и по прибытии от какой-нибудь эпидемии, а то и вовсе на поселения напали индейцы и всех перебили…

Убедившись, что испанцы в этом году точно не нападут, Андрей решил лично отправиться на Аляску на трофейном корвете, чтобы сильно не нервировать руководство РАК своими линкорами, кои отправились в залив где располагался Сан-Франциско на тот островок-отмель, для чистки кораблей от всякой пакости наросшей на дно.

22

Отправился в начале октября 1802 года.

Втер в целом благоприятствовал, задувая с юго-запада, течение и вовсе было попутным, так что шли ходко. Осталось только вызнать, где собственно находится ставка Баранова, потому как этой информации Градов не знал.

Но русские уже успели примелькаться среди аборигенов, так что они были в курсе где находится главное русское поселение и за связку бус, несколько ножей и топор удалось найти проводника, что и привел корабль к острову, что как выяснилось, назывался Ситха.

Градов только мысленно усмехнулся. А потом стало не до смеха, потому как поселение Новоархангельск оказалось сожжено, причем совсем недавно.

Андрей припомнил, что у Баранова был конфликт с местными и потом он с ними воевал.

Пришлось плыть дальше, до следующего поселения с русским населением, чтобы вызнать, где сейчас Баранов. Ближайшим оказался редут Константина.

Но общения не получилось.

Понимая, что встреча может оказаться не слишком гостеприимной, высадились в отдалении от укрепления и Градов послал в качестве посла адъютанта Емельяна с десятком бойцов в качестве поддержки и для солидности.

— Кто вы⁈

— Русские люди…

— Дезертиры! Предатели! — воскликнул офицер. — Сдавайтесь или будете убиты!

Впрочем, до открытого конфликта дело не дошло. Офицер все-таки не конченый идиот был и прекрасно понимал, что стоит прозвучать с его стороны хоть одному выстрелу, то его хилую крепостницу разнесут в щепки пушки корвета, что стоял на рейде недалеко от берега.

— Облом… Да и на что я собственно рассчитывал⁈

Андрей сам искренне удивлялся своим решениям, а главное его при этом на совете атаманов никто не стал уверять в том, что это бесполезно.

«Саботаж⁈ — стал подозрительным Градов. — Хотят, чтобы я обгадился? Приземлить меня хотят⁈ Или просто посчитали что я знаю, что делаю и справлюсь?..»

Ответов на эти вопросы не было. Тут требовалось общаться с Силуаном, чтобы уже он вызнал подноготную.

«Это если сам Силуан не переметнулся…» — возникла еще одна неприятная мысль.

— Так и становятся параноиками…

Андрей мысленно сплюнул. Он почувствовал в себе нехорошие изменения в психике. Стал более подозрительным и… жестоким. Если раньше индейцев он рассматривал как людей, с которыми нужно жить мирно, договариваться и уважать, то сейчас вдруг понял, что если кто-то начнет артачиться, то просто прикажет уничтожить неугодных, натравит одних на других.

«Теперь понимаю Николашу Недержанца, — криво усмехнулся он. — Вроде и власть сама по себе не особо интересна, он ведь вроде тоже не хотел вначале становиться императором да и не готовили его к этой роли, а по прошествии времени, когда уже познал вкус „крови“ уже не можешь от этого отказаться… Главное самому теперь не стать как Николашка. Святым с прострелянной башкой мне быть совсем не улыбается…»

В общем стало очевидно, что руководство РАК не пойдет на договоренности с бунтовщиками и дезертирами, ни на тайные, ни тем более явные. Об этом непременно узнают и власти сурово накажут, особенно Павел Первый.

Впрочем, он помнил на что рассчитывал, на вороватых чиновников с которыми всегда можно договориться, вопрос лишь в цене, на эти доводы возможно и повелись атаманы ибо тоже прекрасно знали суть российских чинуш. Но как-то не получилось. Тут делами заправляли совсем не чиновники.

— Куда теперь? — спросил Северьян Сильвестрович. — Домой?

— Теперь…

Градов находясь в расстройстве чувств от неудачи глянул на карту. Совсем без результата возвращаться не хотелось.

