Глава 27
Совещание Восьмого отдела сегодня изначально пошло как-то нервозно. Сперва новый Куратор поочерёдно отчитывал всех сотрудников за отсутствие должной ответственности и дисциплины при выполнении заданий и за допущенные ошибки. В достаточно эмоциональной форме он высказался за устранение расхлябанности и «расслабона» – это дословно – при проведении служебных мероприятий.
Слушая его, Эктор невольно поймал себя на мысли, что Риваль до сих пор активно использовал словарный запас из своей прошлой жизни.
Досталось, и весьма ощутимо, на этом совещании и самому Эктору. Несмотря на то, что слышать подобные увещевания ему было неприятно, и уж тем более – от такого лица, как Риваль, тем не менее он нашёл в себе силы признать наличие в своих действиях определённых ошибок. В той работе, которая проводилась Эктором и множеством его коллег, миновать некоторые погрешности было невозможно в принципе, и тем не менее, если так пойдёт дело и дальше, то скоро он действительно мог вылететь из Службы.
При этом отдельным номером Эктор выделил то, каким слащавым тоном и с какой сугубой вежливостью Риваль сделал ему все эти замечания.
«Он ещё и изгаляется!» – со злостью подумал Эктор, но открыто на эти выходки нового Куратора реагировать не стал. Некоторые из коллег, увидев отношение Риваля к Эктору, с удивлением оборачивались, чтобы посмотреть на его реакцию. Однако же никакой внешней реакции Эктор не проявил.
«А может, всё-таки бросить всё и уйти из Службы?! – в очередной раз подумал он. – И никаких тебе забот и хлопот! Жди себе помаленьку своего права на жизнь – и всё. Ведь когда-то, наверное, моя очередь всё-таки подойдёт! Пусть это случится через тридцать лет. Или, может быть, даже через пятьдесят… А тут ты постоянно находишься на грани срыва и ещё выслушиваешь от всяких мудаков какие-то претензии!»
Помимо этого, Эктор помнил, что бывший Куратор Тнемил советовал ему по возможности пока Службу не покидать. Разумеется, Эктор не вполне понимал, что значит – «по возможности». Однако же, зная Тнемила, который никогда никого ни о чём просто так не просил, он твёрдо решил, что с уходом стоит подождать. «Возможно, бывшему Куратору ещё понадобится моя помощь», – в итоге решил Эктор.
Пока он обо всём этом размышлял, совещание наконец стало подходить к завершению. При этом часть сотрудников в связи с выполнением своих служебных обязанностей с него уже удалилась – ведь, как-никак, многие из них просто не имели права надолго покидать жизнь живущих из-за своих очередных совещаний. Хотя, разумеется, случалось и такое, что из-за общих собраний они не успевали проконтролировать какие-то события в земной жизни, что порой неминуемо приводило к негативным последствиям.
После ряда подобных ситуаций в Службе было введено правило, гласившее о том, что в случае экстренной необходимости сотрудник имел право покинуть совещание или же обеспечить себе замену по контролю или выполнению задания. Обычно при таком стечении обстоятельств сотрудники сами покидали совещание, поскольку временно замещавшие их коллеги, не знавшие всех нюансов дела, могли и ошибиться, – да и, в конце концов, подолгу засиживаться лишний раз в зале заседаний, понятное дело, особо никто не хотел.
Что же касалось Эктора, то у него самого горящих вопросов пока не было, так что он спокойно ожидал окончания этого театрализованного представления, имевшего название «рабочее совещание отдела».
Наконец новый Куратор произнёс свою обычную – заключительную на всех совещаниях – фразу:
– Ну, вроде бы все текущие вопросы по службе мы с вами рассмотрели.
И сразу же после этого, выразительно посмотрев на Эктора, он неожиданно добавил:
– Однако же есть ещё одна небольшая ремарка…
Эктор напрягся.
– Я ведь не зря прошу всех вас с максимальной долей внимательности относиться к своим обязанностям, – произнёс Риваль. – Всякий раз напоминая об этом, я просто пытаюсь помочь вам. Ведь в противном случае у вас могут начаться неприятности. Так, например, совсем недавно поступила очередная нехорошая новость. В связи с целым рядом выявленных нарушений началась служебная проверка деятельности вашего бывшего Куратора Тнемила…
После этих слов в зале воцарилась звенящая тишина.
– С каким таким рядом нарушений, если он уже в отставке? – взволнованным голосом спросила Силиция, сидевшая в первом ряду.
Проигнорировав прозвучавший вопрос, Риваль спокойным голосом продолжил:
– Все вы прекрасно знаете, что никакая отставка не препятствует подобной проверке. Тем более, есть информация о том, что в деятельности бывшего Куратора выявлены факты злоупотребления служебным положением.
