Стоило только распахнуть входную дверь, я почувствовала необъяснимую тревогу. Меня встретили тишина, теплый воздух и… резкий аромат апельсинов.

Про себя подумала, что сладкие плоды переспелели в вазе, потому что они были куплены еще больше недели назад, и я о них благополучно забыла.

Но…

Тревога только усиливалась, когда я поняла, что в коридоре перегорела лампочка. Опять!

Свет не загорелся, когда я надавила на выключатель. Никогда не любила темноту, которую нельзя контролировать источником света.

Сразу появилось ощущение, что за углом меня поджидает невидимая опасность.

Искать помощи у телефона не было смысла, он разрядился еще по дороге домой. Поэтому я шла по наизусть выученному маршруту своего дома наощупь. Но мои шаги ощущались, как шаги в неизвестность.

Наконец, я отворила дверь в гостиную. Запах апельсинов стал еще интенсивнее. В висках набатом загремел пульс, когда я поняла, что света нет во всем доме.

Может, от ветра случилась авария на линии электропередач?

Сделала шаг в сторону. В одном из ящиков должен быть фонарик. Только я не уверена, что в нем есть батарейки.

Кромешная темнота меня полностью ослепила. Глаза пытались к ней привыкнуть, но с трудом удавалось разглядеть лишь силуэты некоторых предметов. У меня зрение и так уже неидеальное, а ночью — и подавно.

Вытянутыми вперед руками я пыталась ориентироваться в пространстве, пока не наткнулась на что-то необычное, странное… Пыталась понять, что это за предмет интерьера, но не могла. Потому что раньше этого здесь точно не было!

Похоже на… Я провела ладонью вверх, немного в сторону… Похоже на… мужской торс! А еще… Кажется, я слышу, как кто-то дышит.

Я не в том возрасте, чтобы верить в чудовище из шкафа.

Страшная догадка пронзила сознание острием страха.

Грабители?!

— Лидия Петровна, — человек напротив заговорил. Я испугано одернула руку. Голос незнакомый… Но он знает мое имя. — Очень негостеприимно уходить из дома, когда к Вам едут гости.

Убежать я не успела. У меня не было шанса противостоять незнакомцу, обладавшему невероятной силой. Об этом я узнала уже через мгновение, когда он вцепился в меня своими ручищами, сжав мое обмякшее от страха тело. Меня будто парализовало от его прикосновений.

— Шеф, что с ней делать? — спросил куда-то в темноту.

— Веди ее ко мне, — со стороны камина прозвучал еще один голос. Глухой, шепелявый, хриплый. И… пугающий…

На ватных ногах меня подвели к диванчику. Усадили… В темноте комнаты выделялись лишь фосфорные стрелки циферблата на его руке. Взгляд машинально зацепился за эту стрелку, которая будто и не двигалась вовсе.

От страха время точно замедлилось.

— Что… Что вам нужно? — спросила, не узнавая свой искаженный голос.

— Лидия Петровна, мы оба прекрасно знаем, что мне нужно, — его рука двигалась вместе с циферблатом. В его ладонях что-то хрустело, и теперь я почувствовала еще более явный цитрусовый запах. — Будете апельсин? — предложил он. — Берите-берите, я не кусаюсь… Пока что, — он вложил мне в ладонь одну дольку.

Я не вижу ничего… А меня они оба словно видят!

— Почему нет электричества?

— Поверьте, для Вас же будет лучше, если Вы нас не увидите. А еще… темнота раскрывает самые черные человеческие стороны, — я съежилась от страха. — Не бойтесь, я не пытаюсь Вас запугать. А хотя нет, бойтесь…

Его противный смех распространялся на всю комнату, эхом возвращаясь от каменных стен.

— У меня нет денег… — протянула отчаянно.

— Мне не нужны Ваши деньги, Лидия Петровна. Хватит играть в эти игры. Ваш муж сказал мне, что флешка у Вас. Где Вы ее прячете?

— Флешка?

Конечно, как я сразу об этом не подумала.

То есть… Это Миша навел на меня этих бандитов? Чтобы обелить себя? В этом человеке точно нет ничего святого.

— Но у меня нет никакой флешки!

— Лидия Петровна, советую Вам отдать ее добровольно. Не вынуждайте меня делать Вам больно. Мне этого совсем не хочется…

— Я говорю правду!

— Костер! — он обратился ко второму. — Сделай нашей негостеприимной хозяйке массаж!

— Понял, шеф! — после этих слов его огромная ручища оказалась на моей лопатке. Он интенсивно надавил на какие-то точки, из-за чего я испытала острую, просто невероятную боль.

Завыла…

— Вам есть, что мне сказать? — я качала головой. — Костер! — давление только усиливалось. И в какой-то момент мне даже показалось, что я вырубилась на пару секунд.

Когда очнулась, лицо невероятно горело. Но боли больше не чувствовала.

— Ты тоже это слышал? — шипел тот, который сидел на диване. — Проверь! — потребовал.

— Понял!

— Кто здесь? Кого ты привела? — мужская ладонь сжимала мои щеки.

Единственное, что я смогла сделать — укусить обидчика со всей силы, травмировав его кожу между большим и указательным пальцами.

Он завизжал, проклиная меня последними словами.

Это был мой единственный шанс. Я рванула в сторону двери…

— Не так быстро, тварь! — он схватил меня за ступню, а я отчаянно барахталась, цепляясь пальцами за ковер. — Где флешка, сука?! — шипел он, поворачивая меня на спину. Уперся своими ладонями мне в шею, а я с трудом ловила небольшие порции воздуха.

За пару секунд вся жизнь пронеслась перед моими глазами. Неужели, это конец? Так глупо, несправедливо, нечестно… Все только-только начало налаживаться, и теперь все оборвется?

— Ах! — глухой звук. Незнакомец упал на меня всем своим весом, я поспешила его оттолкнуть.

— Шишкина! Лида! — знакомый голос вернул меня в реальность. Сева помог мне встать на ноги, я бросилась в его объятия. — Я боялся, что ты все же передумаешь. И решил устроить ночное свидание! — оправдывался, но его голос дрожал.

Он был напуган, как и я.

— Соколов, как я рада, что ты вечно меня не слушаешь!

— Тебя ни на секунду нельзя оставить одну.

Я чувствовала, как по моему телу расплывается неприятная дрожь.

Будто в этот момент меня накрыло истинное осознание.

Если бы не Сева… Это могла быть моя последняя ночь…