И тут его осенила неожиданная идея.

— А давай-ка поплыли вот сюда, адмирал-атаман, — ткнул пальцем в карту Андрей и палец его уперся в самую восточную точку Чукотки.

— Зачем?

— Возникла у меня одна идея… хочу ее проверить.

— Что за идея? — спросил Северьян.

— Да вот я думаю, почему никто не использует северный путь для путешествий, — ответил Градов.

— Знамо почему! Там ведь холодно и лед быстро сковывает море. Как там плавать⁈

— Вот именно — лед!

— К чему ты, конунг?

— К тому, что лед отличный путь. Покрытые льдом реки всегда были главными дорогами на Руси в зимнее время. Так почему бы не использовать морской лед для тех же целей?

— Ну… потому что там пусто… Для лошадей нужен корм и с собой его в достаточном количестве не взять. Нужно предварительно летом делать запасы по пути… да а и для людей тоже… а это надо держать фактории…

— Забудь про лошадей, людей и фактории!

— А как тогда? Пешком что ли?

— На буерах Северян, на буерах!

— Что это такое? — нахмурился адмирал-атаман.

— Серьезно не знаешь? Еще вроде при Петре Первом их строили… правда больше для увеселения. Но может и подзабыли сию полезную забаву… В общем буер — это такая ледовая лодках под парусом, на трех коньках. Если корабль может двигаться со скоростью максимум пятнадцать верст в час, то для буера эта скорость минимальна! Эта ледовая лодка может при хорошем ветре развить скорость до пятидесяти-шестидесяти верст в час! Сколько отсюда и до Архангельска?

Все склонились над картой.

— Где-то шесть с половиной… ну пусть будет семь тысяч верст, — навскидку подсчитал Градов. — Пусть ледовая лодка в среднем будет делать всего лишь тридцать верст в час… может штиль установиться или наоборот буря разыграется, просто слабый и неудобный ветер по несколько дней будет стоять… В пути этот буер будет двигаться десять часов. Можно наверное и дольше… ну пусть будет десять. Итого получается триста верст в сутки. Эти семь тысяч верст буер преодолеет за… двадцать три дня. Ладно, округлим до месяца. Слышите⁈ Один месяц! Не восемь месяцев изнурительного плавания на корабле рискуя потонуть во время шторма, а всего один по льду! Фьють и ты уже на месте!

Северьян с Емельяном обменялись изумленными взглядами. Сроки и впрямь впечатляли.

— Емельян…

— Да?..

— Хочешь повидать родителей?

— Конечно! — воскликнул тот и даже подскочил со стула, так что ударился головой об низкий потолок каюты, но кажется даже не заметил этого.

— Не слишком ли опасно? — спросил Северьян.

— Ну так я же не одного его отправлю в дорогу. Еще вызовем трех-четырех добровольцев. Припасы в дорогу, теплую одежду у местных купим… Меня только темнота полярной ночи смущает, а то налетят на какой-нибудь торос и разобьются к хренам… а подсветить собственно и нечем.

— Я готов! — фонтанировал энтузиазмом Емельян. — Я не подведу! И в темноте я хорошо вижу, не разобьюсь!

— Я в этом уверен… Ладно, твоя главная задача в этой поездке просто разведать дорогу. Оценить ее опасности. Но главное, я хочу, чтобы, когда отправитесь обратно, то собрали большой буер, возможно даже двухмачтовый… конструкцию мы еще обсудим…

— Хотите на больших буерах вывозить сюда людей? — понял парень.

— Верно. Думаю, человек по сто на таком буере вывозить при команде в пять-шесть человек. Понятно, что в этой поездке людей назад ты не повезешь, а лишь равноценный по массе груз. И вот ты должен так же оценить реальность этой моей задумки с большим буером.

— А неплохо получится, если это все окажется реально, — оценил Северьян. — Месяц в пути по льду и еще месяц на корабле к нам… Быстро, дешево и почти без потерь… главное, чтобы не простудились.