В зале начался гул. Эктор в напряжении жадно ловил каждое слово Риваля, при этом не сводя с него глаз, но тот как будто бы намеренно больше в сторону Эктора не смотрел.
– Какого ещё злоупотребления?! – раздался из зала возмущённый голос другой сотрудницы, которую за глаза называли Нюрочкой. – Давайте всем отделом напишем ходатайство в поддержку Тнемила!
– Успокойтесь! – громко и жёстко произнёс Риваль. – Это вам не собрание живущих в каком-нибудь заскорузлом товариществе собственников недвижимости, на котором можно голословно и безрезультатно потрепаться и разойтись! Мы все – сотрудники, состоящие в Службе, и потому обязаны соблюдать определённые правила и принципы. Я вообще мог бы вам пока об этом не говорить, но считаю своим долгом довести до вашего сведения данную информацию, поскольку речь идёт о вашем бывшем коллеге. У кого-то из вас могут затребовать рапорт по тем или иным фактам работы отдела. В таком случае будьте честны – и это станет залогом того, что с вашего бывшего Куратора снимут все эти обвинения. В конце концов, все мы считаем их необоснованными, но тем не менее, поскольку они появились, должен быть соблюдён определённый порядок. Сотрудники СВК прекрасно знают, чем занимаются, – и они не глупее нас. И я со своей стороны также над этим работаю – тоже оказываю посильное содействие бывшему Куратору для того, чтобы снять с него все необоснованные обвинения.
Произнося эти слова, Риваль особым образом выделил фразу «над этим работаю». И снова посмотрел на Эктора, который сумел выдержать тяжёлый взгляд Куратора.
Более того. Эктор пребывал в таком напряжении, что даже стиснул зубы, чтобы не сорваться. При этом сам себе он приказал: «А ну, быстро успокойся!» После этого он подумал: «Нужно разобраться, чем я могу помочь Тнемилу, и вообще – какова во всём случившемся роль Риваля. Сорвёшься – покажешь, что ты слабак. А ведь, может быть, ты ещё будешь очень нужен и самому Тнемилу, и своей семье. Так что – держись! Может, Риваль только и ждёт твоего срыва. Так что теперь уж точно не время уходить из Службы. Как говорится – будь рядом с друзьями, а врагов держи ещё ближе!»
– А вот теперь наконец всё, – закончил своё выступление Куратор. – Принимаемся за дела. Всё остальное – по штатному расписанию.
После этих слов Риваля все сотрудники начали подниматься со своих мест и направляться к выходу из зала.
Проходя мимо стола, за которым сидел Куратор, каждый из сотрудников лично прощался с руководителем отдела.
Эктор, оказавшись рядом с ним, тоже сказал:
– До свидания.
– Всего хорошего, – ответил Риваль и улыбнулся своей фирменной отталкивающей улыбкой.
Весь день после этого у Эктора в голове пульсировали два следующих вопроса: «Как же узнать, в чём дело? И чем помочь Тнемилу?»
Служебная проверка деятельности Куратора в отставке являлась чрезвычайно серьёзной вещью. Как было сказано, просто так она никогда не проводилась – для неё всегда должны были быть веские основания. Но вот какие именно причины имелись для проверки деятельности Тнемила, Эктор не знал и знать не мог. При этом более всего его пугало возможное наказание бывшего Куратора, а таковым могло стать абсолютно всё – вплоть до забвения. Забвение было делом слишком мрачным. И плюс к тому, если уж проверка действительно началась, то Тнемил уже был заблокирован, то есть находился вне зоны доступа для общения.
Все в отделе также обсуждали эту неприятную новость. Один из сотрудников, по имени Денис, очень рассудительный парень, выслушав различные точки зрения, вдруг сказал:
– А вы уверены, что Тнемил на самом деле ни в чём не виноват? Ведь мы-то знаем, что в последнее время у него действительно были проблемы по службе. Да и, в конце концов, с Кураторства за одно только строгое замечание никого в отставку не отправляют.
В ответ на эту реплику Дениса раздалось сразу несколько возмущённых возгласов. Даже Эктор – и тот не сдержался и упрекнул своего коллегу за подобные мысли.
Денис достойно вынес эту эмоциональную атаку и спокойным голосом продолжил:
– В любом случае за будущее Тнемила следует бороться. Но ведь я всего лишь озвучил факты. А факты – они ведь, как говорится, вещь упрямая. Если у кого-то из вас есть по ним возражения, обоснуйте.
В ответ на это предложение никто из сотрудников отдела не отозвался. В чём в чём, а уж в том, что просто так с Кураторства не снимают, не сомневался ни один из них.