Андрей кивнул. Собственно, это для него остался единственный путь вывозить к себе людей. Главное сохранить тайну, но это уже другой вопрос, и он его будет прорабатывать лично на месте.

Мелькнула мысль, что такие экспедиции с бухты-барахты не делаются, производится тщательная подготовка и людей нужно подбирать специально, а не первых же попавшихся, но Андрей не хотел терять целых год.

«А там глядишь Емельян вызнает, что решил император по наши души, ведь не мог он все это забыть, сие потеря лица и он должен что-то сделать, слухи должны о таком ходить ибо понятия „тайна“ у нашей аристократии отсутствует как класс», — подумал Градов.

В итоге Емельяна с еще пятью добровольцами, коих пришлось выбирать почти из половины экипажа, столько было желающих, высадили на Чукотке, даже не на материке, а небольшом островке, чтобы местные не достали. Буер сделали еще в пути из лодки, под коньки приспособили элементы крепления, немного их перековав, мачту с перекладиной сварганили из трех лодочных весел, пошили косой парус и напутствовав не спешить, а дождаться крепкого льда, отправились обратно с обещанием приплыть по весне.

«Надеюсь у него все получится, а все прочие не разболтают обо всем в первом же кабаке, иначе задумке конец», — подумал Градов.

Андрею конечно хотелось поехать самому, но не сказать, чтобы так уж нестерпимо. Просто ему казалось, что так точно все получится, но понимал, что это не так. К тому же он просто не мог сорваться и оставить свое зарождающееся государство. Сейчас любой кризис мог привести к краху. Испанцы могли преподнести сюрприз, так что даже встречать Емельяна поплывет один Северьян, сам Градов будет жать прибытия незваных, но ожидаемых гостей — испанцев.

23

Весной Емельян вернулся и не один, не считая экипажа, (ни один не погиб в дороге и не сбежал по прибытии, как того стал опасаться Градов), он привез с собой полсотни человек от малых детей до стариков. Это оказались семьи членов экипажа и самого Емельяна, за исключением его отца Харитона, что продолжал тянуть армейскую лямку.

— Это было очень безответственно Емельян… вы сильно рисковали.

— Я понимаю конунг и прошу нас простить, но иначе мы не могли… Но мы все продумали и рассчитали так, чтобы все произошло одновременно и у нас получилось.

— Ладно… что сделано, то сделано… дуракам везет. Но как вам удалось уйти от погони? — удивлялся Андрей.

— А мы такие же буера сделали! А за ними разве угонишься при хорошем-то ветре⁈ Мы умчались, только нас и видели!

Андрей понятливо кивнул. На буере за сутки можно сделать триста километров. А сколько та же лошадь проскачет? Вот то-то и оно.

— Что ж, хвалить не стану, но и наказывать тоже. Рассказывай, какие новости узнал, особенно те, что касаются нас.

— Император, как рассказывают, был в диком бешенстве, когда узнал, что мы все уплыли. Говорят, что у него даже падучая приключилась!

«Он и раньше-то не отличался психическим здоровьем, а после такого удара его и вовсе переклинить могло», — подумал Андрей.

— И за измену приговорил нас всех к смертной казни. Как говорят, даже хотел послать флот по наши души, но потом видимо немного остыв, испугался, что и солдаты которых он пошлет, чтобы нас извести, не только не изведут нас, но присоединятся к нам, сбежав от тупой муштры.

— Или кто-то подсказал ему… что для престижа России и его как императора это стало бы последней каплей.

Емельян согласно кивнул и продолжил:

— В общем официально объявили, что что пока в Европе не наступит мир, за нами никого не пошлют, но вот как только так сразу. А неофициально, все ждут что Испания с нами расправится и тогда никого никуда посылать не придется.

— А про испанцев ничего слышно не было? А то ведь мы их в прошлом году ждали, да не дождались.

— Опят-таки если верить слухам, то испанцев испугало наличие у нас линкоров, а таких крупных кораблей в Новой Испании не было, там только лишь несколько двухдечных фрегатов, а все остальные — мелочевка вроде нашего трофея. Они посчитали, что посылать легкие корабли против нас опасно и нужно выслать подкрепление в виде своих линкоров, ну и солдат дополнительно подбросить. Наверное, уже выслали, ведь Испания заключила мир со всеми с кем вела войны, даже с Россией мир заключила, флот высвободился и его можно направить против нас.

— Выглядит логично и достоверно, — согласился Градов. — Теперь осталось только узнать, сколько линкоров против нас выставят…

Увы, но это руссы могли узнать только постфактум. А чтобы не пропустить противника, корвет, что привез Емельяна и всех прочих, сменив экипаж отправился на патрулирование. На нем же отправился Силуан с парой негров, чтобы через них попробовать завербовать кого-то из местных.

Пообщавшись с пленными испанцами, стало известно, что Испания проводит довольно странную политику в отношении своей колонии. И ладно, что ничего производить не позволяет, это понятно, но зачем поражать в правах чистокровных испанцев родившихся в Новой Испании делая их людьми второго сорта? По креолов и индейцев вовсе говорить нечего — двуногий скот. По сути, Испания сома обрывала связи со своей колонией. И родившимся в Новой Испании такая сегрегация очень не нравилась, это мягко говоря. А родилось таких уже очень много и они составляют среднее и низшее управленческое звено, но пути к вершинам даже в Новой Испании им закрыты, на самые высшие руководящие должности ставят «варягов» из метрополии.

«Скоро там полыхнет, — сделал вывод Андрей. — Не может не полыхнуть, особенно после примера северных соседей».

Хоть он и не помнил ничего такого по этому времени (только про мексиканскую революцию в начале двадцатого века помнил), но своих мозгов хватило, чтобы понять, что ситуация накаляется и она уже не то, что подошла к точке кипения, а кипит и активно вырабатывает пар, а стравить его Мадрид даже не пытается. Собственно, Силуан должен был оценить вероятность такового развития событий и возможность провоцирования восстания против метрополии с объявлением независимости.

Если в Новой Испании полыхнет, то Испании точно станет не до руссов. А такие войны, если их подпитывать извне длятся долгими годами.

Плохо только то, что США могут воспользоваться этим и отбить северные земли у Мексики.

«Придется помогать Мексике против США, — подумал Градов. — Да и по периметру устроить им веселую жизнь силами индейцев».

— А что-то про Исая и его банду было слышно?

— Они сазу напали на голландскую колонию и устроили там полнейший разгром.

— Ну… ожидаемо.

«Действительно, глупо было бы думать, что они углубившись в земли южной Африки начнут сами что-то строить и создавать свое государство, — подумал Андрей. — Хотя может еще и уйдут и создадут. Просто они решили вместо того, чтобы добыть сначала золото и купить на него все необходимое, сначала добыть все необходимое грабежом… даже не попытавшись договориться. А может и попытались, но ничего не вышло, потому и атаковали, эти нюансы еще не скоро станут известны».

— Наверное черные как сажа негритянки им пришлись не сильно по вкусу и решили заполучить себе мулаточек! — засмеялся один из атаманов. — Белых женщин там наверняка исчезающе мало да еще молодых. В основном жены всяких чиновников, а они уже все в возрасте. А те что есть, атаманам только и хватит. Ну а мулатки все лучше, чем эти черножопые!

Атаманы засмеялись. А Градов только усмехнулся. Он вдруг припомнил один момент связанный с абиогенным населением именно южной Африки. А именно то, что женщины там действительно имели внушительных размеров задницы, а не аккуратные упругие попки, как все остальные негритянки. При этом жопы у них были не как у Кардашьян, а реально огромные задницы… этакие астраханские арбузы. Как уж они умудрялись отращивать эти жировые отложения — загадка, но факт.

«Говорили при этом, что голландцам очень нравилось, хотя они те еще расисты, но черных аборигенок очень любили… любить, так что мулаток должно быть в избытке, — размышлял Градов. — А нашим видимо такое уродство не зашло…»

— И вроде как англичане с голландцами уже послали против них сводную эскадру.

Но руссов больше интересовала испанская эскадра и в конце июля корвет примчался в Росс раньше запланированного на неделю.

— Идут!